Ночная помощница (СИ) - Марук Майя - Страница 20

По версии телевидения, кто-то из недоброжелателей Тиреева слил журналистам запись приватного разговора доктора Дарса и барона Баратора. Дальше я услышала фрагмент разговора вампира с врачом. Ничего нового я не узнала, но сейчас ситуация меня немного пугала. Точнее, меня пугал резонанс, который вызвала эта запись. Или то, что мистер Баратор совершенно не боялся скандала вокруг своего имени. А скандал должен был получиться знатным.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В сети уже вовсю обсуждали горячую новость. Кто-то утверждал, что таким образом Руфус избавляет свой бизнес от сильного конкурента. Другие, наоборот, заступались за барона и утверждали, что Тиреев и близко не обладал такими возможностями как вампир, и удалять его не было смысла.

А третьи вообще разработали отдельную теорию заговора и утверждали, что запись слили конкуренты Руфуса. В их голове жило убеждение, что все лаборатории Тиреева были проспонсированы вампиром, чтобы иметь возможность нелегально тестировать страбис, и не замарать собственное имя черными тестами. А тот факт, что голос барона фигурирует на аудиозаписи, только подтверждает эту теорию. И звонок был сделан только для того, чтобы обеспечить алиби вампира в случае скандала. Вот только глупый вампир не предполагал, что скандал разразится именно из-за этой записи.

Мне оставалось только удивляться, как быстро распространяется информация в наше время. Я еще не успела переодеть пижаму, как появились сообщения о том, что в клинике доктора Дарса обнаружили контейнеры с немаркированным препаратом. А когда закрыла шторы и легла в кровать, уже появились короткие отрывки с допросом родителей, чьим детям должны были ввести препарат. Первая группа состояла из пяти детей, и процедура была назначена на девять утра. Камера показала лицо бледной женщины, которая в этот день могла лишиться ребенка. Да, она знала, что шансов прожить долгую жизнь у голубоглазого малыша нет. Пока нет. Но она точно не была готова потерять его сегодня.

Руфус, конечно, был далеко не святым. И двигали им далеко не человеколюбие и гуманность. Было понятно, что вампир преследует исключительно свои интересы или интересы своего бизнеса. Но сейчас я была ему благодарна за то, что не дал лишить эту женщину ребенка. У них еще было несколько лет, чтобы побороться. С этими мыслями я провалилась в спокойный сон.

Руфус

К обеду кабинет вампира превратился в филиал строительной площадки. Спонтанным ремонтом пришлось руководить самостоятельно, потому что ни одна из помощниц не понимала, что он хочет в итоге получить. Мастера тоже не понимали. Заказанная вампиром конструкция никак не хотела становиться на выделенное ей место и выполнять свои функции.

- Эта система не подходит для ваших окон, барон. — Пытался объяснить рабочий. —

Нужен другой каркас.

Руфус понимал, что поспешил заказывать инновационную систему «блэкаута» и нужно было хотя бы с рабочими проконсультироваться, но ему жутко хотелось, чтобы эта чертова система стояла на окнах к приходу Арис на работу. И ничего с этим глупым, даже детским желанием, вампир сделать не мог. И не хотел. Оно даже ему немножко нравилось.

- Ты собираешься так спасаться от журналистов?

Мартин вошел в кабинет без разрешения. Он всегда так делал, когда в приемной никого не было.

- Зачем мне прятаться от журналистов? — Спросил вампир, не отрывая взгляда от дьявольского блэкаута. — С ним вообще нельзя ничего сделать? — Этот вопрос уже предназначался рабочим.

- Или заменить конструкцию, или сузить оконные проемы. — Ответил худощавый вампир в синем комбинезоне.

- Новая конструкция когда будет готова?

- Завтра к утру.

Мастеру уже надоело объяснять барону, что его заказ был сделан ошибочно, и даже Луна не сможет установить это сегодня.

- Тогда сужайте окна.

- Мы не можем сузить окна. — Почти заскулил второй рабочий.

- Почему?

- Для этого нужно найти отдельную бригаду строителей, заказать новые окна, установить, потом устанавливать конструкцию. Это займет не меньше недели. —

Пояснил вампир.

- Я не могу ждать неделю. — Потер узкий подбородок Руфус.

