Драгоценная дочь падшего семейства (СИ) - Джейкобс Хэйли - Страница 29

Посуда разбивается о пол множеством осколков, на голове несчастной дамы оказывается пирожное с шапкой сливочного крема, мне не достается, Джейсон – наконец уставший от занятного лицедейства - вовремя сделав пас рукой, ставит какой-то прозрачный щит надо мной и Джоном, все, что бросает в нас разъяренная девица, меняет траекторию и летит мимо, в других посетителей. Их мне не жалко.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Меня! Еще! Никогда! Так! Не унижали! – задыхается Розетта.

На ее правой щеке алеет след от ладони, по которому гадалка может прочитать мою судьбу.

Мне нисколечко не стыдно. Совершенно. Я даже как-то странно удовлетворена. Злодейка получила по заслугам. Это все карма моими руками претворилась в жизнь и наказала обидчицу.

- Леди Шарлин, не стоило… - тихо бормочет рядом Джон, беря мою пульсирующую от боли после удара ладонь в свои руки.

Только я спохватываюсь проверить, как он, в порядке ли, нет ли ожога от горячего напитка, как через дверь с колокольчиком врывается старый знакомый в мундире:

- Никому не двигаться!

24

Достопочтенный рыцарь на страже правопорядка быстро оглядывает место происшествия.

Капитан Бруно Монтгомери и бровью не ведет, заметив среди действующих лиц мою персону. Не знаю, выдержка это в нем говорит, или сменившее мимолетный мужской интерес равнодушие, а вот при виде длинноволосого мага лицо его все же перекашивается.

У этих двоих, очевидно, есть своя непростая история знакомства. Это я еще в прошлый раз в случае с краденным красным ридикюлем заметила.

Розетта замирает с поднятыми над головой руками с фарфоровым чайником для заварки.

- Потрудитесь объяснить, что здесь происходит, - требовательно обращается Бруно, заметив вылезшего из-за прилавка владельца лавки.

Тогда-то и начинается настоящее представление. Второй акт бешенства леди Кармайкл.

Девица опускает руки, прижимает к себе заварник и принимается горько стенать. Только, как бы не старалась, слез выдавить из глаз у нее не получается. Неважная из нее актриса.

- Ах, капитан! Меня оскорбили! Опорочили мою честь, нанесли пятна на мое достоинство! Этот жалкий слуга – испортил мне одежду! А его хозяйка, Шарлин Гарнет, причинила мне тяжкие увечья!

Она наглядно выпячивает пострадавшую сторону лица.

Да уж. Хотелось бы поспорить, но красный след от ладони на щеке Кармайкл свидетельствует не в мою пользу.

- Арестуйте их! Арестуйте их всех, немедленно! Мой отец - честный налогоплательщик, ваш долг защищать дворянство, которое содержит вас и…

Бруно вздыхает и трет рукой переносицу. Подоспевшие за ним подчиненные молча ожидают приказов капитана.

- Не вам читать мне лекции о долге…Леди Шарлин, это правда?

- Вы оглохли? Зачем вы спрашиваете преступницу, немедленно ее арестуйте! – визжит Розетта, притопывая на месте от бешенства ногами.

Мало ей было оплеухи. Знай я, что меня повяжут законники, хорошенько бы ей надавала. Раз уж все равно не избежать участи оказаться арестанткой, так хоть повеселилась бы.

Бруно посылает девице грозный взгляд:

- Молчать! Я должен опросить обе стороны, чтобы разобраться в конфликте. Опустите чайник на стол и сядьте!

Кармайкл икает и делает как велено, бросая в мою и Джонатана сторону испепеляющие взгляды.

- Леди Шарлин?

Выдыхаю, собираясь с силами, чтобы признать вину, но телохранитель, который до сих пор держит мои руки в своих, мягко улыбается и выступает вперед, очевидно, собираясь взять все бремя на себя. Мне, конечно, нравятся его широкие плечи, но прятаться за ними я не собираюсь.

- Капитан, я…

Но не успевает лакей толком начать, как Джейсон, на которого за все время едва ли обращали внимания, со скрипом отодвигается на стуле и поднимается с места:

- К чему это голословное разбирательство?

Бруно сжимает челюсть, маг одним своим вмешательством успел его взбесить.

- Тебе слова не давали!

Джейсон пожимает плечами, нагло усмехается и кивает подбородком куда-то наверх и в угол.

