Династия. Феникс (СИ) - Майерс Александр - Страница 26

Возле лифта меня встречают два бойца личной гвардии Виталия и провожают к нему.

— Здравствуй, Александр! — когда вхожу в комнату, дядя поднимается навстречу.

— Здравствуйте. Рад видеть.

Я подхожу к нему и пожимаю руку. Виталий указывает на кресла у панорамного окна, и мы садимся в них.

— Можем говорить свободно. Это другой кабинет, и здесь точно нет прослушки, — говорит дядя. — Но в том я бываю время от времени и подкидываю кукловоду пищу для размышлений.

— Хорошо. Дезинформация может сбить его с толку, — соглашаюсь я и смотрю в окно.

Вид почти такой же впечатляющий, как из кабинета князя на девяносто девятом этаже. Центр Москвы как на ладони, видно всех пятерых двуглавых орлов на башнях Кремля. В моём мире на их месте были рубиновые звёзды, но в этом мире сохранились орлы.

— Хочешь чего-нибудь? Кофе, перекусить? — спрашивает Виталий.

— Нет, спасибо. Я позавтракал дома.

— Рад, что у тебя сохранился аппетит. А я в последнее время почти не ем, кусок в горло не лезет, — кривится дядя. — Столько работы не было даже тогда, как князь получил настоящий приступ.

— Он ведь возвращается к делам, не так ли?

— Уже вернулся. После того как вы наведались к князю Жарову, нет смысла поддерживать легенду. Теперь мы говорим, что это было лишь подозрение на приступ, а в целом всё в порядке.

— Логично, — киваю я.

— Да, и я очень рад, что он опять возьмётся за дела. Работать одному за троих директоров непросто, — вздыхает Виталий.

Помолчав немного, он произносит:

— Знаешь, Александр, я хочу поблагодарить тебя.

— За что? — уточняю я.

— За то, что открыл мне глаза. Я всегда хотел занять место генерального директора Династии после смерти отца. Многое делал для этого, и зачастую причинял вред членам семьи. Пытался подставить старшего брата, — Виталий снимает очки и качает головой. — Всё это было так эгоистично и глупо. Я бы не смог управлять корпорацией. Точнее, смог бы, но понял, что не хочу.

— Почему-то у меня такое ощущение, что я разрушил вашу мечту, — говорю я.

— В каком-то смысле да. Благодаря твоему плану я ненадолго стал тем, кем всегда хотел. И оказалось, что мне это не по душе. Поэтому да, моя мечта разрушена — но вместо неё появилась новая. Хотя это не мечта, скорее цель.

— Какая?

— Ромэн и другие агенты кукловода превратили нашу службу безопасности в решето. Мы до сих пор не вычислили всех шпионов и тех, кто может оставаться верен кукловоду. Я хочу это исправить. Когда всё закончится, я намерен найти на место финансового директора подходящего человека, а сам стану директором по безопасности, — говорит Виталий, надевая очки.

— Вам отлично подойдёт эта роль. Странно, что вы раньше об этом не думали, — говорю я.

— Думал. Просто считал, что это слишком мелко для княжича. Моё мнение изменилось. Я создам лучшую службу безопасности и самую сильную корпоративную армию в мире! — решительно произносит Виталий и улыбается.

Я улыбаюсь в ответ и говорю:

— Полностью поддерживаю, дядя. И не сомневаюсь, что у вас получится, — когда я продолжаю, моя улыбка гаснет: — Кстати, о шпионах. Я вчера получил письмо. Точнее, получил его давно, просто не замечал… В общем, вот.

Я достаю из кармана послание Екатерины и протягиваю его Виталию. Он только смотрит на конверт, и его брови сразу подскакивают вверх.

— Катя!.. Это её почерк.

— Вы уверены?

— Конечно. Она много лет со мной работала, я знаю её почерк.

— Что ж, спасибо, что развеяли мои сомнения. Значит, это не очередная уловка кукловода. Прочитайте, пожалуйста, — прошу я.

Виталий надевает очки и достаёт письмо из конверта. Когда он заканчивает, то закрывает глаза и сидит так.

— Знаешь, Александр, — шепчет он. — Катя мне нравилась. Но я знал, что она замужем, и не показывал этого. Хотя, думаю, она догадывалась. У нас были хорошие, хоть и всего лишь дружеские отношения.

