Клятва похоти и ярости (ЛП) - Ловелл Л. п. - Страница 19

Запах мусора и солоноватый привкус близлежащей реки витали в воздухе, пока я запирал машину и срезал путь по узкому переулку к задней двери.

Внутри стены гудели от раската басов, когда я шел по узкому коридору и поднимался по лестнице, ведущей в мой кабинет. Этот коридор был частным и использовался только для моих менее цивилизованных деловых встреч. Одна стеклянная стена комнаты выходила на VIP-зону и клуб внизу. Но тут мое внимание привлекли трое мужчин в комнате. Джексон прислонился к задней стене с хмурым выражением на лице. Двое братьев Перес сидели на диване и выглядели скучающими.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я сел за свой стол.

— Извините, я опоздал. Возникли кое-какие проблемы. — И их зовут Эмилия Донато.

Леонардо Перес встал и сел напротив меня. Он был старшим из братьев Перес. Остальные были еще подростками, но этот маленький засранец… ему было, наверное, лет двадцать пять.

На нем были джинсы и толстовка, капюшон от которой он натянул на свою темноволосую голову. Татуировки покрывали его шею и пальцы. Он был злобным и умным и вырос достаточно крупным, чтобы представлять угрозу для таких авторитетных картелей, как Синалоа.

— Леонардо Перес.

Он вздернул подбородок. Его младший брат наблюдал за нами с прищуром, как будто готовился к прыжку, что было смешно, учитывая размеры Джексона. Однако в Колумбии детей растили дикарями.

— Джованни Гуэрра.

Он засунул руки в карманы толстовки и откинулся в кресле, как будто ему было наплевать на все на свете.

— Я слышал, вам нужен кокаин.

Сразу к делу. Хорошо.

— Я слышал, вы хотите продать немного. Итак, сколько?

Он ухмыльнулся.

— Сколько ты хочешь?

Никто не спрашивает, сколько ты хочешь. Они предлагали то, что у них было. Поэтому я проверил его.

— Пятьдесят килограммов.

— Один миллион долларов США.

Я нахмурился, окидывая взглядом парня. Я бы предположил, что это полная чушь, если бы не знал его репутации.

— Ты знаешь, я в отчаянии. И знаешь, что мог бы попросить вдвое больше…

Он пожал плечами, его взгляд с легким интересом скользнул по VIP-зоне за окнами.

— Я мог бы. И знаю, что Вы заплатите.

— И все же занизили цену моего поставщика. Чего вы хотите? — В этом мире крови и денег нет ничего бесплатного.

Он достал из кармана сигарету, поднес ее к губам и закурил.

— Ваш бизнес, мистер Гуэрра.

Джексон поерзал рядом. У этого парня была репутация, и я знал, что Джексон не хотел иметь с ними дела. Неро был лоялен к Рафу, но это было недальновидно. Братья Перес уже были достаточно известны, чтобы создавать проблемы влиятельным людям. Поэтому я либо избегал их, чтобы успокоить упомянутых людей, либо вступал с ними в союз, зная, что однажды они обязательно станут могущественными людьми. Конечно, гарантий не было, но у меня было предчувствие на этот счет. Он напоминал мне более безжалостного молодого Неро, и это было ужасно. Через несколько лет, когда его братья были на его стороне, они стали проблемой, с которой я хотел быть на правильной стороне. И факт заключался в том, что я зависел исключительно от Чикаго, который взял меня за зад. Класть все яйца в одну корзину было глупо.

— Я не могу сделать вас своим единственным поставщиком.

Он кивнул.

— Потому что Рафаэль Д'Круз — член семьи.

— Что-то вроде того. — Он был шурином Неро, женат на сестре Уны. И если в этом мире и был человек, против которого не выступал Неро Верди, то это была его жена. Никто из нас этого не делал. — И вы не можете везти его в город напрямую.

— Хорошо. Двадцать пять килограммов в месяц. Полмиллиона.

— Отдадите этот первый заказ без проблем и лишнего внимания, и мы заключим сделку. — Я протянул руку, и он пожал ее. — О, и остерегайтесь ирландцев.

Он ухмыльнулся, и выражение, вспыхнувшее в его глазах, говорило о жажде крови, не уступающей жажде Джексона.

— Это не будет проблемой. — Он кивнул брату, и они вдвоем выскользнули из кабинета, как призраки в капюшонах.

