"Святые" 90-е Пионер. Том 1 (СИ) - Ветров Клим - Страница 38

— Да хотя бы им…

— Не угадал, боксеры газет не читают.

— Почему?

— А им мозги в раннем детстве отбили, сам же говорил?

С Саней мы ругались редко, но когда это всё же случалось, он намекал на эту особенность моего спорта, правда не прямо, боялся в тыкву получить, но завуалированно поддразнивал.

— То о чём я напишу, прочитают, не беспокойся! — сделав страшное лицо, заговорщицки прошипел он.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Просветишь? Заинтриговал прям…

— Конечно. Только не здесь, как раз и дополнишь, если я где-то ошибусь.

Пробившись через толпу возле выхода, мы прошли в раздевалку.

— Ну, вещай уже. — осмотрев помещение на предмет посторонних, я уселся на лавку.

— Короче, всё до безобразия просто! Ты слышал когда-нибудь про подпольные бои? — впился в меня взглядом Саня.

— В кино видел. Читал где-то.

— Да нет, я про жизнь говорю, про нашу, вот эту вот жизнь! Бои за деньги, если так понятнее! Парни дерутся, а устроители тотализатор устраивают. Гы!.. смешно получилось. Как это, астрология?

— Тавтология, неуч.

— Ну точно. Слово из головы вылетело… Но ты это… Сечешь?

Разумеется я «сёк», но применительно к нашему курмышу подобное предположение казалось мне бредом. Такие вещи устраивались, точнее будут устраиваться для развлечения богатеев, чтобы их подоить, но для этого рано, богатеев пока кот наплакал, да и какая-никакая социальная ответственность у людей осталась. Прознают, мигом в милицию сдадут.

— Да брось ты, какие у нас тут подпольщики? Нафига это нужно? Смысл, если соревнований и так хватает? — возразил я «журналисту».

— Я тебе что, врать буду? Или думаешь у меня бездоказательно статью в газету примут? На вот, смотри!

С этими словами Саня положил свою папку на лавку рядом со мной, и раскрыв ее, вытащил стопку фотографий.

— Ну и что тут? — спросил я, не прикасаясь к фотокарточкам.

— А ты посмотри, посмотри! Может тогда поймёшь!

Но и после пролистывания фотографий, понятней не стало. На турнир похоже, причем не центровой, а так, проходной типа того что сейчас проходит. Ринг, боксеры, зрители, все как обычно. Народу, правда, не много, но такое бывает, не всегда аншлаг на подобного рода мероприятиях.

— Давай уже объясняй, а то я пока не вижу ничего подпольного…

— Ты серьезно? Ну присмотрись уже, тут же на поверхности всё!

Я присмотрелся, но безрезультатно.

— Скажи где искать-то, так до ночи тыкаться буду… — попросил я Саню.

— На руки боксеров внимание обрати для начала, видишь они без перчаток оба, а ведь работают в полный контакт между прочим!

Перчаток действительно не было, и лица — поначалу я внимания не обратил, показались сильно разбитыми. Так бывает на ринге, но уж больно повреждения серьёзно выглядят, случись такое на самом деле, бой был бы уже остановлен. А тут нет, на целой серии фотографий видно что его и не прерывали.

— Теперь вижу, только не пойму нахрена это нужно?

— Да тебе что, действительно все мозги отбили? — снова надул щеки Саня.

Мозги может и не отбили, но я действительно был удивлен. Девяностый год и чтобы такое?

— Нет, так-то я понимаю, поверить просто не могу.

Первое что пришло в голову, тот непонятный показ когда наши все слились, и я был единственным кто смог отстоять честь клуба. Мы с пацанами чего только не думали, ждали продолжения какого-то, ну хоть чего-то. Но тренер как воды в рот набрал, ни разу про это не говорил, а когда спрашивали, просто игнорил. Меня же спросил как-то после тренировки, не хочу ли я по-настоящему поработать, про деньги большие намекал. Только мне тогда не до того было, вот я этот момент-то мимо ушей и пропустил.

— Хочешь убедится, приходи в пятницу вечером к ресторану Москва, я там договорился уже, нас с черного хода проведут! — сузив и без того узкие глазки, громко прошептал Саня.

— Ну хорошо. А с кем договорился-то? — хотел уточнить я, но тут за дверью зашумели, и в раздевалку ввалились трое незнакомых парней.

