Осколок Демиурга. Пробуждение (СИ) - "Ал Эш" - Страница 22

— Неудивительно, — ответил я. — После того, как новость о нашем интересе к Забытым Холмам распространилась, было бы странно, если бы они не отреагировали.

— Это осложняет наш план, — нахмурилась Лириана. — Мы должны были отделиться от основной группы на третий день пути, но теперь...

— Теперь нам придется быть более осторожными, — закончил я за неё. — Возможно, стоит изменить маршрут или время отделения.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Лириана кивнула, её пальцы быстро пробежались по карте.

— Есть развилка здесь, на второй день. Основная экспедиция повернет к Серым утесам, где планируются основные исследования. Мы могли бы отправиться на восток, к Тихим водам, якобы для изучения водной растительности, а затем повернуть на север, к Забытым Холмам.

— Звучит разумно, — согласился я, изучая предложенный маршрут. — Но это добавит несколько дней к нашему путешествию.

— У нас нет выбора, — твердо сказала Лириана. — Лучше потратить больше времени, чем привести Дом Вер прямо к хранилищу.

Я согласно кивнул, затем огляделся, убедившись, что нас никто не подслушивает, и понизил голос:

— Кор приходил ко мне сегодня утром. Принес оборудование и... намекнул, что работает с группой, интересующейся Демиургами.

Лириана напряглась.

— Так и знала, что он не просто помощник Валериана. Что за группа?

— Он не сказал точно. Но они явно хорошо осведомлены о древних технологиях. И почему-то считают, что я могу быть ключом к активации хранилища.

— Из-за того, что ты смог активировать диск? — Лириана задумчиво посмотрела на меня. — Или есть что-то еще, чего я не знаю?

Я на мгновение задумался, взвешивая варианты. Лириана заслуживала доверия больше, чем кто-либо другой из встреченных мною людей. Её стремление к истине, её честность и интеллект делали её идеальным союзником. Но момент для полного раскрытия моей природы еще не настал.

— Эти артефакты реагируют на определенные типы энергии и сознания, — сказал я, выбирая слова с осторожностью. — Возможно, в результате моего... необычного воспитания и обучения у мастера Элдрина, я развил совместимую энергетическую сигнатуру.

Лириана внимательно изучала моё лицо, словно пыталась разглядеть нечто скрытое под поверхностью.

— Ты не просто случайный талант, верно? — тихо спросила она. — Я заметила, как естественно ты читаешь древние символы, как интуитивно понимаешь работу артефактов. Это больше, чем просто обучение.

Я встретился с ней взглядом, признавая её проницательность.

— Скажем так: у меня есть причины интересоваться этим хранилищем, выходящие за рамки академического любопытства. Но я обещаю, мои цели не противоречат твоим. Я тоже ищу истину, Лириана. Истину о прошлом этого мира.

Она долго смотрела на меня, затем медленно кивнула.

— Я верю тебе, — сказала она наконец. — Не знаю почему, но верю. И когда ты будешь готов рассказать больше, я буду готова слушать.

Она вернулась к картам, но я заметил, что её взгляд время от времени возвращался ко мне с новым, более глубоким интересом.

Мы провели остаток дня, детализируя маршрут и обсуждая необходимые припасы. Лириана составила впечатляюще подробный план, учитывающий всевозможные сценарии, от погодных условий до потенциальных встреч с дикими животными и магическими аномалиями.

— Я никогда не покидала Аркхейм надолго, — призналась она, когда мы заканчивали работу. — Большинство моих исследований проводились в библиотеке, среди книг и карт. Это будет мое первое настоящее полевое исследование.

— Ты боишься? — спросил я, заметив лёгкую дрожь в её руках.

— Немного, — призналась она с неожиданной открытостью. — Но больше я взволнована. Всю жизнь я читала о тайнах прошлого, о мире до Затмения, о Демиургах и древних знаниях. И вот теперь у меня есть шанс прикоснуться к этому прошлому, увидеть его собственными глазами.

В её глазах горел огонь искреннего стремления к знаниям, делавший её удивительно красивой. Я поймал себя на мысли, что в этот момент она воплощала лучшее, что я когда-то видел в человечестве — ту жажду понимания, ту любознательность, которая заставляла их расти и развиваться вопреки всем препятствиям.

