Временная жена (ЛП) - Маура Катарина - Страница 21

Лука столько лет относился ко мне с таким уважением и заботой… Несмотря на его нынешнее поведение, я обязана ему всем. Если бы не он, у меня не было бы диплома, не было бы опыта, который сделал меня востребованным и уважаемым специалистом в финансовой сфере. Лука Виндзор сформировал меня, как профессионала, и я всегда буду благодарна за все, что он мне дал.

Дело не в том, каким он был раньше. Вопрос в том, кем он стал с того момента, как обручился. Я оставалась рядом с ним, пока в его жизни происходили бесчисленные перемены, но ничего не выбивало его из колеи так, как это.

Меня вырывает из раздумий звонок телефона, и я тут же нахмурилась. Мама почти никогда не звонит мне во время работы. Волнение молнией пронзает все тело, я выпрямляюсь в кресле, сердце начинает колотиться.

— Мам, привет.

— Вэл… — в ее голосе слышится дрожь. — Бабушка… Она ушла из дома пару часов назад и до сих пор не вернулась. Я начинаю волноваться.

Я вскочила на ноги, ощущая, как сердце замерло на мгновение, а затем забилось так сильно, что стало больно в груди:

— Что? Сколько времени прошло? У нее ведь с собой телефон?

— Нет… Она оставила его на тумбочке. Я обыскала весь квартал на инвалидной коляске, но нигде ее не нашла.

— Ты проверяла в магазине у тети Ли? Может, она зашла поболтать? — Бабушка часто ходила к хозяйке небольшого магазинчика, с которой подружилась за эти годы.

— Они ее не видели. Обычно она заходит поздороваться во время прогулок, но не сегодня.

— А в парке?

— Я уже проверила, Вэл. Я обошла весь парк, спросила всех соседей, зашла в каждый магазин поблизости. Ее нигде нет. Думаешь… мне стоит подать заявление о пропаже?

— Конечно! — воскликнула я, чувствуя, как глаза наполняются слезами. — Мам, разумеется! Мы должны найти ее как можно скорее. У нас нет ни малейшего представления, что могло случиться. Вдруг она упала и не может позвонить? А если ей нужна помощь?

Слезы хлынули по щекам, дыхание стало неровным.

— Вэл… Есть кое-что, о чем я должна была тебе сказать… Мы не хотели тебя беспокоить, у тебя и так много забот, а бабушка настаивала, чтобы я ничего не говорила…

Меня охватил леденящий страх, пальцы судорожно сжали телефон:

— Что случилось?

Мама тяжело вздохнула, голос ее дрожал:

— У нее диагностировали болезнь Альцгеймера. В последнее время она все чаще стала забывать обычные вещи. Иногда она не узнает меня, а порой думает, что мы до сих пор живем в прошлом, и что твой дедушка… что он все еще с нами. А если это один из таких моментов? Если она ушла искать его? Это уже случалось раньше, но я не знаю, как далеко она могла зайти. Что если она пытается вернуться в наш старый дом?

— Я еду домой прямо сейчас, — сказала я, хватая сумку и выбегая из офиса, едва различая дорогу сквозь слезы. — Мы ее найдем. Все будет хорошо.

Мама уже обыскала все места, которые приходят мне в голову. Где же она может быть?

Меня охватывает ужас, живот сводит от волнения, но я заставляю себя оставаться спокойной. Я должна думать четко и ясно. Я найду ее. Даже если это будет последнее, что я сделаю.

Глава 21

Лука

Я останавливаюсь возле пустого стола Валентины и хмурюсь, чувствуя беспокойство.

— Где она? — спрашиваю я у девушки, которая направляется ко мне. Кажется, это одна из новых личных помощников, которых Валентина наняла, но я не помню ее имени.

— Мистер Виндзор, — она слегка кланяется. — Вэл ушла после звонка от мамы. Насколько я поняла, ее бабушка пропала. Они не знают, куда она ушла, и ее нет уже несколько часов.

Мои глаза расширяются, и внутри меня растет тревога. Бабушка Валентины — это ее все. Я не сомневаюсь, что она сейчас в панике. Но что-то столь важное произошло, и она не почувствовала, что может обратиться ко мне за помощью?

— Когда Валентина ушла? — спрашиваю я.

— Она ушла примерно два часа назад.

