"Великая река". Компиляция. Книги 1-8 - Токацин . - Страница 35

- Уран и торий! Ты нас нашёл. Продаём чистый хашт и даже хумцу, но дороже. Меня зовут Фьоскин. Поднимайтесь, там лестница…

Лестница из лёгкого фрила под действием кислоты не только не рассыпалась, но и не покрылась пятнами. Речник с опаской прошёл над едким мелководьем и взобрался на площадку. Хаштмены молча ждали.

- Мы с Великой Реки, от Восточного Предела, - сказал Халан, глядя на Фьоскина. – И дело у нас довольно важное. И спешное… так что не хотелось бы вести его через власти Ураниума. Вы ведь подчиняетесь Ураниум-Сити?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Хаштмен кивнул. Второй в это время внимательно рассматривал Фрисса, но в разговор не вступал.

- Ураниум высоко. Здесь, на кислотной станции, некоторые вещи мы решаем сами, - сказал Фьоскин, переводя взгляд с Халана на Фрисса. – Восточный Предел? Что заставило вас забраться так далеко на Запад?

- Я хотел бы поговорить об этом с командиром вашей станции. Исключительно для скорости, - ответил Халан.

- Для скорости поговори со мной. Я – старший смены, командир сейчас наверху, - сказал Фьоскин. Фрисс ничего не мог прочесть в его узких, почти невидимых глазах.

- Хорошо, - Халан неохотно кивнул. – Слушай с самого начала, командир Фьоскин…

Они говорили долго. Фрисс понимал, что ему нельзя сейчас вмешиваться. Он хотел присесть на ограду площадки, но она блестела от капель сгустившегося хашта, и Речник отошёл подальше.

- Так ты знаешь Гедимина? – тихо спросил его второй хаштмен. Фрисс кивнул.

- Древний Сармат, закованный в броню, починил у нас серьёзные поломки на станции, - пояснил он. – Ты, может, с «Налвэна»? Вы вместе работали?

Сармат обрадованно закивал. Фрисс уже видел такое выражение на лице Гедимина – «как, это существо разумно?!» Похоже, все сарматы думали о людях одинаково…

- Я Деркин с кислотной станции Ураниума, передавай привет тому, кто предотвратил тысячу аварий, - прошептал кислотник. – Скажи, что Кон ничего плохого не хотел и ждёт не дождётся его возвращения. И помощи в сооружении нового реактора. Без него обещал не запускать.

Фрисс заверил, что всё передаст в точности. Он был слегка озадачен.

- Гедимин строил альнкиты в Ураниуме? – осторожно спросил он. – Не только чинил?

- Гедимин – легенда, - серьёзно сказал Деркин, покосившись на командира. – Его все уважают. Ты знаешь, что он однажды собрал ядерную бомбу из кусков гранита?..

Речник удивлённо мигнул, но спросить не успел ни о чём. Халан потрогал его за плечо – «идём, некогда болтать». Они вошли в серое здание, и незнакомые хаштмены окружили их.

- Ну что ж, приятно будет в один мах решить проблему всего Восточного Предела, - сказал Фьоскин, что-то подсчитывая на пальцах. – Сегодня вылетаем, быстрее вернёмся – меньше огребём. Ксенон! Ты за старшего. Состав я проверил, всё в порядке, до пересменки мы вернёмся. Накорми гостей, они подождут тут. Деркин, иди за мной!

- Ух ты… Халан, так что вы решили вдвоём? – шёпотом спросил Фрисс, когда Ксенон ушёл, оставив людям контейнеры с Би-плазмой и водой. Другие хаштмены тоже разошлись по местам. Фьоскин и Деркин, видимо, готовились к полёту.

- Они летят с нами, берут бочки с хаштом и хаштомёты со станции, - ответил Халан, жадно глотая Би-плазму. – В сто раз лучше, чем я надеялся! Мы довезём их до Змеиных Нор и вернём на берег, оттуда они телепортируются. И больше у нас неприятностей с хранилищем не будет…

- А расплатимся мы с ними? – тревожно спросил Речник. Он рад был, что сарматы согласны помочь, но догадывался, что это не бесплатно.

- Шестьсот кун, - Халан пожал плечами. – Почти задаром. Ураниум запросил бы раз в десять больше.

Не успел Фрисс впихнуть в себя остатки Би-плазмы, как готовая к полёту группа собралась у озера. Кроме Фьоскина и Деркина, тут были ещё четверо кислотников (Фрисс различал их только по цвету и количеству нашивок на скафандрах). Длинные тяжёлые хаштомёты и наглухо запаянные бочки с хаштом пока лежали на самоходной тележке – Речник таких не видел, но Халан шепнул, что это очень удобная сарматская штуковина. Хаштмены пригласили пришельцев подняться на тележку и сами залезли туда же. Фриссу было не по себе среди бочек кислоты, но выбирать не приходилось.

