Клятва похоти и ярости (ЛП) - Ловелл Л. п. - Страница 1

Переводчик: Юлия Цветкова

Редактор: Amelie_Holman

Вычитка: Amelie_Holman

Обложка: Екатерина Белобородова

Оформитель: Юлия Цветкова

Глава 1

Джио

Услышав зловещий скрип петель, я открыл дверь подвала и оказался на сцене пыток. Буквально.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Над головой гудела одинокая лампа, отбрасывая тени на унылые стены из шлакоблоков и на бессознательного мужчину, привязанного к стулу в центре комнаты. Когда-то белые бинты, прикрывавшие относительно небольшое огнестрельное ранение в живот, теперь были красными, и, когда металлический запах крови проник в мои чувства, я почувствовал кайф от жестокости всего этого.

Джексон, мой телохранитель, расхаживал перед ним по небольшому помещению с безумной улыбкой на лице, а его обнаженная грудь была залита кровью. Судя по множеству аккуратных порезов и обильному количеству крови, покрывавшей нашего пленника, Джексон тщательно выполнял задачу по извлечению нужной мне информации.

Парня нашли рядом с телами двух наших людей и пустым грузовиком, который должен был быть заполнен кокаином. Нашим кокаином. Обычно я был далек от подобных вопросов, но это была третья партия за месяц. Тот, кто отважился красть у нас, был наглым. И чертовски глупым. Уже много лет никто не осмеливался бросить нам вызов, и на то были веские причины. Возмездие будет быстрым и жестоким. Но все оказалось сложнее, чем мне хотелось бы, потому что это произошло в Чикаго. Мне не нравилось гадить на пороге собственного дома, привозя наркотики прямо в Нью-Йорк. Я крепко держал Город ветров в своих руках; однако от недостатка абсолютного контроля у меня зудела кожа.

Вздохнув, я оттолкнулся от двери.

— Он что-нибудь сказал?

— Нет, — выплюнул Джексон, все еще расхаживая по комнате, как взволнованный кот.

Я не удивился. Если бы я собирался украсть у нас груз, я бы нанял кого-то, кто не мог бы быть с ним связан, кого-то, кто знал бы очень мало, потому что последствия такого проступка были бы серьезными.

Мой телефон завибрировал в кармане, и я взглянул на сообщение от одного из моих подчиненных, Томми. Одно слово: Ирландец. Далее следовал скриншот со списком банковских транзакций, адресованных некоему мистеру Стивену Уайту. Также известный как «мешок истекающей кровью передо мной». Деньги поступили со счета в компании «Макгинти холдингс». «Законный» бизнес ирландской мафии в Чикаго.

В последнее время у нас с ними не было никаких проблем, хотя несколько лет назад был убит двоюродный брат Патрика О'Хары, Финнеган. Отношения между Ирландией и Италией всегда были натянутыми. Теперь мне предстояло разобраться, что это было — случайность или война. Как бы мне ни хотелось, чтобы за эту чертову наглость полетели головы, война вредна для бизнеса, и, если я чего и не делал, так это действовал опрометчиво. Был только один способ выяснить это…

— Убей его.

Через несколько секунд горло пленника превратилось в кровавый порез, кровь стекала по его изуродованному телу. На самом деле, это было очень любезно с его стороны, учитывая склонность Джексона к пыткам и его мрачное настроение, от которого зависел каждый дюйм воздуха в комнате.

— Отправь его голову в бар Патрика О'Хары, — приказал я, прежде чем покинуть комнату и подняться по лестнице в главный дом.

Пэдди О'Хара знал, что к чему, или, по крайней мере, должен был знать. То, как он отреагирует, скажет мне все, что я хочу знать. Я прошел в кабинет и закрыл дверь, вдыхая аромат старых книг и кожи, пока наливал себе бурбон. Дымный аромат обжег горло, умерив мой пыл. Последнее, что мне сейчас было нужно, — это проблемы в Чикаго. Я пропустил несколько поставок, и нехватка продуктов имела последствия — потеря бизнеса, появление конкурентов, насилие, раздоры, борьба за власть…

Я плюхнулся за свой стол и осушил бокал. Ситуация казалась странной, но я не мог понять, в чем дело. Надвигалась война. Я чувствовал это, ощущал медный привкус крови на ветру, и какая-то часть меня наслаждалась этим. Я улыбнулся, представив, как Пэдди О'Хара открывает коробку и обнаруживает внутри отрубленную голову. Я сделал это, чтобы передать сообщение, но более того, я сделал это, потому что мог.