Джексон покачал головой, прежде чем налить мне напиток из мини-бара.

— Это плохая идея, Джио. Они точно привлекут внимание, которое нам сейчас не нужно.

— Что нам нужно, так это продукт. Мы теряем миллионы, в то время как гребаные ирландцы купаются в кокаине и деньгах. Нашем кокаине, Джексон, и в наших гребаных деньгах.

Он опустился в кресло напротив меня и опрокинул в себя стакан.

— Я же говорил тебе, мы справимся с ними.

— И привлекли именно то внимание, о котором ты мне сейчас проповедуешь. — Я покачал головой. — Томми подкупил копов в Чикаго, так что будь готов к звонку, когда Гектор захватит кокаин у мафии. — Я открыл ноутбук. — Ты заберешь его обратно.

Он фыркнул.

— Ты хочешь, чтобы я украл у полиции кокаин, который они изъяли у мафии, и который они украли у нас.

— Точно.

Он приподнял бровь.

— Это действительно гениально.

— У меня есть не только красивое личико.

— Не понимаю, о чем ты. Ты уродливый ублюдок. — Он допил остатки своего напитка, прежде чем подняться на ноги. — Я разберусь с этим, и, Джио?

Я взглянул на него снизу вверх.

— Да?

— Смотри, чтобы девушка в твоей постели не перерезала тебе горло.

— Чертов Томми.

Его смех перекрывал музыку, когда он спускался по лестнице. Я бы сам рискнул перерезать себе горло, чтобы заполучить Эмилию Донато в свою постель.

Я задержался в клубе на несколько часов, чтобы разобраться с бумажной работой. Было уже за полночь, когда зазвонил мой телефон, и на экране высветилось имя Филипп. Он был на дежурстве у Эмилии.

— Что? — огрызнулся я.

— Девушка сбежала.

Клянусь, я почувствовал, как у меня на виске запульсировала жила, и стиснул зубы.

— Что?

— Мы вернули ее, но она устроила пожар и вырубила Ника. — Как, черт возьми, этой крошечной девчонке удалось справиться с таким крупным парнем, как Ник? Так же, как она ранила меня? Эта мысль была подобна взрыву гранаты с выдернутой чекой. Если бы она прикоснулась к другому мужчине, никакие мольбы не спасли бы ее от меня. А если бы Ник прикоснулся к ней… он был бы мертв.

Я встал и схватил куртку.

— Уже еду. Не оставляй ее без присмотра, пока я не приеду. — Из всех избалованных сорванцов в мире…

К тому времени, как я добрался домой, был уже второй час ночи, и моя ярость была ощутимой, перед глазами все покраснело. Филипп стоял у двери моей квартиры с серьезным лицом и напряженными плечами.

— Она внутри.

— Где Ник?

— Отправил его домой. Она сломала ему нос.

Я тяжело вздохнул, стараясь сохранить спокойствие, которого у меня совершенно не было.

— Рассказывай.

— Сработала пожарная сигнализация. Когда Ник увидел, что из-под двери валит дым, он бросился внутрь, и она ударила его по лицу барным стулом.

Конечно, она это сделала. Мои плечи слегка расслабились, когда я понял, что она не приблизилась к нему.

— Она украла его пистолет, но, думаю, она не знает, как им пользоваться. — Она могла застрелиться, черт возьми.

— Ты можешь идти.

Он ушел, а я открыл дверь в квартиру. До меня сразу донесся запах дыма. Дверца духовки была открыта, пена и вода стекали на залитый водой деревянный пол. Все вокруг духовки было черным от дыма и сажи, и я знал, что все это придется заменить. Я вышел из себя и открыл ту часть себя, которую она действительно не хотела бы видеть. Когда я вошел в ее комнату, Эмилия сидела на краю кровати и ждала меня. Ее взгляд встретился с моим, она нервно прикусила нижнюю губу. По крайней мере, у нее хватило ума бояться меня.

— Скажи мне, Эмилия, ты хочешь умереть?

Потому что она вполне могла это сделать, если бы сбежала. Серхио ясно дал понять, что без колебаний пустил бы ей пулю в лоб.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Она вскочила на ноги, расправляя плечи для борьбы.

— Ты мне угрожаешь?

Черт. Из-за этого пожара мне захотелось отшлепать ее по заднице, пока она не поймет, когда именно нужно прикусить свой чертов язык.