- Дождись утра, и тебе все установят. — Предложил Мартин, решительно не понимая, что в этом кабинете вообще происходит.

Руфус недовольно нахмурил брови. Еще несколько раз прошелся вдоль окон, не понимая, как мог просчитаться и наконец-то сдался:

- Хорошо. Я жду вас в этом кабинете в десять утра. — Сжалился вампир над рабочими и повернулся к Мартину лицом. — Так зачем мне прятаться от журналистов?

Мартин не понимал, говорит барон серьезно, или притворяется, что не знает о том, как перемывают ему кости все новостные каналы. Но на всякий случай решил не обсуждать это в присутствии посторонних.

- Думаю, такие вопросы нужно обсуждать наедине.

Руфус неопределенно пожал плечами. Наедине, так наедине. Эти чертовы окна его интересовали сейчас больше, чем какие-то там журналисты.

- Зачем тебе это? — Спросил Мартин, показывая на копошащихся в кабинете рабочих. — У тебя же вроде нет аллергии на солнце.

- Я же не один здесь работаю. Я должен заботиться о своих сотрудниках.

- Барон, у тебя все в порядке? Ты в последнее время как-то странно себя ведешь. Это увольнение Альбины на тебя так подействовало?

- Арис раздражает рассвет. — Соврал Руфус.

- Арис это твоя новая помощница?

- Да.

- И ее раздражает рассвет?

- Когда она сидит там, - вампир показал на одно из кресел, - солнце попадает ей в глаза, и она морщится.

- Руфус, ты что, налакался экспериментальной крови?

Барон ничего не ответил. Удивленное лицо Мартина он тоже проигнорировал. Взял конверт от Конни, который еще утром принесла помощница, и поморщился от горьковатого запаха духов, которыми была пропитана бумага.

В записке графиня благодарипа его за цветы, уверяла что совсем не обижена за то, что он не принял ее приглашение ввиду обстоятельств, но настоятельно рекомендовала посетить это удивительное мероприятие.

О каких цветах и обидах шла речь, Руфус не понял. Но на всякий случай написал записку с короткими извинениями за свою невнимательность.

Конни

Утро графини началось с неприятного посещения бухгалтера. Шустрый вампир с бегающими глазками и непропорционально крупной нижней губой, с напускным сожалением сообщил Конни, что на ее счетах осталось всего несколько тысяч реанов, и этого вряд ли хватит, чтобы закрыть даже ее месячные расходы.

- И у нас нечего продать? — Спросила графиня.

В этом кабинете она не надевала на себя маску сексуальной кошки, и не старалась соблазнить счетовода. Во-первых, у него было свое Сердце, во-вторых, он ей ни капельки не нравился.

- Все ценное мы продали еще в прошлом столетии. Последние деньги ушли на содержание поместья и зарплату смотрителя. В прошлом месяце его пришлось уволить.

- А машины?

- Все продано. — Вампир несколько минут покопался в компьютере, и распечатал документы, подтверждающие продажу имущества и перевод средств. - Мы можем выставить на продажу поместье.

Конни уже несколько раз думала о том, чтобы продать замок. Вырученных средств должно было хватить на то, чтобы закрыть долги и спокойно прожить еще несколько лет. Но, в то же время, это пока был ее единственный весомый актив. И показывать барону свое бедственное положение ей категорически не хотелось. Кому нужна нищая невеста?

- Я подумаю, Филипп.

- Подумайте, графиня. У меня есть несколько клиентов, которых могло бы заинтересовать поместье.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

- Дом в чудесном месте. Я бы сама в нем жила, если бы не воспоминания.

- Скорблю вместе с вами. — Вежливо сказал Филипп. — Я могу предложить своим клиентам осмотреть дом?

- Пока нет. Я сообщу тебе, если передумаю.

Настаивать вампир не стал. За это Конни была ему особенно благодарна. Офис бухгалтера графиня покидала с неприятной необходимостью внимательно относиться к расходам. Она ненавидела эти периоды своей жизни и старалась о них забыть сразу же, как только финансовый вопрос решался. И если раньше этот вопрос мог решить состоятельный мужчина, то сейчас ситуация была даже хуже, чем она предполагала.