***

Мой взгляд остановился на огнях города далеко внизу, так далеко от того, что было здесь, в моем пентхаусе. Через объемный звук доносилась классическая музыка, и я сделал глубокий вдох, пытаясь найти момент ясности в этом вновь обретенном хаосе.

Ирландцы вернули нам солдата, который доставил голову. По частям. Затем они забрали еще одну партию на сумму более четверти миллиона. Отправку на частный аэродром, о которой никто не должен был знать. Так что это означало, что ирландцы не только трахали меня в задницу, но и у меня была крыса.

Я буквально почувствовал, как по комнате разлился тестостерон и волна насилия, как только Джексон вошел в пентхаус. Он принял смерть солдата близко к сердцу. Как и все мы. Это был долг крови. Более того, это означало, что у нас появился враг, который нас не боится, а таких в последнее время было немного.

Повернувшись к нему лицом, я расстегнул куртку и направился к дивану. Томми вошел следом, пламя камина мерцало над мрачным выражением его лица.

— Сегодня вечером у меня был интересный телефонный звонок, — начал я, когда Джексон сел.

— Это были ирландцы, которые унижались, спасая свои гребаные жизни? — спросил он, и кривая улыбка тронула его губы.

— Пресмыкательство подразумевает раскаяние, а наш расчлененный солдат говорит о явном отсутствии такового, Джексон.

Он зарычал на меня, как проклятый пес.

— Ну? Не томи нас, — сказал Томми, подходя к бару, чтобы налить себе чего-нибудь выпить.

— Это был Серхио Донато. — Со мной связался глава чикагской семьи… это было почти неожиданно. Почти.

Мы остались в стороне от бизнеса по продаже одежды, и, хотя семья Чикаго когда-то поддерживала взаимовыгодные отношения с предыдущим «руководством» старой семьи здесь, в Нью-Йорке, мы уже давно заклеймили себя как паршивую овцу итальянской мафии. Однако их интерес предоставил нам возможность. Тот, где я держал свои руки в безупречной чистоте.

— Судя по всему, за последние несколько недель он также потерял товар для ирландцев. — Я сел на диван напротив и положил ногу на колено. — Он предлагает заключить союз.

Томми сидел на подлокотнике, взбалтывая янтарный напиток в бокале

— Зачем? Эта организация и ирландская мафия воевали десятилетиями, и они будут продолжать.

— Если только чаша весов не склонится в их пользу. — Я приподнял бровь. — Донато хочет коку. У нас есть надежные пути доставки. А у него — нет.

Я уже продумал все способы, которыми мы могли бы воспользоваться этим и обойти Неро. Формально он был боссом, но Неро был создан для войны, а не для мира. Он с улыбкой на лице покрасил бы улицы Чикаго в красный цвет, если бы я ему позволил, и это было единственное, чем я не мог рисковать. Я слишком усердно работал. Сенаторы и окружной прокурор, которых я подкупал, могли не заметить очень многого, прежде чем на них пало бы подозрение.

— Пока что мы предоставляем ему людей и оружие. Они делают грязную работу, справляются с мафией, а мы почти не рискуем. В обмен мы продаем им кокс с десятипроцентной прибылью.

— Ты же знаешь, что мы везде зарабатываем по пятьдесят. — Томми нахмурился.

Я приподнял бровь.

— Ты же знаешь, что мы везде получаем по пятьдесят.

— Ты собираешься их поиметь, — простонал Томми.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Я собирался сделать нечто большее, чем просто поиметь их, но держал это при себе. Им просто нужно сосредоточиться на следующих шагах, а не на следующих двадцати. Мои долгосрочные планы часто менялись в зависимости от того, насколько успешными были краткосрочные.

Кривая улыбка появилась на лице Джексона.

— Мне все равно, главное, чтобы я мог кого-нибудь убить. Два года сидения без дела… Чертов покой, — пробормотал он себе под нос.