Готика плоти (ЛП) - Ли Эдвард - Страница 29

- Мак сказал то же самое. Может, вы, ребята, не были такими уж "в теме", как вы думали.

- Я никогда не думала, что я в теме, - сказала она, как будто это замечание оскорбило ее. - Хорошо, что ты не пьешь. Тебе следует посмотреть на бар с выпивкой внизу, - она подняла свой стакан. - Это двадцатичетырехлетний виски.

Уэстмор стиснул зубы.

"Большое спасибо, Боже..."

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Карен тут же подхватила:

- Значит, эта картина была за комодом, а потом ты отодвинул комод?

- Да.

- И она указывает на... - она повернулась. - Святой Иоанн пишет Книгу Откровения. Это было бы слишком просто, не так ли?

Уэстмор просто уловил суть и тут же почувствовал себя глупо. Он бросился вперед, схватил ручку сейфа.

Карен смотрела, ошеломленная, декламируя:

- И пили цари земные вино гнева ее и блуда ее...

- Что?

- Просто набери номер.

Он набрал 6-6-6 на комбинации.

Ничего.

Затем с 13 по 18 и вариации этих цифр.

Ничего.

- Ты права, это слишком просто!

Затем он позвонил ближайшему слесарю по телефонной книге, заметил, что Карен тупо изучает вторую гравюру, автопортрет.

- Он подключен? - спросил мужчина с каменным голосом на линии.

- Я... не знаю.

- Есть ли на нем какие-нибудь лампочки?

- Нет.

- Есть ли у него ключевой перфоратор или какие-нибудь кнопки на двери?

- Нет.

- Тогда он не подключен, а если нет, мы сможем открыть, я буду там утром.

Уэстмор нахмурился.

- Как насчет сегодня вечером? В вашем объявлении указано круглосуточное обслуживание.

- За это дополнительная плата.

- Мы заплатим. Мне нужно, чтобы его открыли как можно скорее.

- Хорошо. Я попрошу кого-нибудь из моих людей зайти, скажем, в десять вечера?

- Идеально! Спасибо.

- Что это? - она взяла гравюру.

- Это было за картиной девушки. Чудаковатая, да?

- В этом доме всегда было много чудачества, - она села на стол, раздвинув бедра. - Похоже, сегодня мы получим хорошую дозу.

- Что? Ты про сейф?

- Нет, я имею в виду внизу. Они действовали мне на нервы, поэтому я ушла, начала искать тебя, - она допила скотч, затем откинулась назад на руки.

Поза была почти непристойной, и Уэстмор предположил, что она делает это намеренно, чтобы разозлить его.

Он отвернулся, пролистывая стопку DVD.

- Что-то случилось внизу?

- Можно и так сказать. Уиллис увидел что-то на втором этаже и чуть не упал...

- Он упал, и его вырвало. В одной из гостиных. Я помог ему подняться.

Теперь она болтала ногами взад-вперед, как это делает малыш, сидящий на выступе.

- Это то, что меня в нем беспокоит. Я думаю, он настоящий.

- А как насчет остальных?

- Я не знаю. Я читала о той занудной девчонке. И в ней есть что-то, что кажется подлинным.

- Может быть, она просто похожа на наркоманку?

- Может быть. Кстати, Кэтлин изнасиловали.

Уэстмор уронил пачку.

- ЧТО?

- Говорит, что ее сексуально коснулась "субвоплощенная духовная организация", что, как я полагаю, означает призрак.

- Ради Бога... - Уэстмор закурил еще одну сигарету, больше желая полупустой стакан скотча Карен, чем ее раздвинутые ноги. - Ты думаешь, она настоящий экстрасенс?

- Сомневаюсь. Она кажется фальшивой, но - Боже - какое тело. Заставляет меня завидовать... как и Вивика. Некоторые вещи просто несправедливы, - теперь она откинулась на спинку стола, вздыхая. - И не волнуйся, я не собираюсь приставать к тебе, лежа вот так. Я просто... очень устала.

- Я понимаю.

- И ты единственный человек в этом сумасшедшем доме, с которым мне комфортно.

"Полагаю, это комплимент".

Уэстмор сделал то, что делал всегда, когда ему было некомфортно. Он сменил тему.

- А Нивыск? Настоящий или фальшивый?

