Гость из будущего. Том 3 (СИ) - Порошин Влад - Страница 35

— Значит расклад такой, — хмыкнул я, ещё раз обведя взглядом будущих кумиров советского кино. — Койко-место одно и кому-то придётся спать на стульях. Талоны на питание я завтра достану. Это не проблема. Но предупреждаю, что злостный алкоголизм и бузотёрство в доме не потерплю. Чуть что дам по шее и окуну в Балтийское море. Андрей мои возможности знает.

— Да, Феллини может, — закивал головой Миронов. — Я вам потом расскажу.

— Договорились? — буркнул я.

— Нормально, — улыбнулся Збруев.

— Годится, — кивнул Даль.

И вдруг из темноты вынырнул Василий Шукшин — глаза большие, дикие, в руках смятая стопка бумаг со сценарием. Руки от творческого возбуждения трясутся. Волосы стоят торчком.

— Я тут такое сочинил! — заголосил он. — Ты просто ахнешь!

— Давай завтра ахнем, Василий Макарович, у меня девушка с другим мужиком танцует, — пробормотал я. — Ещё уведут.

— А мне насрать! — выкрикнул Шукшин и, схватив за рубашку, потащил в дом.

В пятницу 7-го августа в предпоследний день кинофестиваля конкурсное жюри наконец-то собралось вместе, чтобы решить: какой фильм достоин главного приза, какой специального, а какой поощрительной грамоты? Однако по многочисленным заявкам трудящихся на творческие концерты-встречи в срочном порядке собрали ещё несколько бригад. В одну из них вошли и мои временные соседи по даче: Высоцкий, Крамаров, Миронов, Видов, Прыгунов, а так же моя Нонна Новосядлова. Ребят направили в один из крупнейших кинотеатров Ленинграда в «Титан». Александра Збруева и Олега Даля тоже прицепили к какой-то группе киношников и послали в Волхов, где пока встреч со зрителями не проходило. Кроме того в Выборг с другой творческой бригадой уехали сестры Вертинские. А дядя Йося Шурухт и гримёрша Лидия Сергеевна вдруг решили прогуляться на пляж. И дача в кои-то веки опустела.

Поэтому я удобно расположился на летней веранде, налил кружку растворимого бразильского кофе, выставил на стол печатную машинку и приступил к собственному сценарию. История, которую я в запале рассказал товарищу Толстикову, оказалась не так уж и плоха. Требовалось грамотно обосновать — почему граждане воры обратились за помощью в поиске денежного «общака» к фарцовщикам и наметить несколько подозреваемых. И с первым выходило всё просто: на сходке кто-нибудь из авторитетов должен был предложить для расследования кандидатуру ловкого и разворотливого парня с хорошей репутацией. И им вполне мог стать мой агент КГБ под прикрытием. А вот с отчаянным преступником всё получалось печально. Ибо чтобы убить авторитета и взять «общак» требовались очень серьёзные мотивы, либо глупость, доведённая до крайности.

— Феллини, ты что уснул⁈ — выкрикнула Фрижета Гургеновна, вбежав на порог дачи. — Я тебе с улицы целую минуту кричу. А ты сидишь, застыл как сфинкс и смотришь в одну точку.

— В своё свободное время имею право, куда хотеть туда и смотреть, — проворчал я.

— Вставай-вставай, собирайся, — затараторила Фрижета, — Гена Шпаликов съел что-то нехорошее и не в состоянии ехать в Выборг. А там группа такая: Люда Савельева, Валя Титова, сестрички Вертинские наши красавицы и Владимир Павлович Басов. Как я могу их одних без крепкой мужской руки отпустить?

«Чёрт! — выругался я про себя. — Только за работу сел, только от Шукшина отвязался. Только мысли умные в голову полезли, вытесняя из мозгов разную глупость. А Генка — предатель, за обедом две чекушки опрокинул под пельмени и компот, и теперь ему очень даже хорошо. Ему теперь Выборг и даром не нужен. И потом Басов — это разве не крепкая мужская рука? Хотя, если в выборгском ДК организуют тёплый приём, то Владимиру Павловичу самому понадобиться крепкая рука и крепкое плечо. Чёрт побери».

— Выручай, Феллини, — взмолилась Фрижета Гургеновна.

— Ну, как же так, у меня ведь тоже работа? — всплеснул я руками. — Хорошо, через две минуты переоденусь в парадный костюм. Подгоняй автобус прямо сюда, раз товарищ Шпаликов съел что-то нехорошее.

