Ткач Кошмаров. Книга 2 (СИ) - Розин Юрий - Страница 22

Вот только я не использовал никаких техник сбора энергии. Каким-то образом Ан сделал это за меня, «перебравшись» на мою сторону нашей связи.

В первую секунду появилось желание тут же все это прервать. Но я подавил его и продолжил следить за происходящим.

Что бы там ни было, я продолжал чувствовать, что Ан был частью меня, такой же неотъемлемой, как сердце. И мне хотелось верить, что сердце не станет восставать против окружающего его тела.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Энергия продолжала утекать будто в трубу, и не только моя, но и та, что содержалась в Леднике внутри Ана. По идее ее должно было быть достаточно, чтобы соткать несколько сотен метров нитей.

Но в итоге вся она вылилась в одну-единственную капельку, появившуюся из хелицер Ана. Она была тёмной, почти чёрной, и пульсировала странной энергией.

Пальцем другой руки я снял капельку, чувствуя, как холод исходит от неё.

— Что это? — прошептал я, мои глаза были прикованы к капле. — Ты теперь можешь создавать яд?

Ан, разумеется, не ответил, но это и не требовалось. Я и так мог ощутить губительную силу, исходящую от капельки черной отравы.

Было ли причиной появления такой его способности то, что он поглотил Ледник Яростного, находящийся под воздействием отравы? А может быть такая функция была по умолчанию включена в проводника Потока?

Кто знает. Но как минимум теперь у меня был дополнительный козырь в рукаве. Правда, пользоваться ядом в бою пока что было лишь мечтой. Мало того, что продуцирование одной капли высосало меня почти досуха, так еще и заняло почти три минуты.

С другой стороны, вне боя, например для расставления ловушек, это может оказаться невероятным преимуществом. Единственное: надо выяснить, как этот яд вообще действует.

— Лейран, — раздался голос Найлы. Она стояла в дверях, её глаза были полны тревоги. — Все нормально?

Я посмотрел на неё с довольной улыбкой.

— Он может создавать яд, — сказал я, мои слова звучали тихо, но в них чувствовалось возбуждение. — Пока не знаю какой, но это нечто совершенно новое. Он сам мне это показал.

Она подошла ближе, её глаза были прикованы к капле. Она протянула руку, но не коснулась её.

— Сам? В смысле?

— Я отпустил контроль и позволил ему действовать самостоятельно.

— Ты сам-то понимаешь, насколько это дико звучит? — спросила она обеспокоенно. — Ты играешь с огнём, Лейран. Если ты не остановишься, может случиться непоправимое.

Я хотел было что-то ответить, но вслед за радостью от открытия новой способности Ана пришло осознание: она была права. В этот раз все сработало в мою пользу, но никто не знает, что будет в следующий.

— Но что, если это ключ? — спросил я даже не Найлу, а самого себя. — Что, если это ключ к его дальнейшему развитию? Он ведь уникален и никто не знает, как должно быть.

Она посмотрела на меня, её глаза были полны сомнений.

— А что, если это ключ к твоей гибели?

— Я был готов к тому, что создание проводника Потока на основании теорий и древних текстов может иметь свои побочные эффекты, — пожал я плечами. — Ты права, действовать нужно осторожно. Но останавливаться я не собираюсь.

Она вздохнула, но затем просто развела руками.

— Тогда я помогу тебе.

— Это — то, что я хотел услышать.

Я стоял перед столом, на котором лежал мощный кристалл, насыщенный энергией Потока. Отцу стоило немалых усилий заполучить его, и он был только один. Шансов на провал не было.

Ананси сидел на кристалле, плавно увеличиваясь и уменьшаясь на несколько сантиметров в длину каждые несколько секунд, будто дыша всем телом.

— Ты уверен, что это сработает? — спросила Найла.

Её голос звучал тихо, в нём чувствовалось напряжение. Она стояла рядом, её руки держали инструменты, которые мы подготовили для эксперимента. Её глаза были прикованы к кристаллу, и я видел в них смесь беспокойства и решимости.

