"Фантастика 2025-53". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Медведева Анастасия "Стейша" - Страница 96

– Тюремщикам? – Рес уставился на меня с изумлением, переплетенным с… разочарованием?.. Я поджала губы, пытаясь разобраться в своих чувствах по этому поводу. – Я дал тебе столько свободы, сколько сам никогда не получал. А ты до сих пор считаешь меня своим тюремщиком?

– Наше с тобой понимание свободы очень сильно различается.

– Это факт, – согласился Рес, и почему-то я поняла, что его мнение о моем видении свободы очень невысоко.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Промолчала, не зная, что еще тут можно сказать.

– Меня приставили к тебе не просто потому, что я должен защитить тебя, и не потому, что мы с тобой оба – энергомаги. Меня приставили к тебе, потому что наследник увидел твой потенциал. И он дал тебе шанс: заработать право на уютную жизнь в родовом особняке, без угрозы быть уничтоженной за преступление своей матери… С возможностью защищать спину будущего императора – если ты пройдешь все испытания достойно. А что делаешь ты? Бунтуешь, капризничаешь, строишь козни за его спиной и пытаешься манипулировать мной.

– Ты знаешь о записках, – догадалась я.

– Ты должна понять: пока я охраняю тебя и твой дом, в нем ничего не произойдет без моего ведома, – ответил Рес, глядя в мои глаза, а затем чуть тише добавил: – Я был о тебе лучшего мнения.

Эти слова ранили в самое сердце.

– Что… ты…

– Я ждал, когда ты мне сама расскажешь, но ты не торопилась.

– И что теперь будет? – спросила негромко.

Он не произносил этого вслух, но я словно слышала его слова: «Я был о тебе лучшего мнения. Но ты такая же, как мать».

– Завтра ты принесешь клятву императору. После этого возможности интриговать за спиной наследника у тебя уже не будет, – сказал Рес.

– Рес, я не хочу…

«Не хочу превратиться в копию тебя». Я не произнесла этих слов вслух, но голубоглазый понял.

– У тебя нет других вариантов, – сухо пояснил он и неожиданно мягко пообещал: – Ты привыкнешь. Я буду рядом.

Он развернулся и пошел в дом.

Колени сами подогнулись, и я упала на землю. Платье теперь безвозвратно испорчено, но плевать. Все мои усилия оказались напрасными. Я не смогу избежать присяги императору, а значит, завтра я уже буду не я. Я превращусь в ограниченную со всех сторон марионетку в руках правителя.

– Молодая хозяйка, не стоит сидеть на земле. Она нынче холодная.

Я подняла голову и удивленно посмотрела… на своего садовника.

– А вам еще наследников рожать. – Подз поправил соломенную шляпу и протянул мне грязную руку.

– Кажется, на моем имени род Дэ’Барро прервется, – откликнулась я негромко, поднимаясь. Выпустила сухую ладонь садовника и отряхнула платье.

– Не говорите глупостей, хозяйка. – Подз окинул взглядом имение и вновь посмотрел на меня. – Вы не для того возвращали к жизни старый дом, чтобы оставить его заброшенным после себя.

– Подз, постой, – остановила я садовника, уже готового вернуться к своей работе. – Ты заговорил со мной впервые с тех пор, как я вошла в этот дом… Берта тоже старается не показываться мне на глаза – даже когда я захожу ночью на кухню… Вы меня избегаете?

Некоторое время он молча смотрел на особняк – у меня даже появилось подозрение, что забыл про мой вопрос, – но затем произнес ровным голосом:

– Нынче все делятся на стороны… Нам, старикам, выбирать не хочется. Мы хотим спокойно дожить до старости.

– Я не просила тебя делать выбор. Никого из вас, – удивилась я.

– Не вы, так ваша мать. Или тот молодой господин, который упорно делает вид, что он – простой учитель, а при этом служит императору и использует запретную силу.

На мой еще более удивленный взгляд старик спокойно пояснил:

– В свое время я прослужил его величеству ровно столько, сколько того требовал закон, – и я знаю, как выглядят его слуги. – Неожиданно его взгляд изменился, стал пристальным и цепким, как у старого вояки. – Вас сейчас активно вербуют.

– Пытаются, – выдавила я.

Думать о Ресе совсем не хочется.

– Зачем вы сопротивляетесь?

Этот вопрос оказался настолько неожиданным, что я даже не нашлась что ответить… сперва.