— Ладно, давай потом, я как раз пока разузнаю еще кое-что, чтобы совсем убойная статья получилась. Бывай! — и Саня ушел, довольный что смог меня удивить.

Останавливать его я не стал, время звонка подходило, поэтому не возвращаясь в зал, ретировался на улицу.

«Ну и куда теперь?» — думал я, соображая где ближайшая телефонная будка. — «Может у магазина?»

Действительно, стоит родимая. И даже ещё не побитая. Так, пара слов нехороших нацарапано, да синей краской сбоку — «здесь был 10-й А» и ниже год «1986.»

Зашёл, снял трубку, — гудок идёт. Монетку достал, сунул в прорезь, набрал по памяти нужный номер.

— Сделал? — услышав знакомый голос, коротко спросил я.

— Восемнадцатого в шестом микрорайоне, возле дома номер семнадцать по Целинной, с десяти до часу. Двадцать второго в том же районе за объездной, там где съезд на грунтовку, время плюс-минус такое же. И привокзал, двадцать пятого, за гаражами, с часу до трёх ночи.

— А ещё… — я хотел уточнить кое-что, но участковый повесил трубку.

Неприятно, но да ладно. Пока не забыл, достал блокнот с ручкой, и торопливо записал полученные данные.

Вот, так уже лучше. Остается узнать где был Бухтомин в указанные даты, и надеяться на результат. Будет у него алиби хоть на один из этих дней, значит не он, а кто-то из его окружения. Ну а не будет, на том всё и закончится.

«А ведь вот ещё что», — пришла в голову мысль, — «ресторан, про который говорил Саня, он ведь как раз в шестом находится, на той же улице где произошло первое убийство.»

Воодушевленный таким совпадением, задерживаться не стал, и почти бегом побежал обратно в спорткомплекс.

— Здоров дядь Паш! — протянул я руку курящему на крыльце старенькому вахтеру.

— И тебе не хворать, Димитрий! — вяло ответил на рукопожатие он. Ещё пару лет назад рука у него сильная была, а сейчас вот сдал. Возраст, чего уж там. Сколько ему? Под восемьдесят наверное. Я когда в школу пришел, — это получается в восемьдесят первом, он уже тогда стариком был, но таким, крепким ещё. А сейчас вот, совсем постарел, взгляд только прежний остался, цепкий, с прищуром. Раньше в школе у нас труды преподавал, потом, когда списали, в сторожа подался, года три уже на вахте сидит.

— Как ваше драгоценное? Не хвораете, дядь Паш?

— Да как не хворать-то, Димитрий, годков-то мне, ой-ёй сколько, вспоминать страшно даже… А ты чего мечешься туды-сюды?

— Да так, дела… — уклончиво ответил я, соображая как бы получше на тему нужную перескочить. Дядя Паша хоть и староват, но отсутствием памяти пока не страдает, если захочет, по минутам расскажет кто, куда и когда. Главное чтобы захотел.

— Ты смотри Димитрий, не лезь в эти дела лучше, гнилые они, за версту разит. Это ладно тем у кого в голове меконий один, а ты-то парень умный, зачем оно тебе надо?

— Меконий? А что это?

— Первородный кал это, Димитрий, по идее, должен выходить в первые сутки жизни, да только не у всех, многие так и живут всю жисть с ним…

Дядя Паша обычно поворчать не любитель, а тут нашло что-то. Но мне это на руку, если по умному его направить, много полезного может рассказать.

— Понятно. Да я вроде и не лезу никуда…

— Чего пришел тогда? — недоверчиво зыркнул дядя Паша.

— Да так, на бои посмотреть, с пацанами увидеться. Я ж тут почти десять лет прозанимался, считай дом родной!..

— Ну-ну… был дом, да весь сплыл.

— А поподробнее?

— Слушай, как тебя по батюшке?

— Аркадьевич.

— Значит так, Димитрий Аркадич… Не лез бы ты в это дело, ни к чему хорошему оно не приведет… И поверь, я знаю о чём говорю… Ты может не в курсе, но за последний месяц, может два, тут много чего поменялось.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

— Поменялось?

— Ага. И не в лучшую сторону, заметь… Ты про подпольные бои слыхал?

Вот уж чего не ожидал я от дяди Паши, так такого вопроса, да ещё и без прелюдий, в лоб сразу.

— Ну так, краем уха.

— А то что уже троих пареньков там забили, двоих насмерть, третий в больнице в тяжёлом состоянии, тоже слыхал?