— Мне жаль, что всё так получилось, — искренне говорю я.

— Да, мне тоже, — Виталий протирает глаза. — Надо найти её семью и обеспечить им безопасность. Не хочу, чтобы кукловод добрался до её детей.

— Вряд ли они ему интересны. Но если хотите, это можно сделать.

— Я просто обязан. Кстати, Александр, она пишет, что предупредила о взрыве Оксану…

Я мысленно напрягаюсь, готовясь врать. Да, чёрт возьми, ложь недостойна дворян. Но выдать Виталию то, что Сергей Черепов жив, я пока не могу.

— Видишь ли, я должен тебе кое в чём признаться, — глядя в пол, произносит дядя. — Когда ты был в Рязани, перед тем, как всё это началось, я тоже невольно стал помощником кукловода.

Я отвечаю не сразу. Требуется время, чтобы осмыслить эти слова и потушить гнев, который внезапно вспыхивает в груди.

— Что вы имеете в виду? — невозмутимо спрашиваю я.

— Позволь мне быть откровенным. Я рассчитывал сделать так, что твоя миссия провалится. В этом случае я бы подставил тебя перед князем и заставил его задуматься о том, стоит ли оставлять тебя наследником, — говорит Виталий.

Мне неприятно слышать это, хотя я и догадывался. Но одно дело думать самому, и совсем другое — слышать, что я оказался прав.

— Но когда я понял, что в игре участвует кто-то ещё и намерен столкнуть Медведевых и Вронских, я изменил свои планы. Я позвонил своему агенту среди людей Медведева. Его младшему брату, если быть точнее.

— И убедили Медведева сотрудничать? — уточняю я.

— Да, именно так. Ты помнишь, я сам тогда тебе позвонил и сказал, что заставил принять Давида Артуровича верное решение.

— Помню. При чём здесь кукловод?

— При том что недавно выяснились кое-какие подробности. Это брат графа Медведева заложил бомбу в ресторане. Он оказался двойным агентом — помогал и мне, и нашему врагу, — объясняет Виталий.

— Вы уверены?

— На сто процентов. Будь уверен, он ответит за это. Но факт остаётся фактом — я помог кукловоду собрать Медведевых и Вронских в одном месте, чтобы убить их вместе с наследником Череповых. Хорошо, что ты не пострадал…

— Меня никто не собирался убивать. На меня, как вы помните, свалили организацию взрыва, — хмуро отвечаю я.

Дядя молча кивает и поправляет очки, а затем говорит:

— В тот момент я понял, к чему могут привести мои интриги внутри рода. И поверь, больше я не собираюсь заниматься подобным. Власть не стоит того, чтобы страдали близкие мне люди.

Хоть Виталий и не говорит этого прямо, я понимаю — сейчас он просит прощения за всё, что сделал против меня.

— Спасибо, что всё рассказали, дядя, — отвечаю я. — Для меня это важно.

Виталий кивает и берётся за список, где Екатерина перечислила имена. Внимательно читает его и чем дальше, тем сильнее хмурится.

— Часть этих людей мы уже вычислили. Часть придётся проверить. У меня нет причин не доверять информации, но сам понимаешь.

— Конечно, — киваю я. — Однако рядовые сотрудники и мелкие руководители меня не особо интересуют. Что скажете насчёт князя Вальтера?

— Таинственная фигура. Я мало что про него знаю. Его отец был графом, а княжеский титул Кирилл Александрович получил сам, лет десять назад. Он воевал с британцами в Африке, и благодаря ему Российская Империя завладела новой колонией. За это ему и дали титул.

— Надо же. По-моему, в наше время нечасто можно встретить людей, которые добыли титул на войне.

— Ты прав. В этом плане Вальтер, считай, уникален. Собственно, завоёванную колонию отдали ему в управление, он заключил несколько контрактов с Династией, а затем стал акционером, — рассказывает Виталий.

— У него десять процентов, не так ли?

— Именно. Что вполне позволяет ему претендовать на место генерального директора, если его поддержат другие члены управляющего совета. Правда, князь Вальтер никогда не был замечен в каких-то интригах или действиях против Династии. Даже не знаю, что и думать…

— Надо к нему присмотреться, — уверенно заявляю я. — Возможно, что именно он главный помощник кукловода внутри компании, а не Жаров.