Я провожу рукой по волосам и возвращаюсь в свой офис. Как такое могло случиться без моего ведома? Неужели я оттолкнул ее настолько, что она больше не считает меня кем-то, кому можно довериться?

— Мистер Виндзор! Я завершила график интервью. Посмотрите, пожалуйста.

Я поднимаю руку и качаю головой.

— Не сейчас.

Моя дверь закрывается с громким звуком, и через десять секунд я уже на связи с Сайласом Синклером.

— Виндзор? Прежде чем ты что-то попросишь, знай, что Аланна до сих пор зла на тебя из-за того, что ты испортил свидание Валентины.

— Заткнись и слушай, — отрезаю я. — Бабушка Валентины пропала. Мне нужно, чтобы ты нашел ее в течение часа. Она пожилая, и ее уже несколько часов нет. Найди ее и убедись, что она в порядке. Я также хочу, чтобы наготове была медицинская бригада, на всякий случай.

— Понял, — говорит он сразу. — Буду обновлять информацию каждые десять минут. Все будет в порядке, мы ее найдем.

Я сажусь за стол, весь на нервах. Если бы это была моя собственная бабушка, я бы, черт возьми, сошел с ума. Синклер должен справиться.

Я нетерпеливо постукиваю пальцем по столу, не в силах сосредоточиться на чем-либо. Мне стоит позвонить Валентине и поехать к ней? Смогу ли я ей как-то помочь прямо сейчас? Если я появлюсь сейчас, не причинит ли это ей еще больший стресс?

Сайлас Синклер: Мы взяли под контроль все камеры возле ее дома, сейчас проверяем записи, чтобы найти следы бабушки Валентины.

Я смотрю на телефон, чувствуя, что должно быть что-то, что я могу сделать, но не знаю, что. Я замираю, положив руку на затылок, и стараюсь успокоить бешено колотящееся сердце.

В дверь стучат, и я сажусь, приветствуя это отвлечение. Дверь открывается, и входит Валентина. Ее волосы растрепаны, макияж размазан. Я ожидал увидеть в ее глазах панику, но вместо этого вижу спокойную уверенность и решительность.

— Лука, — говорит она мягким голосом. Она останавливается перед моим столом и смотрит на меня. Я никогда не видел, чтобы она смотрела на меня с таким уровнем доверия в этих прекрасных карих глазах. — Я хочу заключить сделку.

Я оглядываю свой телефон, но нового обновления от Синклера так и не пришло, и я начинаю нервничать.

— Сделку? — спрашиваю я, заинтересованный.

Она кивает.

— Мне нужно кое-что, и я хочу, чтобы ты вложился в это по полной. В обмен я заберу свое заявление и продолжу работать на тебя без единого нарекания. Я не уйду, пока ты сам не скажешь. Все вернется на круги своя, как было раньше. Я сама об этом позабочусь.

Я поднимаю брови, удивленный ее смелостью. Я не был уверен, что она вообще обратится ко мне за помощью, и если бы это произошло, я не думал, что она сделает это так спокойно. Я думал, что она ворвется в мой кабинет, умоляя о помощи. Я должен был знать лучше.

— Что тебе нужно, Валентина? — спрашиваю я.

Она делает паузу, и в ее глазах появляется тень сомнения.

— Лука, мне нужно, чтобы ты нашел мою бабушку. Она… — ее голос срывается, и она быстро прокашливается, выпрямляя спину. — Она пошла на прогулку этим утром, и не вернулась. Уже прошло пять часов, и я переживаю. Найди ее для меня, и я останусь.

Я смотрю на нее, замечая проблеск отчаяния в ее выражении. Разве она не понимает, что я бы сделал все для нее, если бы она просто попросила? Единственное, чего я не могу себе позволить, — это отпустить ее. Я полный мудак, и я это знаю, но не могу упустить шанс. Как я не заметил этого раньше? Это решение всех моих проблем.

— Насколько она важна для тебя? — спрашиваю я, мягко подбирая слова.

Ее глаза вспыхивают, а тело напрягается.

— Она все для меня. Моя бабушка воспитала меня, и я бы сделала для нее все. Я буду умолять, если хочешь, Лука. Я готова на все.

Я усмехаюсь, наконец-то видя проблеск надежды.

— Значит все для тебя? Тогда отдай мне все взамен. Я задействую все ресурсы, которые у меня есть, но есть одно условие.

Валентина колеблется, но затем кивает.

— Я серьезно, — говорит она. — Я готова на что угодно.