Основной закон 2 (СИ) - Матвеев Дмитрий Николаевич - Страница 62

За воротами обнаружилась машина и смутно знакомый мужичок из местных.

- Доктор, помогите, у меня жена рожает! – выпалил он, едва отворилась калитка.

- Э-э-э… - только и мог выдавить Валерик.

В училище акушерство должно было быть на старших курсах, и сейчас любая рожавшая женщина знала о процессе намного больше него. Но и отказать тоже было невозможно: судя по крикам, доносившимся из машины, всё должно было произойти уже очень скоро, практически вот-вот. Целитель откровенно растерялся, но тут пришло спасение. Оно появилось из самого неожиданного места, буквально из-за спины: Вероника вышла вперед, оглянулась, делая Валерику знак, и принялась распоряжаться.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Всё пришло в движение. Будущий отец был послан открывать ворота и подгонять машину к крыльцу. Целитель побежал кипятить воду в большом количестве и готовить кушетку в процедурной, а Вероника – переодеваться во что-то, что могло бы сойти за врачебную одежду.Через пять минут бак с водой стоял на плите, мужичок осторожно вёл роженицу в процедурную, а самозваная повитуха уже приготовила инструменты и была готова начать действовать.

Валерик выпроводил мужичка в кухню, усадил перед блюдом с шашлыком, а сам поспешил на помощь Веронике. Разумеется, вмешиваться в процесс он не собирался. Но вот залечить повреждения после родов – это как раз его дело. Тем временем всё шло само собой, естественным путём, не требуя постороннего вмешательства. Роды у женщины были не первые, что и как нужно делать, она сама знала не хуже лекарей. Обошлось без осложнений, ребёнок шел правильно, прямо по учебнику. Какие-то полчаса, и всё закончилось. Новорожденную девочку обмыли, обтёрли, запеленали, приложили к материнской груди. Валерик тут же убрал у роженицы все повреждения, словно их и вовсе не было, а заодно и следы прошлых родов. Так что ещё через полчаса женщина вполне была готова вернуться домой.

Ошалевшего от скорости протекания процесса мужичка поздравили с дочкой, отобрали почти пустое блюдо с шашлыком, дали в руки бутыль самогона и вместе с супругой и дочкой отправили обратно. Прибрались в процедурной, закинули испачканное бельё в бак для будущей стирки. Можно было бы выдохнуть, но тут Вероника предложила:

- Слушай, сегодня ночь совершенно ненормальная. Мне кажется, сегодня любое самое безумное предприятие имеет все шансы на успех. Давай попробуем пробудить Иринку?

Валерик озадаченно поскрёб затылок:

- У меня ведь еще не всё готово!

- Но у тебя один шар уже заряжен, - настаивала девушка. - Не выйдет – потом доделаешь второй и попробуем ещё. Ну что, пошли?

Валерик еще немного посопротивлялся для приличия и отправился к себе за накопителем.

В комнате Иринки целителя охватила странная робость. Но Вероника была энергична и настойчива, да и ему самому была удивительна собственная нерешительность, так что делу это не помешало. Девушка заняла позицию сбоку от пациентки, чтобы первый взгляд, если что, упал на неё. А Валерик встал в изголовье, приготовив янтарный шар. На миг его охватила почти что паника. Судя по всему, его напарница тоже испытывала что-то подобное. Но тянуть дальше было некуда. Секунда, и накопитель коснулся Иринкиного лба.

Первое, что произошло – это погас внутренний огонёк в янтаре. Валерик вздрогнул от неожиданности: он-то в душе готовился к очередной неудаче. А потом Вероника, которая всё это время неотрывно следила за лицом подруги, каким-то сдавленным голосом произнесла:

- Она открыла глаза.

Случись это в какой-нибудь понтовой дорогой клинике, да хотя бы и в районной больнице, сейчас бы все забегали, засуетились, затопали, загудели, обсуждая событие. Здесь бегать было некому, всего персонала – два человека, и оба уже здесь.

Разряженный шар брякнулся на ближайший столик, а Валерик бегом обежал кровать. Действительно, Иринка лежала с открытыми глазами, изредка помаргивая. Целитель встал так, чтобы гарантированно попадать в поле зрения девушки.

- Слышишь меня? Видишь? Понимаешь?

В ответ – ноль эмоций. То есть, реакций.