— Нет, — ответил я честно. — Прошло две недели и я чувствую, что Ан все больше перетягивает на себя одеяло. Если я не попробую, то проиграю. Это единственный шанс, за исключением уничтожения проводника.

Она посмотрела на меня, её глаза были полны недовольства.

— Не ты ли недавно говорил мне, что жизнь в любом случае лучше смерти?

— Шанс на жизнь лучше гарантированной смерти, — кивнул я. — Но удаление проводника, связанного с моей душой, тоже может стать для меня фатальным исходом. Так что, фактически, я выбираю лишь способ самоубийства. И в таком случае попытаться что-то сделать лучше, чем сдаться, не думаешь?

— Согласна, — кивнула она, немного погодя.

Я кивнул, чувствуя, как холодная решимость наполняет меня.

— Тогда давай оставим все лишние разговоры и сосредоточимся на деле.

— Давай. Но если что-то пойдёт не так… — она повернулась на отца, стоявшего в углу лаборатории.

— Я постараюсь вас остановить, — кивнул он.

— Все, начинаем!

Найла подключила кристалл к прибору. Её движения были точными, но я ощущал в них остатки неуверенности. К счастью, она точно была не из тех людей, кто стал бы саботировать этот наш эксперимент ради чего бы то ни было.

Я связал свой разум с Аном, ощутив, насколько истончилась наша связь за эти две недели. Даже после того, как я почти полностью снял контроль, паук продолжал сопротивляться, явно намереваясь сбежать при любом удобном случае, а то и попытаться перехватить главенство в нашей паре.

— Готов? — спросил я.

За эти дни я привык общаться с Аном вслух и иногда мне даже казалось, что он вот-вот ответит. Но, конечно, ничего подобного не случилось.

— Ты готова? — глянул я на Найлу.

Она кивнула, её лицо было серьёзным.

— Готова.

Я включил прибор, и кристалл начал мелко пульсировать энергией. Поток волнами направился в Ана. Его тело также засияло ярче, но было понятно, что это не то.

— Настраивай потихоньку, — скомандовал я и вскоре частота пульсации энергии кристалла начала меняться.

Плавно, очень неторопливо, Найла действовала максимально аккуратно. Так что до момента, когда тело Ана вдруг начало пульсировать энергией в такт кристаллу, прошло несколько минут.

— Теперь интенсивность! — скомандовал я, после чего закрыл глаза и полностью сосредоточился на внутренних ощущениях.

Исследования, которые мы провели, дали следующее: определенная частота пульсации энергии Потока вводила Ана в состояние наподобие транса. В этом трансе он полностью терял ту зарождающуюся волю, что начала проявляться, и становился тем же Аном, к которому я привык.

Однако этого было недостаточно, чтобы решить проблему. После исчезновения пульсации все возвращалось на круги своя.

Ответ был найден в изменении второго параметра пульсации: интенсивности. При достижении определенного уровня я начинал чувствовать, как наша с Аном связь впускает эти пульсации в себя, «размягчается» и, будто металлическая болванка под ударами молота, получает возможность меняться.

Оставалось только наложить два эффекта друг на друга, временно отключить самостоятельность Ана и укрепить нашу связь, пользуясь его «недееспособностью».

Опасность была в том, что после завершения эксперимента и выхода Ана из транса, из-за нашей более прочной связи был шанс, что его сознание начнет влиять на мое. Но я был готов пойти на такой риск, с учетом того, что он был рожден из моих крови, плоти, кости и души.

Еще несколько минут прошло в томительном ожидании нужной «амплитуды волны». И вот, наконец…

— СТОП! — воскликнул я и, судя по всему, Найла идеально остановила настройку. Дальше все зависело лишь от меня.

— Держись, — прошептал я, чувствуя, как энергия устремляется из меня к Ану. — Мы почти у цели.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Время потеряло значение. Я не знал, прошла секунда, минута или час. Единственное, что я понимал: пусть не слишком быстро, но прогресс все-таки был.

— Лейран! — вдруг раздался голос Найлы. — Что-то не так. Кристалл перегружается!

— Мне осталось немного! — крикнул я в ответ, стараясь максимально ускориться.