Развод. Ты останешься моей - Лакс Айрин - Страница 11

– Я бы не сказал, что… – отвечает машинально и осекается. – Ты на что намекаешь!

– Подловила я тебя… Скажи хоть, на какую тачку сейчас молодое поколение насасывает?

– Твою мать, Зой. Ты просто не так все поняла. Я к тому, что ремонт машины влетит в копеечку, и я… Клянусь, что не имею к этой машине никакого отношения.

– А что бороду трешь? – замечаю я, будто детектив.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Да блин, за шестнадцать лет я своего мужа знаю, как облупленного, и он… точно от меня что-то скрывает!

Глава 13

Зоя

– Ты темнишь, Мить! – устало выдыхаю я и машу рукой.

Впрочем, к черту.

То, что муж со мной не откровенен, это ясно и так. Он же ко мне не один месяц после розария этой Лерочки таскался, а я ничего не замечала.

НИ-ЧЕ-ГО!

Совсем!

Я была в эйфории, что наконец-то нашла вечно не хватающее время, поработала над фигурой, обновила гардероб, и результат не заставил себя ждать: Митя от меня буквально не отлипал. Боже, наш секс стал, как раньше, когда мы не могли оторваться и жадно дышали, глотали, сосали и брали друг друга без остатка!

Теперь думаю: ой, дура…

Впрочем, я где-то теорию читала, мол, конкуренция – двигатель всего, и конкуренция между женщинами за одного мужчину делает их сильнее, привлекательнее в его глазах, а он… может и не выбирать. Мол, капелька для разнообразия для мужчины – лошадиная доза виагры в сексе. Думаю обо всей этой чепухе, случайно подвернувшейся в какой-то статейке, и плююсь: черт побери, неужели правда? Дима вон как скакал, жеребцом возле меня. Значит, Розочка его на постельные подвиги вдохновила. Спонсор моих оргазмов, что ли, благодетельница? И беременность… Все то же от неуемного сексуального темперамента!

– Впрочем, плевать, что и кому ты купил. Я вообще…

– Что вообще, Зоя? – тоже устало дышит Дмитрий.

– А ты чего так дышишь тяжело, а? Сношал Леру-Розу на парковке и устал? По всем фронтам успевать не легко, а возраст тук-тук, да? – ехидничаю.

– Из тебя буквально сочится яд, Зоя. Я тебя не узнаю. Ты же никогда не была такой.

– Вот теперь узнаешь, что бывает, когда ты плюешь в колодец, из которого пил, – он становится отравленным.

– Не трахал я ее. Ни на парковке, ни где-либо еще. Прекрати, пожалуйста. Давай как взрослые люди решим, а? Ты же видишь… Все одно к одному, вместе. Нас усердно пытаются рассорить, в грязь втоптать всю нашу семью. Неужели ты не понимаешь!

– Я понимаю одно. Ты, Митя… Фу, я теперь тебя даже Митей называть не хочу. Гадко. Ты, Дмитрий, лгал мне. И теперь я просто не могу понять, как долго ты мне врал и сколько баб у тебя было за эти годы. А еще Диана мне написала…

Дима взвыл. Буквально взвыл, сомкнув кулаки.

– Кто такая Диана?!

– Моя бывшая подруга. Помнишь ее?

– Не помню!

– Та, что к тебе клеилась. Впрочем, к тебе столько баб клеится, что же, всех их помнить, да? Выделяют только особенных, например, Леру. Нет, я тебя даже понимаю… Она сочная, манящая, даже пахнет чем-то приятным и сладким. На нее смотришь – и вот они, врата в рай. В общем, в правильном направлении шагаете, товарищ Барков. Туда и шагайте. В райские кущи между ног… Хотя… У нее и кущ нет, небось с восемнадцати лет эпилированная лазером всюду. Они же сейчас как с конвейера, с прошитым чипом, как мужиков развести на содержание.

– Никто меня не разводит. Ты Пашку увидеть хочешь? Или дальше будешь яд сцеживать? А? Думаешь, мне хорошо? Думаешь, я был рад такой славе…

Дмитрий отворачивается, я только сейчас замечаю, какие у него воспаленные глаза и губы, как всегда, немного обветренные, забыл про бальзам. Мало. Мало тебе… Пусть у тебя все нутро потрескается и кровоточит, как моя душа после твоего предательства.

– Не знаю, чему ты рад. Я будто вообще тебя не знаю и никогда не знала. И что бы ты мне сейчас ни сказал, Митя, я ни одному твоему слову не поверю. Ни одному слову.

