Служба доставки госпожи попаданки (СИ) - Хаард Дара - Страница 9

— Хорошо, — я вздохнула.

— Пошли, ты устала, а я держу тебя тут на холоде, — сжалился надо мной Ирмат.

Я посмотрела на Бусинку, которая курлыкала на любопытствующих виверн.

— Не бросай меня тут одну! – возмутилась она. — Так и знай, если они ко мне самца пустят, я из него когтеточку сделаю!

— Виверну в отдельный загон, накормить, — приказала я одному из объездчиков, который подошел, чтобы узнать, что делать с новенькой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Хорошо, госпожа. Ну пошли, пошли красавица, — ухватился мужчина за уздцы и повел курлыкающую виверну в загон.

— Успокойся, — мысленно сказала я элементаль. – Веди себя, как виверна, раз в ее форму обернулась. Ну или не веди, тогда все поймут, что ты элементаль и меня убьют. А тебя освободят от меня.

Бусинка тут же перестала возмущаться, видимо, я ее в виде связанной устраиваю больше, чем какой-то незнакомый сильный маг.

— Я обещаю, что буду хорошо тренироваться, чтобы ты быстрее поменяла форму, — заверила я элементаль.

— Смотри мне, — Бусинка любила, когда ее слово последнее. — Я за тобой слежу.

Пока шли до замка, Ирмат рассказывал мне, как съездил в столицу, что все документы теперь оформлены на меня. Бумажная волокита тут, как и в моем мире, была на высоте, только еще магией подкрепленная.

Вокруг были видны следы борьбы с монстрами. Наш остров довольно большой. Он состоит из трех соединенных островов. На одном стоял замок, на втором рос наш сад. Я попала сюда зимой, потом было холодное лето, но я успела отведать восхитительные фрукты, что растут в саду Куаров. Очень жаль, но, если в ближайшие месяцы не придет весна, сад погибнет.

Ну а третий остров — это питомники. Все острова соединены между собой магически за счет управляющего кристалла, который спрятан глубоко внутри главного острова там, где стоит замок.

Итан показывал мне и кристалл, и тайные ходы, которыми изрыт весь остров. А еще показывал сокровищницу, которая только так называлась. Там остались стоять только громоздкие сундуки, которые не представляли ценности. Сокровищница была полна золота, украшений, кристаллов… Когда-то была, не сейчас. Теперь даже золотые узоры с сундуков давно уже оторваны. Тяжелые времена у Куаров.

Виверн Куары раньше разводили для души, любили они летающих животных, а теперь за счет виверн мы выживаем. Я уже привычно говорила «мы», потому что сжилась за этот год с тем, что я – Сарита Куар, и этот остров – мой.

Мама встретила меня в гостином зале, расплакалась.

— Доченька, как же ты меня напугала! Хорошо, что вовремя прилетел Ирмат, иначе я не знала, кого мне посылать за тобой.

Милира меня удивила, даже в груди потеплело от ее заботы, все же она любит дочь...

— Ты не представляешь, как мне тяжело было достать приглашение на бал к Иришам, даже то, что ты учишься с их дочерью, не решало этого дела. Пока мне не помог Даймон Октаголд…

Понятно. Я устало выдохнула.

— Мама, я никуда не полечу. Ир, я помоюсь и приду, скажи Миси приготовить чего-нибудь поесть.

— Сарита Куар, я с тобой говорю, твоя мать, — голос Милиры стал тверже.

— Я сейчас не могу говорить, — я кивнула замершей Милире, и проскользнула мимо нее в коридор, который вел к лестнице.

— Ты видишь, как она себя ведет со мной, Ирмат?!

Милира нашла свободные уши и теперь может полчаса рассказывать, как она переживает за меня, а я не помогаю ей и не благодарю за ее труды. То, что ее труды — это найти мне богатого мужа она, конечно, говорить не будет.

Мне ее жаль. У нее слабое здоровье, она мечтает о богатстве и возможности жить подальше от Витрума, где-нибудь на теплых островах над морем. А еще уверена, что я должна думать так же. Она понимает, что останься мы без питомников, придется переезжать вниз, а это падение будет фатальным. Подняться ввысь нам будет уже не под силу. Поэтому нужен богатый муж, который возьмет на себя неподъемную ношу заботы о нас.