Она пожала плечами, распластавшись на спине и закрыв глаза.

- Нивыск не утверждает, что он экстрасенс. Он просто занимается техническими штуками. И экзорцизмом.

- Ты меня разыгрываешь.

- Жаль, что это не так. Мы наняли консультанта по исследованиям, чтобы составить биографию всех этих людей, прежде чем Вивика их наняла. Мне удалось украдкой заглянуть в их биографии. Нивыск - бывший священник, который занимался экзорцизмом более двадцати лет. Он объездил весь мир.

- Бывший священник? Почему бывший?

- Сексуальные штучки. Много сексуальных штучек со всеми ними. Я уверена, что ты скоро узнаешь все их полные истории.

Уэстмор был ошеломлен. Сексуальные штучки... Он даже не хотел знать. Затем он мрачно посмотрел на DVD, которые ждали его внимания. DVD с сексом. Часами и часами.

- Уже почти время ужинать, - сказала Карен, вставая из-за стола. - Давай спустимся вниз и посмотрим, успокоился ли цирк уродов.

Уэстмор последовал за ней, его озадаченность бурлила. Когда они двигались по темному коридору, казалось, что лица на портретах маслом и статуях были другими, чем раньше, но он знал, что это всего лишь воображение.

- Думаю, Нивыск уже спустился, - сказала Карен и указала на дверь в комнату связи.

Она была закрыта.

- Нет, - сказал Уэстмор, останавливаясь на полпути. - Я слышу, как он там говорит, - он стоял у двери и очень слабо слышал голоса.

- Перестань подслушивать, и пойдем, - уговаривала Карен. Она схватила его за руку и потащила прочь. - Я умираю с голоду!

Но когда Уэстмора тащили к лестнице, он подумал:

"Интересно, с кем он разговаривает?"

Потому что он был уверен, что слышал в комнате не один голос.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Нивыск не почувствовал ни шока, ни явного удара, просто что-то подспудно ужасное в глубине своего сердца. У него было восемь цифровых рекордеров V/A, работающих через микрофоны видеокома в случайных комнатах, которые он выбирал только из-за вероятности того, что другие члены группы не войдут, в основном комнаты на пятом этаже. Феномен электронного голоса всегда был надежным измерителем, и самым простым в реализации, хотя точная наука была запутанной, поскольку существовало много различных аспектов феномена электронного голоса. Много раз он сам сидел в комнатах с включенными рекордерами, часто часами, и абсолютно ничего не слышал. Позже он проигрывал записи через последовательные эквалайзеры и слышал множество голосов. Кто знает, почему? Это просто работало.

И это работало сейчас.

И он узнал один из голосов.

Положительные пики счетчика предупредили его о феномене электронного голоса в трех комнатах: часовне, спальне и так называемой Алой комнате Хилдрета.

На диске часовни он услышал это:

- Да. О, да, - мужской голос.

Затем женский голос, очень далекий.

- Только посмотри на них. Давай сделаем это.

Мужской голос:

- Нет, я просто люблю кровь. Мне нравится ее видеть...

Далее спальня, изгибающееся трелье, произнесенное с разной звуковой плотностью, что-то похожее на женское:

- О Боже, воткни его, воткни нож во все места...

Конечно, эти записи могли быть розыгрышем. В комнатах никого не было в то время, когда регистрировались голоса; он знал это, потому что у него были камеры в комнатах на мониторах, но он предполагал, что кто-то мог легко спрятаться в комнатах, вне поля зрения камер. Или скрытые динамики могли воспроизводить предварительно записанный голос. Это выглядело бы подлинно, но все равно - розыгрыш. Нивыск, однако, сомневался, что это был случай здесь. Он мог это чувствовать.

Третий всплеск монитора произошел в Алой комнате.

- Александр, - проскользнул слабый голос. Ближневосточный акцент. - Ты... там?

Нивыск сидел неподвижно. Слушал.

- Я знаю, что ты там. Кое-кто мне сказал.

Голос был мужским, но нежным, даже страстным. Он звучал потерянно, но как-то обнадеживающе.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

- Я знаю, что ты помнишь меня, и я помню тебя. Я помню взгляд в твоих глазах... в тот день.

Чувствительность Нивыска боролась с логикой и простой ответственностью его работы. Тем не менее, его нелогичность заставила его спросить, какой... день?