Моя девочка - Грин Эмилия - Страница 8

Уголки его губ дрогнули, сложившись в угрожающую улыбку. Карие глаза упакованного в роскошный костюм мужчины переполнял азартный дьявольский блеск.

Вскользь оглядев меня, Артем вновь вернулся к моему лицу.

Сердце взвилось птичкой от выброса адреналина, на котором держалось мое мнимое хладнокровие.

Мы больше не разговаривали после того именинного поцелуя в подсобке. Хотя произошедшее за закрытой дверью ресторана можно с большой натяжкой назвать разговором…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Прекрасно выглядишь, Александра, – подходя ближе, неожиданно хрипло выдал Артем. Я смущенно улыбнулась, старясь придумать, чем заполнить повисшую между нами паузу. – Откуда тебя забрать? Я пришлю за тобой водителя, – добавил он, и я оцепенела.

– Ты приглашаешь меня на свидание?

– На съедание, – передразнив меня, он хмыкнул. – Ну ты ведь умная девочка, Саш? Подаришь мне немного своей ласки? Я щедро тебя отблагодарю, – Артем задержал взгляд на моей полуголой вздымавшейся груди.

Ласка взамен на материальные блага.

Почему я сразу не догадалась?

Может, имеется и специальный прайс? Как «умная девочка Саша» могла так фатально ошибиться в этом мужчине?

– Если надумаешь – позвони, – и он протянул мне визитку. – Это номер моего секретаря по личным вопросам. Попроси прислать за тобой автомобиль.

Смяв черный ламинированный прямоугольник, я гордо подняла голову и посмотрела Апостолову в глаза.

– Я не позвоню…

– Мы оба знаем, что позвонишь.

Прищелкнув языком, Артем смотрел на меня так пристально, будто давно прочел мои жалкие мыслишки, в которых прописался с того самого первого сладко-горького поцелуя.

Когда он, больше не сказав ни слова, покинул гримерку, я разгладила примятый картон и бережно засунула его в потайное отделение сумки.

С того разговора прошло девять месяцев, однако я до сих пор держалась молодцом. Хотя, чего уж греха таить, несколько раз порывалась отправиться к Апостолову на съедание…

Поднимая голову, я вновь почувствовала на себе его прямой взгляд. Я пропустила момент, когда мужчины разошлись, и за столом остался один хозяин бара «Темная ночь».

Мой Темный.

Я перестала дышать, зато двигаться начала гораздо смелее. Откровеннее. Эротичнее. Для него. По кошачьи изогнулась, слегка выставив ягодицы. Далее поворот. Я прогнулась в спине, после чего дала акцент на ноги.

Небрежно оттянув брюки в районе паха, Апостолов с прищуром голодного хищника ловил каждое мое движение, закусив уголок нижней губы.

Ох, как же меня ломало от желания снова в них впиться – упругие… умелые, – довести дело до конца, чтобы Артема окончательно унесло, и он поверил в гороскопы.

Внезапно он поднялся и пошел прямиком ко мне.

Я почувствовала, как по спине стекает капелька пота, когда Артем задержал взгляд на моем обнаженном плече. Однако, поравнявшись со мной, он свернул в темный коридор и прошел мимо. Я уловила его терпкий аромат, вдохнула его полной грудью.

Так пах самый желанный порок.

Бегло посмотрев через плечо, я заметила Апостолова в компании жгучей брюнетки. Ах, вот в чем дело… Он поднялся, чтобы встретить ее и проводить до стола.

Эх, Саша-Саша.

Пропустив свою спутницу вперед, хозяин заведения вновь сделал знак официантке, и спустя несколько мгновений темноволосая красавица, с ног до головы упакованная в люкс, уже потягивала «Мартини Бьянко», заедая его клубникой. Она прижималась к Артему так, будто хотела срастись с ним телами.

Однако его карие глаза, как ни странно, вновь были устремлены на меня. Сердце ходило ходуном под этим внимательным и слегка насмешливым взглядом.

Узнал или нет?

Спутница Апостолова отправила клубничку ему в рот, и я еле сдержалась, чтобы не закатить глаза. Вздохнув, опустила веки, стараясь абстрагироваться от лобызаний парочки.