Я не считала, что жить внизу ужасно, но и терять остров мне очень не хотелось. Все же это необычно — жить на летающем острове. Но ради острова лишаться свободы… Я вспомнила огненного Октаголда, его зеленые глаза, которые смотрели так, словно он видел меня насквозь.

Даже покраснела, когда вспомнила его поцелуи. Неприятно, что целовал он меня пьяным, но зато как прижимался, словно боялся потерять. Нет, он точно издевался!

Я стала раздеваться прямо в туалетной комнате, смотря, как теплая вода наполняет небольшую ванную.

Да он издевался, хотел, чтобы я воспоминала его поцелуй. Я постаралась не думать, но Даймоне Октаголде, и это оказалось очень трудно. Он, словно заноза, засел в голове и не хотел оттуда вылезать.

У меня на земле были парни. Целых два. Первый пригласил меня на свидание и не пришел, потом я узнала, что он по дороге в кафе, где я его ждала, встретил девушку своей мечты… Второй парень, который обратил на меня внимание, даже поцеловал, правда потом куда-то пропал. Перестал звонить и даже не ходил в те кафешки, которые ходила я. Было больно и обидно.

А ведь я была не уродиной, неглупой, кстати, Сарита, моя почти точная копия, наверно поэтому мне было легко стать ею.

Я словила себя на мысли, что тут, на Гуарде, я словно раскрылась, стала говорить то, что думаю, больше верить в себя, и научилась отстаивать свои интересы. Словно перенос в этот мир, убрал все мои комплексы и травмы, что нанесла смерть родителей. На земле я заставляла себя быть сильной внутренне, тут у меня получалось все само собой. Я даже в академии себя в обиду не давала, хотя Сарита была тихоней и позволяла всем собой помыкать, даже своей подружке, Селии Ириш.

Не скажу, что Селия была плохой. Очень умная, уверенная в себе девушка, единственная дочь богатых родителей. Титул они получили недавно, так что такими древними корнями, как у Сариты, Селия похвастаться не могла. И, мне кажется, от этого очень сильно комплексовала. Поэтому старалась командовать Саритой, показывая всем, что она не хуже наследницы древнего рода.

Я погрузилась в теплую воду и расслабилась. Приключение у меня вышло неожиданно прибыльное. Высший элементаль — это ведь хорошее приобретение…

— Я лучшее, что есть в твоей жизни, Сарита, — далекий голос Бусинки, и я улыбнулась, все же дотянулась неугомонная.

— Нечего прохлаждаться, берись за тренировки, — я фыркнула и стала мыться.

Меня ждал Ирмат, нужно обсудить мою идею насчет службы доставки и думать, что делать с мобом. На новый у нас денег нет, а матушка на вивернах не летает. О! Так это же прекрасно, значит, можно отвертеться от бала у Иришей.

Бал — это лишние расходы, потому что нужно платье и не только мне. Деньги можно вложить в сбрую и специальные устройства для подъема грузов.

— Тренировки! – опять далекий мысленный призыв Бусинки.

— Успеешь, —сказала я, — нам сейчас главное с голоду не умереть.

Когда спустилась в гостиную, Ирмат что-то читал, уютно умостившись в кресло возле камина, парень переоделся и тоже успел умыться. Здесь в замке у него были свои апартаменты.

Ирмат был из старого древнего рода, который тоже, как и мы, держался на плаву из последних сил. Правда, Ирмат – пятый ребенок, так что наследство ему не светит, и нужно самому зарабатывать на жизнь.

Он – хороший друг, и я ему благодарна за помощь и с учебой, и с похоронами отца, и с питомниками, которые он после смерти Итана не бросил. Помогал мне разбираться в ведении дел и гонял объездчиков, которые думали, что настала воля. Хочешь работай, хочешь нет, а деньги будут капать. Помощь Ирмата неоценима.

Он меня увидел и улыбнулся.

— Можешь выходить, она ушла в свою комнату, — сказал парень и отложил книгу на небольшой столик рядом с креслом. — Ты прекрасно выглядишь, Рита, такая румяная, а глаза сверкают, как два алмаза на свету. И такой ты бываешь, если что-то задумала, — Ирмат хмыкнул.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Интересно, когда он успел так хорошо меня изучить?

Дело в том, что Ирмата Итан нанял уже после якобы болезни дочери. То есть настоящую Сариту Ирмат не знал. И мне это нравилось, с ним я могла вести себя так, как хотела, быть собой, не прикрываясь стеснением или робостью прежней Сариты.