Печать пожирателя 5 (СИ) - Соломенный Илья - Страница 36

— Сейчас вы, юные маги, стоите на границе между нашим миром, и миром зла — древним и непознанным, чьи законы не подвластны человеческому разуму. Хочу верить, что вы понимаете — Урочища, это не просто аномалии, это раны на теле реальности, через которые просачивается нечто, чего мы не хотели бы видеть в нашем мире! Каждый день, каждую минуту кто-то должен стоять на страже, чтобы эти трещины не разорвали ткань нашего существования! Помните: за спинами тех, кто несёт здесь службу — целый мир, который продолжает жить, любить и мечтать только потому, что кто-то держит оборону здесь и сейчас!

Иловайский закончил речь, и его последние слова повисли в воздухе, как остатки заклинания:

— Помните, кто вы. И помните, за что вы сражаетесь.

После этого пафосного выступления Иловайский лично выдал нам нашивки курсантов Тобольской Заставы, изображающие змею, оплетающую копьё. Ну а затем великий маг удалился — надо полагать, дел у него хватало и без того, чтобы уговаривать студентов магических ВУЗов остаться на службе у Урочища.

Хотя в целом, конечно, жест эффектный. Полагаю, за сегодня Иловайский как раз облетит оставшиеся крупные Урочища и выступит там же (или уже это сделал) перед остальными курсантами.

Хороший пиар, личное благословение величайшего мага империи — и глядишь, какие-нибудь рода отправят сюда на усиление своих детишек…

Выразив князю благодарность, майор Атаманов подозвал пару солдат и вместе с ними сопроводил нас в казармы.

Здание было массивным, из серого камня, с узкими окнами, словно крепость, построенная для того, чтобы выдержать любую осаду. Внутри пахло деревом, маслом для оружия и чем-то еще, что я не мог определить — будто порох смешали с магией?

Странно, но похоже на то.

Внутри казармы оказались простыми — небольшой холл, из которого в два крыла вели два выхода, большая столовая, виднеющаяся за дверьми по центру, и ещё пара дверей в концах коридора. Видимо, там душевые.

«По-спартански», как сказали бы земляне…

В холле нас встретил мужчина в военной форме, с погонами капитана. Его лицо было худым, с резкими чертами, а глаза — холодными и расчётливыми. Атаманов представил его как своего заместителя, Антона Николаевича Коршунова.

— Практиканты, — произнес он, и его голос звучал как скрежет металла, — Вы здесь, чтобы понять, что значит быть защитником Империи. Не ждите поблажек. Здесь вас научат нескольким вещам, которым не обучают в ваших… ВУЗах…

Последнее слово он буквально выплюнул, и я только хмыкнул. Что у этих вояк за неприязнь к академическим кругам?

Между тем, Коршунов продолжал:

— … дисциплине, магии и тому, как выжить в Урочищах! Пока вы здесь — вы подчиняетесь НАШИМ порядкам! А именно — уставу, с которым будете должны ознакомиться до завтрашнего вечера. У своих тумбочек найдёте QR-коды, загрузите устав — и прочитайте его от корки до корки! Не вздумайте отлынивать — я лично буду устраивать зачёты для всех!

— Какой-то то злой, да? — фыркнула Аня, оказавшись рядом со мной, — Надеюсь, за месяц, проведённый здесь, мы не станем такими же придурками.

— У них тут у всех страсть к пафосным речам, — также тихо заметил Арс с другой стороны.

— У папеньки это всегда было, семейная черта, — тихо ответил Кабанову Андрей Иловайский, — А солдафонов, полагаю, легче убеждать в чём-то именно такими громкими фразами — вот они их и перенимают.

Что-ж… Цинично, но в понимании житейской сути младшему сыну министра иностранных дел не откажешь.

— Распределяемся, — скомандовал Коршунов, — Парни — налево, девушки — направо. Занимайте места, оставляйте вещи на кроватях — и дуйте в столовую на первый инструктаж.

Мужская казарма (как и женская, подозреваю) ничем особым не выделялась. Около пятидесяти двухъярусных кроватей с тумбочками рядом — и всё. Часть из них, если судить по голографическим меткам над подушками, была занята.

Мы с Арсом выбрали двухъярусную койку в углу казармы, а затем направились в столовую.