– Вот и ответ! – горько смеется. – Ты просто слышать меня не хочешь. Просто не хочешь услышать. А я и не помню, как был с ней. Не помню! Понимаешь? У меня в тот корпоратив память будто стерли. Я проснулся с ней в одной постели и… поверь, у меня был шок. Не меньше, чем у нее.

– А у нее тоже… амнезия выгодная?! Или как…

– Блять, – шипит себе под нос. – Короче, гиблое дело объясняться. Факты таковы: мы проснулись в одной постели. Она одета, я наполовину тоже, решил, что она просто перебрала и перепутала номера. Так она сказала мне. Плакала, что не хотела бы себя выставлять в дурном свете и портить репутацию.

– И ты повелся. Еще и машину купил, бедняжке.

– Не покупал я ей машину! Но свел с хорошим продавцом, да. Это было еще до корпоратива. Послушай. После корпоратива я…

– Ты ее не уволил.

– Она умоляла ее не увольнять, Лера из провинции, только начала складываться карьера… Я перевел ее в другой офис. Подальше. Да, не уволил. Кретин? Признаю! Не думал, что мы переспали…

– Такой большой дядя и в сказки веришь.

– Да, я хотел в это верить! – взрывается. – Я хотел верить, что никогда, ни при каких обстоятельствах тебе бы не изменил, и просто не помню, чтобы ее трахал. Поэтому и решил, что ничего не было. Просто перебрал, уснул… Я бы… тебя не предал.

– Но предал. Не знаю, зачем ты пытаешься меня убедить, будто не хотел. Хотя, наверное, понимаю… Семью сохранить… и любовницу молоденькую. Кажется, так у вас в высших кругах принято. Но я не хочу быть частью этого порочного круга. Все, вычеркни меня. Пошли к сыну. Я только ради него и приехала, а вместо этого битый час о твоей Лере-Розочке только и слушаю.

– Пошли. С Пашкой я поговорю сам.

– Если он захочет тебя слушать.

– Я отец. Был и останусь. Хочет или нет, ему придется. Ты не справляешься! – заявляет муж и проходит к двери, распахнув ее передо мной.

– Ты сейчас на что намекаешь, Барков? На то, что я плохая мать?!

– Один день меня дома нет, а парень уже куролесить пошел… Отцовская рука и твердое мужское воспитание ему просто необходимы.

Мне так обидно становится. До соплей. В глазах щиплет, и в носу как будто водопад сейчас польется.

Пытаюсь проглотить комок обиды, царапающей глотку.

Ну, Пашка, удружил… Горячая голова!

Хоть бы мне сообщил, я бы… отговорила об эту сучку пачкаться.

Продуманка херова, где же их таких штампуют…

Из провинции она, видите ли…

Понаехали, хабалки с неуемными аппетитами. Такая ничего не постыдится, и на пьяного мужика залезть, и плакаться ему на горькую жизнь провинциалки, и жене говорить «приятно познакомиться!»

Совсем охерела, тварь! И прости боже, но я… сегодня плохая мать, потому что, надеюсь, Пашка ей здорово машину поколотил.

Нас пропускают, говорят, куда идти. Мужу кто-то звонит, он отвечает.

– Да? Снова заливают? Удаляй. Вычищай отовсюду. Я тебе за это плачу, сам не справляешься, людей найми. Чтобы это дерьмо не плескалось на виду, найди того, кто заливает… Да, понял. Работай!

Дима прячет телефон в карман и оборачивается, смотря на меня тяжелым взглядом.

– Кто-то пытается залить видео в сеть. Много попыток. С разных серваков, ip-адресов. Понимаешь? Нас усердно пытаются потопить. Это нечто большее, чем просто рассорить супругов.

Глава 14

Дмитрий

Забираем сына. Сделали бы это еще раньше, если бы не сцепились с Зоей, как кошка с собакой. Раньше как-то мирно урегулировали конфликты, иногда сексом решали, не без этого. А сейчас я хочу хоть того, чтобы она на меня без яда посмотрела. О сексе мечтать не приходится. Единственный доступный для меня секс – трахаться с проблемами, которые нарастают чудовищным комом.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Пашка молчит.

Менты отпускают пацана без проблем, я обо всем договорился.

Привычно жду наших мимолетных, но крепких объятий – отца с сыном, и кажется, что Пашка все-таки меня обнимет, потому что шагает прямиком ко мне, но потом в последний миг сворачивает.