Глава 14

После 15-минутного ролика с фрагментами из фильмов Первого всесоюзного кинофестиваля небольшой зал выборгского кинотеатра с одноимённым названием «Выборг» смотрел на нас, своих гостей, с нескрываемым удивлением. Немой вопрос: «кого это к нам привезли?», читался на лицах абсолютно всех местных любителей кино. И это было неудивительно, так как кинокартины с участием Марианны Вертинской, Валентины Титовой и Людмилы Савельевой по разным причинам ещё не вышли в прокат. А режиссёра Владимира Басова, который уже успел снять с десяток полнометражных работ, в лицо знали только знатоки. И для широкой публики Владимир Павлович являлся всего-навсего актёром эпизода из «Я шагаю по Москве». Ещё хуже дело обстояло со мной, режиссёром всего одной короткометражной ленты. И лишь Анастасия Вертинская вызывала восхищение публики, ибо Ассоль из «Алых парусов» и Гуттиэре из «Человека-амфибии» знал в Советском союзе и стар, и млад.

— Давай, молодой, валяй к микрофону, — пихнул меня в бок товарищ Басов, когда мы все вшестером расселись на отдельных стульях, расставленных позади экрана на деревянном помосте сцены.

­– Меня в детстве учили, Владимир Павлович, что старшим надо место уступать, — буркнул я.

— Топай-топай, не в трамвае, — прошипел он и я, тяжело вздохнув и взяв в руки гитару, поплёлся к микрофону.

— Здравствуйте, товарищи, добрый вечер, — сказал я, не зная как правильно назвать жителей Выборга: выборгжане, выборгчане или выборгцы. — Вот сейчас мой коллега по киношному цеху, режиссёр Владимир Басов сказал: «топай, молодой, к микрофону, мы не в трамвае, чтоб старшим место уступать», — ляпнул я, чем вызвал первые улыбки и смех в зале. — И это справедливое замечание. Мы с вами действительно сегодня не в трамвае. Мы с вами на встрече с интересными людьми из мира кино, которых позвольте представить прямо сейчас: начинающая актриса Валентина Титова. Через пару месяцев на экраны выйдет фильм по повести Пушкина «Метель», где Валя сыграла главную роль! — я захлопал в ладоши и зал частично тоже принялся аплодировать.

Далее я представил Марианну Вертинскую, сказав два слова о кинокартине «Мне двадцать лет», которая всё ещё находится в стадии финального монтажа. Потом несколько восторженных эпитетов из моих уст прозвучало о самой масштабной в мире киноэпопеи «Война и мир». И я уверил всех собравшихся, что Людмила Савельева в роли Наташи Ростовой затмит своей игрой английскую актрису бельгийского происхождения Одри Хепбёрн. И чтобы мои уверения стали реальностью, я нагло потребовал шквала оваций, который не заставил себя ждать. Ибо для наших людей победить в заочном споре — это не пустая формальность. Анастасию Вертинскую я представил всего тремя словами: «Несравненная Ассоль и Гуттиэре». И аплодисменты продолжались около двух минут. На закуску я оставил товарища Басова и, перечислив его фильмы, назвал самым плодовитым режиссёром советского союза. В подтверждении чего выдал небольшой стишок, который родился прямо по ходу моего монолога:

— Проще поймать хвост стремительного метеора, чем оторвать от съёмок Басова — режиссёра!

На мой простенький экспромт народ ответил заливистым смехом и громкими аплодисментами. А Владимир Басов глупо улыбался и сидел на стуле с таким лицом, словно проглотил кусок красного перца. «В следующий раз, Владимир Павлович, будешь знать, как допускать меня к микрофону первым», — мстительно подумал я и сделал ещё одно объявление:

— А теперь по заветам всемирно известного комедиографа Чарли Чаплина, который любил повторять, что в кино должно быть больше музыки и меньше слов, песня из короткометражки «Так не бывает»!

И прежде чем ударить по струнам я дважды прокашлялся и, дождавшись от десятка человек, до которых дошла шутка юмора, нескольких громких хохотков, заиграл песню «Как провожают пароходы».

— Давно так не смеялась, — призналась директриса кинотеатра «Выборг», миловидная круглолицая 30-летняя женщина, когда после представления наша творческая бригада была приглашена на традиционное скромное чаепитие.