Опричник-3. Канцелярия Государственной Безопасности (СИ) - Буров Дмитрий - Страница 49

Закинул в мини-аэростат вещи, запас еды и воды, соорудил на скорую руку поисковый артефакт из найденного пера какой-то из лебединь, и отправился на поиски. Янка, конечно, Стражница, и ведьма сильная, и меха на всем скаку сумеет остановить горящей избой. Но, как ни крути, женщина. Пусть опытная и могучая, но — женщина. А девушек, как известно, мужчина должен защищать. Во всяком случае, так меня воспитывали.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Сигнал сработал через три часа. Мой аэростат приземлился на поляне, покрытой белым снегом. Судя по всему, открылась очередная Брешь.

Первое, что я понял, едва ступив на землю, под моими ногами ни разу не снег, а лебяжьи и гусиные перья. В следующий миг я увидел мертвое женское тело.

Глава 23

Тело лежало в нескольких метрах от мерцающей прямо в воздухе черно-красной прорехи. Воздух вокруг буквально спекся, гудел и бурлил от подавляющей силы темной энергии, которая толчками выплескивалась из Бреши.

— Твое коромысло, — выругался я вслух. — Это кто ж оттуда пёр, что лебедини с гусынями перьев лишились?

Я быстрым шагом двинулся к телу, по всему Стражница легла здесь же вместе со своей командой. Во всяком случае женское тело очень походило на тело Яны. Но когда я подошел поближе, оказалось — показалось. На земле, усыпанной белым пухом, устеленной кровавыми останками, лежала все-таки одна из лебединь. Или из гусынь, думаю, их в человеческом теле сам Кощей не разберет по птичьей масти.

Склонившись над трупом, я тронул девчонку за обнаженное плечо.

— Твою ж жабо-птицу! — выругался снова, когда понял, что девчонка жива, но практически опустошена. Кто-то или что-то буквально выкачало из нее все магию, к тому же лебединя оказалась серьезно ранена.

— Эй, ты как? — я оперативно просканировал раненную, с облегчением выдохнул, когда анализ показал: лебединя потеряла много крови и жизненной энергии, но многочисленные раны не смертельны.

Аккуратно перевернул девушку на спину, достал походную аптечку из кольца, вытащил анализатор, который собрал каждому из нас Коржик, прижал к плечу девчонки и принялся ждать. Примерно через десять минут раненая с трудом, но все-таки сумела разлепить ресницы. Посмотрела на меня мутным осоловелым взглядом, вздрогнул всем телом, резко подорвалась и кинулась в атаку.

Ну как кинулась. Попыталась. Верно, девчонке казалось, что она действует стремительно. На самом деле двигалась стражница как в замедленной съемке.

— Спокойно, Маша, я Дубровский, — пошутил я, осторожно перехватывая девичьи запястья. — Посмотри на меня. Ну! — приказал, глядя в мутные глаза. — Где твоя начальница? Где остальная команда? Ну же, отвечай.

Я слегка встряхнул лебединю. Голова девушки безвольно качнулась, по всему телу прошла дрожь. Я чутка подпитал раненую своей энергией, буквально чтобы взгляд прояснился и разум включился.

— Слышишь меня?

Кивок.

— Узнаешь?

Снова кивок.

— Где Яга? Где команда?

Лебединя нахмурилась, задумалась, буквально зависла, переваривая вопрос.

— Они ушли в Брешь?

— Д-да… — прохрипела девчонка.

— Кто на вас напал? — требовательно спросил я.

— З-з-з…

— Чего? Пчелы что ли? — изумленно переспросил у девушки.

— Зэ эм бэ…

— Что за зверь?

— З-зенитно-механиз-з-зированные боты… зомби.

— Чего? — еще больше опешил я. — Зомби — это живые мертвецы по-нашему. Причем здесь зенитка и механика?

— Они и есть… живые трупы… — подтвердила лебединя. — Морд… монд… мо-дер-ни-зи-ро-ван-ны-е… — наконец-то выговорила по слогам несчастная, и устало прикрыла глаза.

— Так, не спать, боец, процесс лечения запущен. Скоро полегчает, — приказал я, девчонка снова разлепила ресницы и уставилась на меня. — Так-то лучше. Яна где? В Бреши?

Кивок.

— А девчонки? Ну, напарницы твои? — уточнил я, видя, что подруга не поняла, о каких девчонках идет речь.

Еще один кивок.

