Кодекс Охотника. Книга XXXIII (СИ) - Винокуров Юрий - Страница 50

Инициировался нововыкованный меч через слово. Обычное слово, которое очередной Галактионов произносил, считывая его с бумаги. Сразу появился вопрос: кто наделал эти шпаргалки для моих предков? Но я точно понимал, что даже они знали всего лишь часть правды. Ведь если не знать, куда смотреть, даже я не понял бы, что это такое.

Судя по всему, что на самом деле представляют собой мечи, из всех живущих ранее Галактионовых, знал именно Аркаша. Ну или перерождённый в теле Аркадия Галактионова Тюремщик — величайшее творение и помощник Архитекторов. Неудивительно, что тринадцатый, контрольный меч, доверили именно Аркадию.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

А дальше я увидел битву. Великую битву богов, которая так и не произошла в этом мире. Есть сущности во Вселенной, которые могут видеть будущее точно так же, как и менять его в определённой степени. И Тюремщик относился именно к таким. Не знаю, как было изначально, но Тюремщик, который может предсказать побег своего подопечного, я думаю, лучший из тюремщиков, который может существовать. Но что было изначально, никто не знал, учитывая, что таких созданий было чрезвычайно мало.

Смысл в том, что всё, что происходит сейчас, могло произойти раньше, до моего перерождения. В видении, которое я видел, Тёмные боги схлестнулись со Светлыми. В этом участвовали Хранитель, Вселенная и много каких других сил. В результате на месте этого мира осталась одна сплошная пробоина, из которой бесконтрольно текла энергия. А сама эта дыра превращалась в натуральную чёрную дыру, затягивая и перемалывая внутри миры, как этой Вселенной, так и остальных. Всё, что я видел, показывало на конец мира, окончательный конец всего сущего.

Это должно было произойти несколько сотен лет назад. И единственное, что смог сделать в том случае Аркаша, — это сбежать из мира сюда, уничтожив все воспоминания о себе, и находиться здесь в надежде, что достойный всё-таки придёт.

— Это были не твои слова, — сказал я. — Я хоть и знаю мало вашего брата, но на такое вы не способны.

— Да, это были не мои слова, прости, друг, — без всякого сожаления рассмеялся Аркаша. — Но они ведь исполнились?

Тут уж улыбнулся я.

— Не знаю. Ты мне скажи. Ты у нас провидец.

— Я уже нет, — в первый раз за весь разговор нахмурился Аркаша. — Мой Дар был платой за всё это, — обвёл он рукой находящееся. — Причём без гарантии, что я кого-то дождусь. Но я дождался тебя. Не знаю, насколько ты справишься, но других вариантов у меня нет. Поэтому, прощай!

— Почему «прощай»? Возможно, мы ещё увидимся. В следующий раз буду у Архитекторов, проставлюсь.

— Архитекторы тут ни при чём, — печально покачал головой тюремщик. — Точнее, весь Орден здесь ни при чём. В этом замешан мой бывший хозяин.

Короткая вспышка у меня в мозгу, но я успел ухватить суть. Старый глава Ордена Архитекторов, ворчливый старик с запредельной силой, который отошёл от дел просто, дабы не уничтожить всё сущее. Вредный, старый, но исключительно справедливый. А ещё мой друг… Старый друг…

Интересно, встречусь ли я когда-нибудь с ним?

Глава 23

Казалось, что всё закончилось, и теперь в моих руках клинок, который может здорово мне помочь. Однако, это было ошибкой. Всё, сука, только впереди!

Начнем с того, что я реально мог это предвидеть, хотя и не был провидцем. Да и вообще… Пусть я и говорю, что существуют провидцы, которые могут видеть будущее, но это всего лишь только слова. И говорю я так потому, что это проще, чем постоянно объяснять всем, что это означает.

И тут, пока я смотрел на посмертное представление Тюремщика, у меня в голове возникла мысль. А ведь мои дети очень любопытны и могут совсем скоро спросить про провидцев. Тогда придется рассказать им всё, как есть, без утайки, хоть это и сложно. Не существует практически, как такового, дара предвидения. Ведь вся судьба разумных находится в их руках. Но есть определенный геном, ещё его называют Даром в головах разумных. Если это человек, то не страшно, а если, скажем, божественная сущность, то уже намного опаснее. Это можно еще сравнить со складом ума, умноженным на гибкость разума и невероятную пропускную способность к аналитике.