Над прилавком у потолка висит какая-то круглая непримечательная полусфера. Будь я на земле, решила бы, что камера видеонаблюдения, но здесь, в этом мире…Да не-е-т, или все же…?!

- Если не ошибаюсь, поставили после моего прошлого визита?

Это когда он в прямом смысле слова исчез, не заплатив, сделав меня сообщницей?

Хозяин лавки кивает:

- Вы ж постоянно не платите по счету! Систематически! Отговариваетесь вечно: пришлите чеком, пришлите чеком…Я и присылаю. А вы потом отбрыкиваетесь: «да мол, когда это я у вас на столько монет успел наесть?!» Вот и решил, чтобы доказательство налицо были…чего так смотрите?!

Джейсон качает головой и, сдержав смех, восклицает торжественно:

- Говард, вот за что ты мне нравишься, так это за свое чувство справедливости! Поставить записывающий артефакт только из-за меня, хотя столовайся я у тебя бесплатно трижды в неделю на протяжении десяти лет, сумма твоего убытка все равно бы даже на половину стоимости сей вещички не потянула! Захотел, так сказать, мордой меня ткнуть, да? Похвально-похвально!

Моргаю, широко вытаращив на кудесника глаза. Нашла коса на камень. Я бы посмеялась, не касайся меня ситуация лично.

Вестимо, что он уже у владельца чайной в печенках сидит, раз тот никаких средств не жалеет, чтобы приструнить Джейсона. Это явный талант – так людей раздражать. Врожденный!

Элдред выходит вперед и хлопает застывшего камнем Бруно, мрачно взирающего на его действия, по плечу.

- Я это к чему, капитан, работа у вас здесь до ужаса проста: посмотрите запись и сами сделайте выводы, кто тут жертва.

Небольшая суета, и вот уже хозяин лавки выносит из подсобки круглый хрустальный шар, похожий на те, по которым гадалки с земли предсказывают судьбу.

Розетта заметно притихает.

Вокруг шара собирается толпа: стражи, мы с Джонатаном и Джейсоном, охочие до зрелищ посетители чайной, не спешащие убраться восвояси. Еще бы, занятное ведь кино ожидается!

Говард, как назвал владельца заведения маг, находит нужный момент и включает трансляцию.

На записи отчетливо видно, что Розетта сама подошла к Джонатану и что-то брезгливо произнесла, из-за чего последний, пока мы с Джейсоном склонились над бумагами договора о сотрудничестве, подорвался и заказал чашку чая.

Исполнил, значит, ее просьбу…Хм. Как-то неприятно.

Однако, когда он повернулся, обратно от стойки с посудой в руке, хитро ухмыльнувшаяся леди Кармайкл самым наглым образом специально влетела в мужчину.

Ну а дальше произошло уже известное, дамочка начала сыпать обвинениями – пусть на записи звука не слышно – но как в немом кино здесь и не требуются пояснения, чтобы по жестам, выражениям лица и поступкам понять, что к чему.

- Постановка! – не громко, но так, что слышно всем, восклицает Джейсон.

Розетта под прицелом множества обращенных к ней взглядов пунцовеет. Стыдно стало?

Во мне снова подымается волна ярости, когда на поверхности артефакта-шара Джонатан собирается опуститься на колени перед Розеттой. Королевой, что ли, возомнила себя?! А вот и я поднялась, дальше - момент с пощечиной, выглядит в повторе на пленке довольно эпично.

В целом, признаю, руки распускать – плохо. Виновна. Но только за это.

Розетта Кармайкл хотела отыграться на моем человеке, но сама себя опозорила. Куча народа увидела запись, молчать они не будут. Подлость учинила, будь добра столкнуться с последствиями. А мне за себя не стыдно. Я защищала свое. Да!

- Ясно… - тянет капитан Монтгомери и принимается отдавать приказания трем своим подчиненным. – Сделайте копию записи, составьте протокол, возьмите показания у очевидцев и владельца чайной. Леди Кармайкл, вы желаете выдвинуть обвинения против леди Гарнет за побои?

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Чего-чего? Да какие еще побои? Я ей один раз, по щеке… Бруно, ты чего? Что я тебе плохого сделала?!

- Да!

Ну еще бы, мрачно глазею на довольную Розетту. Посмела оскорбить Джонатана, у нас теперь личные счеты, все только начинается! В следующий раз без стражи разберемся.