— Слушай меня внимательно. Сейчас отнесу тебя к кораблю и оставлю. Анализатор сделает свое дело, залатает по возможности самые проблемные зоны ранения. Подкачает энергию. Слабость останется. Тут уж извини, только на больничку. Это походная версия, облегченная, просто для поддержания здоровья. Корабль не покидать. Приказ понятен?

— Куда? — просипела лебединя, и неожиданно сильно вцепилась в мои плечи.

— Однако, молодец, — похвалил я. — Такими темпами скоро встанешь на ноги, с корабля ни на шаг. Приказ ясен? — еще раз повторил я, добавив в голос силы.

— Ты куда? — настойчиво повторила девушка.

— Брешь закрывать, — объяснил я. — Ягу спасать. Подруг твоих вытаскивать.

— Не ходи, — девчонка закашлялась.

— А как же сам погибай, а товарища выручай? — опешил я от такого заявления.

— Не мешай палачу.

— Какому палачу?

— Яга справится. Не мешай, — настойчиво повторила девушка.

— Вижу я, как она справляется. Вон перьями вся поляна усыпана. Надеюсь, там… — я кивнул в сторону мерцающей прорехи. — Хоть кто-то живой остался. Кроме зомби этих ваших модернизированных.

— Не мешай, — снова прохрипела девчонка.

Я нажал на кнопку, тонкая игла вошла в девичье плечо и впрыснула снотворное. Раненая нахмурилась, но сказать ничего не усела: лекарство подействовало мгновенно и лебединя отрубилась. Я поднял на руки крепкое тело, почти бегом доставил к летучему кораблю, занес на борт, разместил с комфортом в рубке, накрыл своей курткой, убедился, что стражница не упадет и покинул аэростат.

— Не мешай, — буркнул себе под нос, стремительно приближаясь к входу в Брешь. — Там же одни бабоньки против Зэ-эМ-Бэ. Что за ересь-то такая? Как зомби может быть зенитной установкой? — в никуда поинтересовался я, и шагнул в прореху. — Ох, ну ни хрена себе!

Нет уж, буду молчать, как партизан на допросе. Иначе к пыткам Беса присоединится изобретательный Коржик. За такое чудо технической мысли и биологического безумия Корнелиус продаст голову Беса в тридорога, лишь бы понять, как вот ЭТО работает.

Зомби действительно оказались мини-зенитными установками на ножках. Короткие дула торчали у них прямо из… Ух ты, показалось! Пушки являлись продолжением позвоночника, торчали поверх голов.

А вот головы этих механических зомби, усиленные броней, вертелись на все триста шестьдесят градусов. И бесновалась эта безумная бесконечная масса зомбаков на Ягиню, которая с невозмутимым лицом сидела в позе Будды в центре защитного купола и медитировала.

Медитировала, зомби ее забодай! Никак не реагируя на безумную массу вонючих гниющих тел, которые стреляли по куполу, царапали, кусали, пинали его, пытаясь прорваться внутрь и разодрать нахальную Стражницу на сотни мелких и вкусных кусочков. Или эти дохлые роботы не жрут человеческое мясо?

Я остановился, стараясь не привлекать к себе внимание, чтобы оценить обстановку, и понять, почему Ягиня ни черта не делает, не пытается вырваться и з окружения. С ее-то силой и мощью Яна давно могла разметать этих тупорылых зомби и закрыть Брешь. Чего-то я тут не понимаю.

Прищурился, усилился, еще раз вгляделся в странную картинку. Беснующиеся зомби, огненные вспышки орудий, защитный купол и невозмутимая, я бы даже сказал, предельно расслабленная Яга в центре купола. Может, потратила чересчур много сил, и теперь возможностей осталось только на то, чтобы поддерживать защиту и ждать помощи?

— Помощь прибыла, дорогая, — ухмыльнулся себе под нос и потянул на себя энергию мертвой плоти, облаченной в сталь.

Во рту сразу появился привкус гнилого мяса, я поморщился. Сплюнул. Некроэнергия — терпеть ее не могу. В самый первый раз, когда попробовал эту гадость, я едва не блеванул на Призрака, настолько хреново стало. Тони вовремя увернулся и сиганул в тени.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Приятного мало, мертвая энергия искусственно оживленной плоти тяжело «переваривается» даже с такими способностями, как у меня. Я чувствовал, как все мои предки объединились и выставили заслон, чтобы мертвечинки не хватануть. Завтра будет голова раскалываться, когда родственнички снимут свою защиту. Ну да боги с ней, с головой. Мне главное Янку вытащить, и выяснить, где остальная команда Стражницы. С трудом верится, что гусыни-лебедини полегли как одна.