Не лезь в бутылку, или Джинн в посудной лавке (СИ) - Мед Натали - Страница 5

– А вы уверены, что ваш друг ещё жив? – поинтересовалась я, проходя внутрь.

– Дык кто ж его знает? – пожал могучими плечами Борх. – Вчерась ещё живой был.

Я склонилась над постелью больного, движением создавая преграду для зловредных демонов, вызывающих болезни.

У мужика, лежащего на постели, была разрублена голова, началось сильнейшее воспаление… Но, похоже, я успевала.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Обо что, говорите, он у вас порезался? – с интересом поинтересовалась я у Борха.

– Дык… – почесал в затылке тот. – Мы деревья давеча валили… И дуб попался такой кряжистый, такой, дрец, кряжистый!

– Угу, – буркнула я себе под нос. – Такой кряжистый, что отбивался саблей.

Интересно, куда я попала, и где мне теперь предстоит жить? В логове разбойников? С другой стороны дядя мой вон тоже разбойник не хуже. А живёт себе, и даже всеобщим уважением пользуется!

Я погнала остальных разбойников кипятить мне воду и нести чистые (по возможности) тряпки, а сама принялась колдовать над мазью. Хорошо тут был довольно лёгкий вариант. Череп ему не пробило – крепок мужик, впрочем, судя по приличной такой гематоме, на нём был шлем. Повезло разбойничку, будет жить дальше.

В общем, когда через пару часов я закончила, погрузив раненого в целительный сон, у меня было чувство, что я вспахала небольшое поле. Всё-таки расход магии оказался приличным. А я даже не завтракала ещё!

– Всё, – отряхнула я руки. – Жив будет ваш друг. Пусть спит пока. И окна-то отворите, чтобы дом проветрить от всех этих духов болезни! – врала я, конечно, безбожно, но такие дремучие мужики только это и понимали.

– Неужто выживет?! – обрадовался Борх. – Да он же побратим мой, аж с пелёнок! Да я для тебя! Да что хочешь! Топор! Пыг! Живо к леди, да дров ей наколите, воды наносите, да поправьте там забор и что ещё!

– Благодарю, добрые люди, – кивнула я. Сил на подзарядку домашних артефактов, если такие и были в доме деда, у меня точно не было. – Буду очень вам признательна.

«Добрые люди» проводили меня обратно и развели бурную деятельность, скрывшись в заросшем лебедой огороде, в то время как я закрылась в доме с целью что-нибудь сожрать и заварить себе восстанавливающий отвар.

К моему удивлению, первое, что я обнаружила, это возлежащего на столе кота, того самого, которого я отмывала и залатывала ночью.

– Привет, кот! – поздоровалась я с ним. – Смотрю, ты оклемался, выглядишь уже получше. Сейчас я сварю нам настоечку, и будет совсем хорошо.

Кот раззявил пасть то ли в зевке, то ли в беззвучном мяве и дёрнул лапой, от чего из-под неё выкатился какой-то туго скрученный свиток с жирной печатью.

– Это ещё что такое? – нахмурилась я. От официальных посланий я не ожидала ничего хорошего.

Кот фыркнул и подтолкнул свиток ближе.

Я вздохнула и, нехотя сорвав печать, начала читать.

«Сим извещаю, что я, Сенир Амари, находясь в здравом уме и твёрдой памяти, передаю мой дом с участком и всё, что находится в доме и на участке, очерченном магическим забором, моей прямой наследнице Лилиан Амари.

Подтверждено кровью в шестой день листопадня, года четыре тысячи сто двадцать шестого от основания Бурхазии.

Зарегистрировано в палате Магических завещаний Астрограда»

Я обессиленно плюхнулась в рассохшееся кресло-качалку и начала обмахиваться завещанием. Ну дед! Ну даёт! Надо же было раскошелиться на такое колдовство! Теперь у меня никто и никогда не отнимет этот дом! Пусть он старый и невзрачный, пусть он гораздо меньше дома, в котором прошло моё детство, но это настоящая и крепкая крыша над головой! Что-то, с чего можно начинать своё дело. А я точно захочу начать своё дело!

Глава 6. Дела домашние, дела насущные

Ладно. С чего же мы начнём начинать своё дело? Я обвела взглядом стол с котлом на треножнике и котом, который продолжал сверлить меня взглядом прозрачных голубых глаз, стеллажи с многочисленными пузырёчками и колбочками вдоль стены, огромный камин, занимавший стену напротив и мутное окно, за которым виднелись мельтешащие в саду помощники. Оттуда доносился жизнеутверждающий стук топора, бряцанье железа, приглушённый грохот и бодрая ругань.