В конце концов мне осталось продержаться всего ничего. А за мучения Наталья Леонидовна пообещала более чем щедрое вознаграждение – смогу затарить холодильник продуктами на неделю.

Монотонно покачиваясь, я старалась унять дрожь тела, ощущая, как Апостолов просверливает дыру на уровне моего лба. Кисти тряслись, словно у меня тремор.

Ну а общее состояние…

Выглядя расслабленно со стороны, я внутренне сжималась в комок под его прямым гипнотическим взглядом, стискивая пальцы с такой силой, что, вполне возможно, на них останутся синяки.

А красотка тем временем красноречиво закинула свою бесконечно длинную ногу в модных туфельках на бедро Апостолова, нашептывая что-то ему на ухо.

Он коротко рассмеялся, продолжая как губка впитывать смесь моего раздражения, помноженного на разочарование. Быстрее бы они уже доели свою клубнику и отчалили отсюда заниматься «клубничкой». У разодетой мадам под юбкой, похоже, уже все дымилось…

Но пара продолжала сидеть, изводя меня своим мучительным присутствием. Артем не сводил с меня насмешливого взгляда, не обращая ровным счетом никакого внимания на свою спутницу. Его черный взгляд задержался на тонких бретелях, поддерживающих мою небольшую грудь.

В этот миг я даже посетовала, что матушка-природа обделила меня пышными формами. Потому что, судя по девице, сидевшей рядом с виновником моей тахикардии, он предпочитал женщин, у которых есть за что подержаться.

Я тут же отругала себя за эти вероломные мысли. Какое мне вообще дело до этого самоуверенного мужика?

Вздохнув полной грудью, я прикрыла глаза, стараясь абстрагироваться от происходящего. На какие-то жалкие минуты у меня даже получилось освободить голову от мятежных мыслей и отпустить тело в космический полет.

А потом я вновь посмотрела перед собой…

Сидя в гордом одиночестве, Артем вызывающе широко улыбался, откинув голову на спинку кожаного дивана. Вне всякого сомнения…

…он меня узнал.

Я не понимала, как на это реагировать. Что ему надо? Он отправил свою шикарную спутницу… чтобы что? Я танцевала в полнейшей прострации, а Артем пил элитное пойло из горла, глядя на меня пугающе остекленевшим дурным взглядом.

И опять это странное общение на уровне инстинктов.

Он мужчина, от которого мне нужно бежать без оглядки. Да вот незадача… Единственная мысль, набатом грохотавшая в моей беспутней голове, была о том, чтобы сократить расстояние, забраться на Артема сверху и, овившись вокруг его обнаженного торса, исполнить такой танец, после которого я уже никогда не смогу вернуться на светлую сторону. До кончиков пальцев ног выпачкаться в его мощной колдовской энергетике. Пропитаться ею насквозь.

Внезапно, будто прочитав мои бесстыжие мысли, Артем поднялся и, поравнявшись со мной, замер, тяжело дыша.

Сцепились взглядами.

Он пронзительно смотрел мне в глаза, очевидно, чтобы убедиться, что я еле жива после этой бессознательной животной потребности укрыться в его горячих мужских объятиях. Ну хоть себе хватило мужества признаться…

Уголки ярких полных губ хозяина заведения приподнялись в удовлетворенной усмешке. Протянув руку, он намотал прядь моих волос на кулак, медленно пропустил их между татуированными фалангами длинных красивых пальцев.

Не сказав ни слова, он покинул бар «Темная ночь».

– Саш… Сашенька… Просыпайся.

Я нехотя приоткрыла один глаз и попыталась сфокусироваться на расплывавшемся лице Кандинского.

– Еще минуточку, – и я зарылась носом в ладони, выполнявшие роль не самой удобной подушки.

Из-за ночной смены поспать получилось от силы пару часов, поэтому меня и разморило под баюкающий голос преподавательницы по английской литературе.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

– Крючок на тебя таращится, – озабоченно известил меня Стас.

Крючок, кстати, производное от фамилии Крючкова.

– Сахарова, может, вам еще берушки? – едко обратилась ко мне Валентина Семеновна.

«Было бы неплохо», – мысленно ответила я, однако не в моем положении сейчас наживать себе врагов еще и в лице преподавателей, поэтому, натянув на лицо виноватое выражение, я расправила плечи, уткнувшись носом в девственно-чистый конспект.