– Ты считаешь, что я должна позволить им завладеть моей жизнью? – напряженно спросила, глядя Подзу в глаза.

– Я обнаружил вас, сидящей на земле. Вы были в полной растерянности, а в вашем взгляде нарастало отчаяние, – сухо сказал садовник. – Как вы собираетесь бороться с тем, что много больше вас?

Этот вопрос вновь заставил меня надолго задуматься.

– Но я не могу так просто сдаться, – поджав губы, сказала едва слышно. – Отдать свою судьбу в руки тех, кто никогда не перестанет считать меня опасной… отдать без борьбы… разве это достойно главы рода?

– Достойно главы рода… – задумчиво повторил старик садовник. – Я не уверен, что безуспешные попытки отвоевать мнимую свободу – достойней, чем осознанный выбор, основанный на доверии своему императору.

– Ты говоришь, как вояка. – Я растянула на губах кривую улыбку.

– Я не люблю нашу власть, но я и не обязан ее любить. Мне хватает знания простой истины: кто-то должен быть сверху. Иначе все развалится. И этот кто-то должен знать, куда идти. Вы, молодая хозяйка, знаете, куда идти?

И я вновь застыла, с недоумением глядя на Подза:

– Разве это от меня требуется?..

– Если вы боретесь против власти, у вас должно быть видение, какой она должна быть в идеале – эта власть, – ответил садовник.

– Я не… – Хотела сказать, что не борюсь, но вовремя замолкла.

– Те, кто вербует вас с другой стороны, когда-нибудь зададут вам этот же вопрос, – продолжал рассуждать Подз, опять поправляя свою шляпу, – и, как кандидат на престол, вы должны будете дать на него ответ.

– Как… кто? – переспросила я потерянно.

– Разве эта вертихвостка еще не рассказала вам? – поднял брови садовник. – Странно, учитывая, что этот факт и стал причиной разлада лорда с миледи… уж ей-то об этом известно.

Моя полная растерянность вызвала на лице старика невеселую усмешку.

– Трудно, когда никто не хочет рассказывать правду? – только и спросил он, а в его голосе я впервые услышала какое-то подобие теплоты.

Напряженно кивнула, во все глаза глядя на Подза.

– Ваша мать пришла в этот дом беременной, – вздохнул тот, а у меня внутри начала разрастаться огромная дыра.

Выходит… Он?.. Брат императора?..

Он – мой отец?!

– Сколько себя помню, я служил роду Дэ’Барро. Но вы правы, на вас этот род прервется… прервется, чтобы дать начало новому роду.

– Роду, корни которого уходят в императорскую ветвь?..

– Значит, все-таки рассказала, – кивнул Подз и усмехнулся.

А в моей голове срослись все кусочки головоломки… Выходит, я – соперница Грегора? Кандидатка на престол? Поэтому он не может так просто избавиться от меня, зато придумывает хитрый ход с клятвой императору?.. Как же ему повезло, что я решила помочь затворнику из Черной башни!

А потом до меня доходит: нет, не повезло… Грегор сделал все, чтобы я попала на курс изгоев! Возможно, даже лорда Крамора подставил, заставив заявить на меня законникам… Курс изгоев был отобран императором лично! И в Черную башню мы были направлены не случайно: и Грегор, и его отец знали, что мне, как энергомагу, просто суждено встретиться с заточенным узником! И это желание Грегора навязать мне мысль, что мы с Ресом должны работать в паре… Нани была права, мой статус искусственно занижают! Только делают это неофициально – о том, что мне не стоит даже думать о союзе с кем-то из знатных лордов, мне сообщает сам Гнев Императора! Он же предлагает мне стать его любовницей – в необозримом будущем. Конечно, об этом вскоре узнали бы в свете – и мой статус наследницы, считай, был бы уничтожен!

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

– Что они творят! – схватившись за голову, воскликнула я. – Кто велел тебе рассказать мне об этом? – напряженно спросила садовника.

Я должна понять, кто меня окружает!

– Лорд Дэ’Барро был неплохим человеком… в свое время. Алкоголь его сгубил, как и знание правды. Эта же правда может погубить вас – если вы решите слушать свою мать… Почему я говорю вам это? Потому что я видел мощь правящего рода. И я знаю, какую силу вы хотите сделать своим врагом, – сказал старик, глядя на меня проницательным взглядом.