— Мы найдем ответы, — сказал я, и прежде, чем успел осознать, что делаю, накрыл её руку своей. — Я обещаю.

Лириана не отдернула руки, и на мгновение между нами возникла связь, выходящая за рамки простого академического партнерства. Затем момент прошел, и она мягко высвободила руку, вставая.

— Нам нужно отдохнуть перед завтрашним отъездом, — сказала она с легким румянцем на щеках. — Встретимся у восточных ворот на рассвете.

Когда она ушла, я еще некоторое время сидел над картами, размышляя о предстоящей экспедиции и о растущей сложности моего положения. Поиск хранилища был лишь первым шагом в гораздо более масштабном плане. Восстановление истины, возвращение утраченных знаний — всё это было необходимо, но недостаточно. Главный вопрос, на который мне предстояло ответить: что произошло с Многомерьем? Почему барьеры между мирами ослабли? И как я мог исправить нанесенный ущерб?

Но были и новые вопросы, порожденные моим человеческим воплощением. Чувства, которые я испытывал к Лириане, к Ниле, даже к Селене, были удивительно интенсивными и запутанными для существа, привыкшего к холодной ясности демиургического сознания.

С этими мыслями я отправился к своей комнате, готовясь к завтрашнему дню и предстоящему путешествию.

Вечер перед отъездом принес еще одну неожиданную встречу. Я только вернулся в свою комнату после ужина, когда заметил, что дверь приоткрыта. Внутри, элегантно расположившись в единственном кресле, сидела Селена Вер. Вечерний свет из окна создавал вокруг неё золотистый ореол, подчеркивая совершенство её фигуры и черт лица.

— Прошу прощения за вторжение, — произнесла она, когда я закрыл за собой дверь. — Но я подумала, что мы должны поговорить перед твоим отъездом.

Я остался стоять, сохраняя некоторую дистанцию. Её внезапное появление в моей комнате было рассчитанным ходом — демонстрацией силы и влияния Дома Вер, способного проникать даже в личные помещения Академии.

— Наша встреча была назначена на завтра, — заметил я нейтрально.

— Завтра ты уже будешь в пути к Забытым Холмам, — прямо ответила Селена, показывая, что не видит смысла в притворстве. — И я хотела убедиться, что у тебя есть всё необходимое для успешной экспедиции.

Она встала и подошла к столу, где лежали мои карты и заметки. Я не пытался скрыть их — было бы наивно полагать, что Дом Вер не знает о наших планах.

— Мой отец очень интересуется этим регионом, — продолжила она, проводя тонким пальцем по линии карты. — Забытые Холмы... неприметное место, если не знать, что искать. Но для тех, кто понимает, они скрывают бесценные сокровища.

— Почему ты рассказываешь мне это? — спросил я, наблюдая за её грациозными движениями, от которых исходила скрытая сила и уверенность.

Селена повернулась ко мне с улыбкой, от которой вокруг её глаз появились едва заметные морщинки, делавшие её странно человечной и уязвимой, несмотря на безупречный внешний вид.

— Потому что я предпочитаю честность, Азар. По крайней мере, некоторую её степень. — Она сделала паузу, словно взвешивая, сколько может рассказать. — Дом Вер собирает древние артефакты и знания на протяжении поколений. Мой прадед начал эту традицию, мой дед продолжил её, а теперь мой отец доверил мне эту миссию.

Она подошла ближе, и я уловил тонкий аромат её духов — сложную композицию из горной амбры, ночных цветов и чего-то неуловимого, почти магического.

— Мы знаем о хранилище в Забытых Холмах уже давно, — продолжила она. — Но все попытки найти его или открыть оказались безуспешными. Что-то блокирует наши поисковые заклинания, что-то отклоняет внимание исследователей, что-то... скрывает его от нас.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Я сохранял нейтральное выражение лица, хотя внутренне был впечатлен её знаниями. Защитные системы, которые я установил вокруг своих хранилищ, были разработаны именно для этого — отводить внимание, искажать восприятие, сбивать с пути всех, кроме тех, кто имел правильный "ключ".