Валерик выругался про себя на себя, выдохнул, стараясь успокоить сердце и нервы и начал заново:

- Говорить ты сейчас вряд ли можешь, слишком уж долго молчала. Так что давай так: если ты меня слышишь и понимаешь, моргни.

И уставился на лицо пациентки. Вероника вцепилась ему в плечо и тоже напряженно смотрела. А пальчики у неё даром, что тонкие, а сильные. Наверняка придётся потом синяки залечивать.

Иринка медленно прикрыла глаза и спустя две невыносимо длинные секунды так же медленно открыла их вновь. Валерик улыбнулся. А Вероника лишь сильнее сжала пальцы на плече. Больно, млин! Впрочем, она быстро сообразила, руку приотпустила, и даже чуть погладила плечо, извиняясь.

- Замечательно! - Валерик очень постарался, чтобы голос его был бодрым и оптимистичным. - Давай попробуем немного поговорить. Я буду задавать вопросы. А ты отвечать. Если «да» - моргни один раз, если нет – дважды. Понятно?

Веки Иринки вновь сомкнулись, уже чуть быстрее, и тут же открылись вновь.

- Вот и чудненько, - обрадовался целитель. – Ты долго находилась в беспамятстве, за это время прошло много событий, многое переменилась. Окрепнешь – я тебе всё расскажу. Сейчас ты в отдельной палате в Подмосковье. Пить хочешь?

«Да».

Тут уже Вероника подсуетилась. Поильник, по опыту с Василием, был у неё наготове. Много не потребовалось: глоток, другой – и всё. Слишком уж слаба Иринка, слишком долго была неподвижной.

- Ты меня хорошо видишь? – продолжал расспросы Валерик.

«Да».

- Узнаёшь?

«Нет».

- А вот её, - он выдернул Веронику и поставил перед собой, - узнаёшь?

«Да».

Губы Иринки чуть дёрнулись, изображая улыбку.

- Великолепно.

Это была почти победа. Иринка сохранила сознание, воспринимает речь и может отвечать на вопросы. Людей узнаёт. Остаётся только медленно, постепенно восстановить двигательные функции организма.

- Ты устала?

«Да».

- Хочешь спать?

«Да».

- Хорошо, отдыхай. Сейчас свет выключим, чтобы не мешал.

«Нет».

- Хорошо, оставим ночник. Годится?

«Да».

Бригада лекарей вышла из комнаты-палаты буквально на цыпочках, осторожно прикрыв за собой дверь. Валерик прислонился плечом к стене:

- Ф-фух! Никогда не думал, что такое бывает, одновременно и облегчение, и новый груз.

А Вероника прислонилась лбом к плечу Валерика и подозрительно резко не то вздохнула, не то носом шмыгнула. Постояла так минутку, потом отстранилась, глянула на парня снизу вверх:

- Знаешь, мы ведь сегодня так за столом и не посидели. Как я с вечера накрыла, так всё нетронутое и стоит.

- Согласен, - поддержал её целитель. - Думаю, нам самое время как следует подкрепиться.

Глава 31

- Валер, тут гражданин буянит!

Вероника заглянула на кухню, где Валерик перекусывал после очередного сеанса. Восстанавливал силы, да.

Валерик повернул голову к двери, но из-за неё донеслось растерянное: «Ой»! и в релаксационную ввалился – иначе не сказать – крупный грузный мужчина, явно привыкший командовать и добиваться своего исключительно мытьём. Катанье – для слабаков. Из-за его спины, из коридора совершенно бессмысленно возмутилась Вероника:

- Что вы себе позволяете!

На этот комариный писк буян не отреагировал никак. Шагнул к столу, за которым сидел целитель, навис всей тушей над молодым человеком, только что кулаком не бахнул.

- Ты что мне обещал, Пилюлькин? Бабок сколько взял? А что сделал? Да я тебя сейчас…

Коротко треснул электрический разряд. Самый слабый, на какой был способен Валерик. Разгневанный начальник прервался на полуслове и плюхнулся всем весом на жалобно скрипнувшую табуретку, что случайно оказалась под седлом. Сознания, правда, не потерял, но боевой запал у него сразу сошел на ноль. Вошла Вероника, возмущенная и несколько встрёпанная. Зачитала из регистрационного журнала:

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

- Плиев Андрей Прокофьевич, направлен через куратора по госпрограмме. Жалобы на печень и желчный пузырь. После процедуры рекомендовано воздерживаться от жирного и жареного, полностью исключить спиртное минимум на полгода.