Там Коршунов велел нам рассаживаться за длинные деревянные столы.

— Итак, распорядок. Вы не на курорте, мальчики и девочки, так что предупреждаю сразу — за любое нарушение правил Заставы вы будете наказаны, невзирая на ваш дворянский статус или отсутствие оного! Тут у нас свои порядки, и чтобы всё функционировало, как надо, приходится идти на жертвы!

Андрей Иловайский, сидящий неподалёку от меня, презрительно фыркнул.

За последний год я весьма неплохо успел узнать парня, и был уверен, что он не воспринимаешь сказанное капитаном всерьёз. А то и думает, что у него тут будет «особое» положение…

Зря, зря… Больнее будет разочаровываться. Я заметил, что отец не обмолвился с ним ни словом, и даже взгляда не удостоил. Хотя… Может, всё что нужно было сказано дома?

В любом случае, пока Андрей выглядел как человек, который не воспринимает происходящее всерьёз.

И мне это, если честно, не особо нравилось.

Он же был с нами в Урочище, на острове Салтыкова… Должен помнить, как это опасно.

— Подъем в пять утра, — продолжал Коршунов, чем вызвал несколько страдальческих вздохов, — С пяти-тридцати до шести-тридцати зарядка, затем полчаса на приведение себя в порядок, с семи до восьми завтрак, с восьми до двенадцати — теоретические занятия. С двенадцати до тринадцати — обед, затем два часа медитаций. С пятнадцати до девятнадцати — практические занятия. С девятнадцати до двадцати ужин, с двадцати до двадцати одного — свободное время, в двадцать два часа — отбой.

— Жесть, — выдохнул один из целителей, — И так целый месяц⁈

— Ужин поздновато, — заметила Аня, и Маша согласно кивнула, — Наберём по паре кэгэ, когда закончим.

— Дамы могут не переживать, — оскалился Коршунов, — Нагрузок будет столько, что лишние калории сожжёте на раз-два. Ещё и похудеете.

Я прикинул это расписание и понял, что оно меня вполне устраивает. Более того — я бы и сам не составил его лучше. Всё время использовано максимально эффективно.

Коршунов, между тем, и не думал заканчивать:

— Первая неделя — упор на теоретический курс. Вы изучите типы существ, обитающих в нашем Урочище, способы борьбы и основы магической защиты от них. Вторая неделя — практика. Патрулирование территории заставы, отработка боевых заклинаний, тактического взаимодействия на полигонах, стрельба, и так далее. С третьей недели вы начнёте патрулировать Стену, и тогда же совершите две вылазки в Урочище — на третьей и четвёртой неделях вашей практики. Также за время прохождения практики наставники будут обращать внимание на ваши сильные и слабые стороны. Кого-то допустят к артефактам, кому-то выделят больше времени на полигоне — и так далее.

Он сделал паузу, чтобы убедиться, что мы все поняли.

— На всякий случай ещё раз повторю — вы будете участвовать в реальных патрулях. Это не игра. В Урочище опасно, и любая ошибка может стоить вам жизни. Запомните это. И поймите с самого начала — никто не ждёт от вас подвигов. Командование хочет, чтобы вы научились слушать, учиться и работать в команде. Но самое главное — вы должны понять, что такое Урочище, и как в нём выживать. Это самое важное.

После этой речи нам выдали расписание. Я бегло просмотрел несколько листов брошюры.

Теоретический курс включал лекции по магической теории, истории Урочищ и тактике боя, первую медицинскую помощь в условиях Урочищ — и всё в таком духе. Практика — отработку заклинаний, стрельбу из магического оружия, тренировки в ближнем бою, тактическое взаимодействие, артиллерийскую подготовку, пилотирование магических «мехов»- ну и далее по списку.

В общем — ничего неожиданного, плюс-минус я себе так всё и представлял.

Но вот чего не представлял — так это «дедовщины», которая в таком месте казалась совершенно неуместной!

И тем не менее, получив до ужина немного свободного времени и вернувшись в казарму, мы обнаружили там «старожилов». Их было десять человек — разного возраста, от двадцати до сорока лет, примерно. Все в камуфляжной форме, с разными нашивками. Сержант, прапор, два младших лейтенанта — остальные рядовые.