Династия. Феникс (СИ) - Майерс Александр - Страница 23

— Всё в порядке. Как дела в Германии? — резко переводит тему дедушка.

— По плану. Я почти заключил все нужные нам договоры. Буду держать тебя в курсе. Кстати, есть ещё одно дельце, про которое я пока не буду рассказывать… — я почти вижу лукавую ухмылку Алексея, когда он это произносит. — Но вам всем понравится, обещаю.

— Хорошо. Пока, — говорит князь.

— Пока, брат.

Григорий Михайлович кладёт трубку и тяжело вздыхает.

— Странно, что он не спит в такое время, — бурчит он.

— Я подумал о том же, — говорю я.

— Это всё равно ничего не доказывает. Мало ли чем он сейчас занят! Давайте так, — князь встаёт и смотрит на моего хакера. — Николай, для вас есть важное задание. Нужно выяснить, с кем говорил мой брат в тот момент, когда снайпер общался со своим нанимателем.

— Но как это я сделаю, ваше сиятельство? — спрашивает хакер. — Для этого мне нужен доступ к телефону Алексея Михайловича.

— Вы получите доступ. Когда-нибудь слышали про Чернокнижник? Внутренний софт службы безопасности Династии.

— Слышал, конечно. Виталий Григорьевич открыл мне доступ, но ограниченный, — жалуется хакер.

— Вы получите полный. Программа имеет доступ ко всем корпоративным телефонам Династии и к личным телефонам членов рода.

— К моему тоже? — уточняю я.

— Да, к твоему тоже. И к моему, — кивает князь.

— Ваше сиятельство, вы серьёзно? — хмурюсь я. — Учитывая, насколько серьёзная шпионская сеть была у кукловода внутри корпорации…

— Вот именно, была. Получить доступ к Чернокнижнику снаружи невозможно. Несколько сотрудников постоянно отслеживают активность внутри программы, никто чужой не сможет в неё проникнуть.

— Ромэн работал на кукловода. Он вполне мог придумать способ, — говорю я.

— Александр, это исключено! — настаивает дедушка. — Николай, что скажете? Вы уже работали с этой программой.

— Ну… Если честно, она и правда выглядит неприступной, — отвечает хакер.

Григорий Михайлович удовлетворённо кивает, но тут Егор продолжает:

— Но в любой программе есть уязвимости. Если хорошо понимать её алгоритмы, можно найти лазейку.

— Ромэн наверняка прекрасно знает алгоритм, — настойчиво говорю я.

— Ладно, я понял, — бурчит князь. — Дам задание переписать эти ваши алгоритмы или что там нужно сделать. Одним словом, усилить безопасность.

— И запретить доступ к личным смартфонам Грозиных, — добавляю я.

— После того как мы узнаем насчёт Алексея, — соглашается дедушка. — Сейчас я позвоню кому надо, вам откроют доступ к Чернокнижнику.

— Спасибо, ваше сиятельство! — глаза Егора блестят от восторга.

Дедушка связывается с кем-то в службе безопасности Династии, и уже через несколько минут мой хакер принимается за дело. Он говорит, что это займёт какое-то время, поэтому я приглашаю Григория Михайловича в другую комнату. Нам нужно поговорить наедине.

Мы заходим в другой кабинет. За стеклом видно уличный тир и полосу препятствий, где тренируются мои гвардейцы. Ночные фонари светят тусклым холодным светом. Но этого света хватает — мы не включаем лампу в комнате, оставаясь в полумраке.

— Знаю, знаю, Александр. Ты хочешь сказать, что мой брат может быть кукловодом, — недовольно качая головой, говорит Григорий Михайлович и садится на диван, который скрипит под его весом.

— Один из ваших братьев. Либо Ярослав, либо Алексей. Либо, позвольте мне быть откровенным, они могут работать вместе, — садясь рядом, отвечаю я.

Тяжело вздохнув, князь проводит рукой по бороде и говорит:

— Да. Непросто в это поверить, но ты прав. И я могу рассказать, почему.

— Почему же?

— Видишь ли, в детстве они были не разлей вода. Я много учился, часто ездил с отцом на деловые встречи, даже когда был ребёнком. Ярославу всё это было не так интересно. Он много времени проводил с Лёшей, когда тот был маленьким. Всюду таскал его за собой. Алексей в Ярославе души не чаял, — рассказывает Григорий Михайлович.