- Мы будем наверху к ночи, - сказал Халан, глядя на кислотников. – Отдохнём на Хьяктамлоне и утром полетим на восток. Фьоскин, у вас не будет трудностей с речными деньгами?

- В первый раз, что ли? Наверху обменяют, - хаштмен был спокоен. Халан кивнул и взялся за ключ телепорта.

Обратный путь оказался легче. Один кислотник упал с тележки, правитель Дзельты тоже вынужден был сесть на землю, зато бочки не шелохнулись. Закатив тележку в сад Искрейи, все восемь путников отправились к ведьме в гости. Искрейя знала каждого по имени, и пока они беседовали между собой, Фрисс успел уснуть за столом.

- Может, тебя сразу в Замок отвезти? Награду ты уже заслужил, - с беспокойством сказал Халан, разбудив его и отведя в комнату.

- Вот уж нет. Такое приключение я не пропущу, - ответил Фрисс. – И потом, нельзя, чтобы все видели хаштменов. Им попадёт.

Дальше они летели на драконах, которые были совсем не рады четырём седокам вместо одного, да ещё и тяжёлым вещам хаштменов. Кислотники на всякий случай надели шлемы, и было заметно, что высота непривычна для них. Много раз путники останавливались и трижды заночевали – на Правом Берегу Дистана, у Острова Кута и на подступах к хранилищу в Сунийских степях. Халан кормил драконов всем, что удавалось найти. Хаштмены ели Би-плазму и даже не попробовали ирхек.

- Приятное место ваш Восточный Предел, - сказал Фьоскин, ненадолго сняв шлем. – Хоть буду знать, как он выглядит.

Кислотники редко разговаривали, что в полёте, что на стоянках. А когда до хранилища осталось совсем чуть-чуть, обменялись несколькими странными криками, и Фьоскин обратился к Халану:

- Здесь нам нужно разделиться. Мы поедем понизу, вы летите над нами. Вы сможете отвлечь мутантов, чтобы у нас было время развернуть хаштомёты?

- Не беспокойся, Фьоскин, им будет не до вас, - кивнул Халан и велел драконам приземлиться. Теперь они летели налегке, и Фрисс немного боялся – не повредит ли кислотникам облучение от хранилища?

- Держи снаряды, Фрисс. Мы немного повзрываем, - сказал Халан, когда гигантские зелёные башни и чёрная дыра-вход стали видны как на ладони. – Не обращай внимания на странности драконов. Я управляю их разумом сейчас. Иначе они нас сбросят…

- Ух ты… - Фрисс быстро прицепил снаряды к поясу. Халан настоял на том, чтобы Речник надел скафандр ещё на стоянке – мол, Фрисс и так сильно облучился в этом году – а сам полетел безо всякой защиты. И сейчас его дракон делал петлю над чашей хищного цветка. Взрыв заставил растение содрогнуться и в слепой ярости взметнуть все корни вверх. Речник ждал удара, но корень просвистел мимо. Осталось только сбросить снаряд в чашу второго растения – и удержаться на драконе!

Речник видел краем глаза, как Халан угодил ещё двумя снарядами под корни Фита-Суу, и как полетели зелёные ошмётки. Он и сам сбросил куда-то взрывчатку – один пакет упал в хранилище, второй оторвал растению пару мелких корней. Третий взорвался на лету, потому что Фрисс поджёг его молнией, причём слишком рано…

Гулкий низкий вой, от которого кости задребезжали в суставах, а в глазах потемнело, отшвырнул драконов прочь от гигантских растений. Это в бой вступили хаштмены – и теперь людям оставалось только уносить ноги. Фрисс думал, что его череп сейчас взорвётся, но не мог не смотреть вниз слезящимися глазами – там чудовищные растения таяли, как снег под струёй кипятка. Ещё немного – и воцарилась тишина, только шипел хашт, растворяя зелёные обрывки и стекая по откосу в чёрный провал хранилища. Фита-Суу перестали существовать.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

- Не садитесь! – крикнул снизу Фьоскин, закидывая пустые бочки из-под хашта обратно на тележку. – Мы все в кислоте! Встретимся за пределами опасной зоны!

Солнце стояло высоко, и мёртвая земля корчилась под его лучами. Но Фриссу стало легче. Можно было забыть о мёртвых сарматах и мерцающей воде. Драконы словно проснулись - правитель снял заклятие.