– Мяу? – нарушил затянувшееся молчание кот.

– О! – опомнилась я. – Ты же наверное есть хочешь. И я хочу, спасибо, что напомнил. Ты, кстати, кот или кошка?

Кот негодующе фыркнул и, задрав заднюю лапу, начал демонстративно вылизывать места, которые не оставляли места для неправильного трактования его пола.

– Ага, понятно, вижу, – пробормотала я. – Кот.

Раздался громкий стук, и кот, оставив своё занятие, внимательно уставился на дверь.

Я открыла и с некоторым удивлением обнаружила на крыльце дородную женщину в простом домотканном платье и цветастой шали, держащую в руках какой-то плоский свёрток.

– День добрый, – сообщила она. – Ты, чтоль, будешь нашего Сени наследница? Благодарствую за моего непутёвого! Говорила ж ему, не лезь на рожон! А, – она сунула мне в руки свёрток и только потом обречённо махнула рукой. – Разве ж мужики слушають? Ни! Они всё завсегда лучшее знають. Вот, пирога принесла тебе свежего. И вот, – на пол рядом со мной встала корзинка, накрытая белой тряпицей. – Тут маслице свежее, смятанка, да яички… Когда ишшо своим хозяйством обзаведёсся.

– Мяу! – мягкий стук сзади сообщил мне, что кот решил тоже исследовать приношения. Он ловко поддел носом тряпицу и виртуозно выудил из корзины яйцо, как и пасть-то раззявил.

– Ох ты, батюшки! – всплеснула руками женщина. – Батон вернулси! Это ж к добру! – она закивала так часто, словно пыталась меня убедить в несомненной удаче этого моего приобретения.

– Кота зовут Батон? – меня слегка удивил контраст между аристократичным поведением кота и столь неблагозвучным именем.

– Агась, – кивнула та. – Батончик наш. Только он исчез давно, как вот дед твой помер, так и исчез. Мы уж думали, что тоже помер. Как там у вас, колдунов, заведено с вашими зверушками-та…

– С фамильярами… – машинально поправила я, наблюдая за котом, который аккуратно в углу разъедал добытое яйцо. Неужели он был фамильяром деда? Не помню этого кота.

– Агась, – охотно согласилась, – Вам лучшее знать. Ну, значица, я побегла, а то ребятейки всю хату разнесут. Мы-то пока у свекровки ютимся, шоб, значица, покой дать муженьку-та болящему.

Она было начала спускаться с крыльца, но вдруг обернулась и, таинственно приглушив голос, спросила:

– А вы для красоты-то примочки делать будете?

Я кивнула. Почему бы и нет?.

– А зелья пользительные для бабьего здоровья?

– И зелья могу, – снова кивнула я. – Обращайтесь. Только дайте пару дней, я тут в порядок всё приведу, да посмотрю, где что лежит. А там уж приходите, рассказывайте, что надо, помогу.

Женщина умчалась, а до меня дошло, что я даже не удосужилась узнать её имя… И ещё до меня дошло, что мужики время зря не теряли: все сорняки во дворе были скошены, колодец поправлен, забор обновлён, а вдоль него высилась поленница свеженаколотых дров.

Замечательно! Теперь нужно провести ревизию того, что мне тут досталось от деда. Ну и с котом поближе познакомиться. Не похож он на фамильяра, хоть что мне говорите. Фамильяра я бы враз учуяла!

Понаблюдав за котом, который деловито расправлялся уже с третьим по счёту яйцом, я прошлась очищающими флюидами по столу и разложила на нём приношения от первой клиентки.

Пока на треножнике побулькивал котелок с восстанавливающим отваром, я листала учётную книгу деда, найденную в ящике стола и жевала кусок ужасно вкусного пирога с мясом. С мясом! Боги милостивые, как давно я не ела столько мяса! Похоже, люди в этой деревне совсем не голодают.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Дед оказался большим аккуратистом, и я начала примерно понимать, что и где у него находится. Оказывается, он частенько ездил на ярмарку в мой родной город и закупал там травы, которые нельзя собрать в местном лесу…

А ещё записи деда натолкнули меня на мысль, что люди здесь промышляли если не прямым разбоем, то контрабандой точно. Рядом граница, и очень много награбленного во время последней войны с обеих сторон курсирует туда-сюда. На удачу, место это далеко от основных военных действий (в глухих чащобах не повоюешь). А вот для того, чтобы разные добры молодцы, желающие рискнуть и ухватить удачу за хвост, нажившись на награбленном, могли попытать счастья – это самое оно. Ну и местные мужички, как я понимаю, не зевают, и исправно снимают свои сливки. Кого просто грабят, кому за долю предлагают охрану и проводников.