Я молча киваю, ожидая продолжения.

— Но это полбеды. В детстве можно дружить, а потом, будучи взрослыми, забыть друг о друге. К сожалению, так часто бывает даже между родными братьями. Но моих братьев связывает кое-что большее, чем просто детская дружба…

Князь замолкает. Поглаживая бороду, он глядит в пустоту. Складывается впечатление, будто он смотрит в далёкое прошлое, времена своей юности.

— Что их связывает? — не выдержав, спрашиваю я.

Григорий Михайлович переводит на меня взгляд, но не успевает ничего сказать. В дверь раздаётся стук, и в комнату заглядывает Егор.

— Господа, всё получилось быстрее, чем я думал. Информация у меня на руках.

— Говори, — произносим мы одновременно с князем.

— Пока убийца общался с нанимателем, Алексей тоже говорил по телефону. Его собеседник был в России…

Глава 12

— Вот только вызов был исходящим, — заканчивает Егор.

— Ещё раз, что? — переспрашивает князь.

— Вызов был исходящим. То есть не Алексею Михайловичу звонили, а он кому-то звонил. Я не могу посмотреть номер, знаю только, что абонент в Петербурге.

— Получается, что Алексей не мог говорить с нашим стрелком, — делаю вывод я.

— Получается, так, — разводит руками Егор.

— Спасибо, — с нескрываемым облегчением говорит Григорий Михайлович. — Вы развеяли наши сомнения.

«Не до конца, — думаю я. — Всё ещё есть вероятность, что Алексей и есть кукловод. Потому что за него со снайпером мог говорить подручный. Хотя возникает вопрос, зачем подделывать голос Алексея — если он и правда враг, зачем подставлять самого себя? А время двух разговоров и правда лишь совпадение».

Поклонившись, хакер уходит. Князь смотрит на меня и спрашивает:

— Вот видишь? Это не мог быть он.

— Подозрения никуда не делись. Вы как раз собирались что-то рассказать, ваше сиятельство. О том, что ваших братьев связывает что-то очень важное, — отвечаю я.

Григорий Михайлович недовольно морщится и откидывается на спинку дивана. Теперь, когда выяснилось, что Алексей не мог говорить со снайпером, дедушке явно расхотелось откровенничать.

Но он уже начал, и поэтому придётся закончить.

— Хорошо, — говорит он. — Я расскажу со слов Ярослава, поскольку меня там не было. Но сомневаться в правдивости истории не приходится. Вот что произошло…

Владения рода Грозиных.

Много лет назад.

Ярослав с маленьким Лёшкой возвращаются домой. Они гуляли по владениям Грозиных, тайком искупались в пруду, где гвардейцы иногда ловят рыбу, и долго лежали на солнце: хотели высохнуть, чтобы князь не понял, что они купались.

Солнце уже клонится к закату. Лёша, как всегда, что-то без умолку болтает. Рассказывает о мультике, который он видел вчера, и наверняка придумывает кучу деталей на ходу, пересказывая сюжет.

Вдруг он замолкает. Ярослав оборачивается и видит, как младший брат замер, уставившись куда-то в заросли. Его глаза широко раскрыты, а губы дрожат.

— Ярик, — шепчет он, — смотри…

Ярослав приглядывается и видит в кустах её. Собака. Большая, грязная, с торчащими рёбрами и оскаленной пастью. Её глаза горят, как угли, и она неотрывно наблюдает за двумя детьми, принюхиваясь.

Как она здесь оказалась⁈ Впрочем, чего удивляться — поместья Грозиных обширны, сюда нередко забредают дикие или бездомные животные из Московской области.

Ярослав сразу понимает, что это не просто бродячая собака. Она голодная, злая, возможно, даже бешеная. И они с братом вполне могут стать для неё добычей.

— Лёша, не двигайся, — шепчет он, чувствуя, как быстро колотится сердце.

Но Лёшка не может стоять спокойно. Он делает два шага назад, и это движение становится роковым. Собака рычит, её тело напрягается, а младший Грозин от страха начинает плакать и бросается в объятия брата.

Собака с лаем кидается на них.

— Беги! — кричит Ярослав, хватая Лёшку за руку.