Обычно этим страдают божества. Они могут собирать одновременно много информации и анализировать ее. Таким образом, они предвидят, что может произойти в будущем. Хотя не скрою, что существуют легенды и про настоящих провидцев.

Все обычно намного легче, чем кажется изначально, но и одновременно сложнее.

— ШШш-ш-шш-андр… Шшш-ш-ша-пай от шш-ш-шю-да! — решил дать мне совет Шнырька.

Вот, блин… Недавно оставил его ненадолго у Пашки, так он там набрался разных словечек. И теперь своему другу вместо «бежать» предлагает «сапать».

Впрочем, в его словах было разумное зерно. Ведь после смерти Тюремщика сейчас все те, кто были пленниками в его душе, получили свободу или лучше сказать — амнистию.

Тюремщики чем-то похожи на Охотников, вот только они пленяют не только душу, но еще и тело. И могут с ним разное сотворить. Обычно тюремщики не держат в себе больше сотни разных пленников. Зато могут посадить их в настоящую камеру, и при этом иметь с ними связь. От одного слова «боль» пленник будет испытывать такую боль, которой никогда не испытывал.

Я знаю такие случаи, и один даже назвали чудом, когда человек имел врожденные дефекты в теле, но совершенно не понимая, что такое боль. Тогда Тюремщик приказал ему испытать боль, а лекари, которые находились там, зафиксировали момент, когда у него выросли нужные для этого каналы в теле, хотя, мне кажется, что это были нервные окончания. И его тело исцелило само себя.

Страшные тюремщики, а этот особенно. Ведь он сейчас выпустил больше тысячи разных существ и ни одного человека.

— Мы не будем бежать, — я улыбаюсь Шнырьке. — Половина из них уже безумна. Душа сошла с ума и теперь телом правят эманации. Им тоже пора на перерождение.

Сказав это, я быстро отсек когтистую лапу оборотня, который кинулся на меня. Но тот даже не обратил внимания на потерю и второй лапой пытался достать меня. Пришлось оторвать ему голову, чтобы не мешал. Со вторым таким уже дрался Медоед. Это был как раз тот случай, когда пинали не Пупсика, а он.

Встреча с тринадцатым мечом прибавила ему разума и сил. Даже немного грустно, если он изменится. Я уже привык к глупому Пупсику, и люблю его таким, какой он есть.

Тем временем оборотни здесь были не самыми страшными противниками, ведь сейчас я буквально был окружен и отбивался от тварей. Некоторых даже распознать не мог.

И тут я задумался. А почему я не использую новый клинок? За все время я не сделал им ни одного удара, хоть и не выпускал из своих рук. Даже когда отрывал голову, то просто подкинул клинок в воздух и затем ловко поймал. Наверное, просто хотел с оборотнем поскорее разобраться.

Блин, вдруг мир стал меняться, и я взглянул на него. Всюду была лава и летали странные существа красного цвета, похожие на летучих мышей. Все бы ничего, но их было столько, что даже мой Океан Душ мог напрячься.

— Слышь, пушистая задница… А давай ты нас назад перенесешь? — обратился я к Медоеду.

— Время… Еще не пришло… — раздалось в моей голове.

Ну, зашибись! Я ведь заметил, как портал стал больше неактуальным после ухода Тюремщика.

Здесь даже всё пространство изменилось после того, как он ушел, в том числе и портал. Нет, он существовал, но больше не вел к нам домой. Портал изменил свои координаты после выброса энергии. Грубо говоря, его замкнуло. Смерть в портале часто происходит, когда какие-нибудь авантюристы находят похожий рабочий проход в древних катакомбах или храмах, а еще лучше — в пустых сокровищницах.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Они думают, что портал приведет их в то место, где прошлые жители хранили свои несметные богатства, и это могло бы быть так, но очень много лет назад. Проходят искатели приключений через такой портал и их выбрасывает не в том месте, где изначально планировалось теми, кто возводил портал… Или, вообще, убивает при переходе.