Кромешник. Том 1 (СИ) - Wismurt Dominik - Страница 7

Ага, и леса подобного тоже быть не должно, но ведь как-то я в него попал, и видимо в нём же останусь… навсегда.

Почему-то от подобной мысли весь страх улетучился, а на место ему пришла злость.

Я не собирался погибать к какой-то чёртовой аномальной зоне. Я, вообще, не собирался умирать в ближайшее время, так что придется зверушке остаться без ужина.

— Пошёл прочь, — твердо произнес я, всматриваясь в стоящую напротив тварь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Именно тварь, потому что от обычного зверя в нём ни осталось и следа.

Огромная туша с высунутым наружу языком хрипло дышала, наполняя ночной воздух удушливым смрадом. Свалявшаяся шерсть открывала проплешины и гнойные раны, которые говорили о том, что совсем недавно волк побывал в смертельной драке и вышел оттуда победителем, белая радужка глаз почти полностью закрывала зрачок, оставив в самом центре лишь крохотные ярко-алые угли.

Я был уверен, что зверь отчетливо видит в темноте, и то, с каким неотрывным вниманием он следил за моими движениями, говорило, что тварь готовится атаковать.

— Уходи, — произнес глухо, стараясь задавить все эмоции, чтобы оставить холодный разум и просчитать свои дальнейшие шаги.

Волк, наоборот, придвинулся ближе.

«А ведь он не боится огня», — пронеслась в голове мысль, от которой мурашки пробежали по телу с головы до пят.

То — что рядом находились ещё несколько подобных тварей, я старался не думать.

Сначала разберусь с одним, а потом примусь за остальную свору. Я оскалился не хуже зверя, давая понять, что просто так он меня взять не сможет.

Волк склонил голову на бок, в глубине глаз зверя полыхнул азарт охоты и неприкрытое удивление. Видимо тварь не рассчитывала, что слабый, маленький человечек станет сопротивляться, а я, наоборот, готов был порвать на части любого, кто осмелится забрать мою жизнь.

Столкновение было неизбежно. Я уже хотел кинуться вперед, как почувствовал неуверенность волка.

Что-то сменилось в его позе и взгляде победителя. Он пару раз тряхнул головой, словно сбрасывая морок, а затем, поднял взгляд к небу и поджал хвост. Из пасти раздалось тихое поскуливание.

Я тоже недоуменно посмотрел вверх.

Над кронами деревьев занимался рассвет.

Тварь бросила на меня разочарованный взгляд, но никаких действий не предприняла, лишь тихо шагнула назад, скрываясь в предрассветных сумерках.

Со всех сторон раздался громкий, надрывный вой, а затем, послышался треск веток.

Стая странных волков уходила прочь, а я почувствовал, как ноги начали подгибаться.

Дрожащей рукой нащупал позади себя полено и опустился на землю, хватая ртом воздух.

Адреналин схлынул, и тело затрясло словно в лихорадке, только сейчас начало доходить, в какой смертельной опасности я находился.

— Какого хрена здесь творится? Куда я, мать вашу, попал? — прошептал онемевшими губами, видя, как с первыми лучами солнца преображается лес.

Запах разложения исчез. На месте сухих, безжизненных веток, снова появились зеленые кроны. Воздух приобрел легкость, а пожухлая и прогнившая листва, вновь обрела краски, начав наливаться жизненными соками.

Быстро затушив костер, подкорректировал направление своего движения и рванул вперед.

Второй такой ночи я точно не переживу, а значит, нужно как можно скорее выбраться из этого треклятого леса.

Глава 4

Определил направление и с упорством носорога ломанулся вперед, даже не обходя буераки, пробирался сквозь них, дабы не сойти с намеченного пути и побыстрее добраться до выхода. С каждым шагом росла уверенность, что я поступаю правильно. Если выискивать легкий путь, обходить завалы и миновать чапарыгу, просто потеряю время, до конца дня так и не отыскав спасения.

В кроссовках чавкало, джинсы по колено намокли от росы и неприятно липли к коже.

Руки уже давно покрылись царапинами, а лицо было исхлестано ветвями деревьев, но я не жаловался…

Да и кому?

Просто крепче стиснул зубы и ускорил движение. Пару раз растянулся на животе, запнувшись за кочку, и пропахал носом землю, но лишь хмыкнул и ещё усерднее заперебирал ногами.

Сам не знаю каким образом, но пересек границу леса. Понял это только по тому, как изменились внутренние ощущения. Чувство муторности, которое клубилось с момента попадания в странную зону — прошло, сменившись облегчением и некоторой нервозностью, но она ни в какое сравнение не шла с той напряженной опасностью, которая владела мной в течение последних нескольких часов.

Деревья стали редеть, а затем и вовсе сошли на нет, открывая передо мной широкое поле и виднеющиеся за ним деревянные домики.

Остановился, переводя дух, осознавая, что всё-таки справился с поставленной задачей и выбрался на открытое пространство.

— Уфф-ф! — произнес устало, — Вот я и вышел к Тумановке.

То — что это была искомая мной деревушка, не сомневался ни секунды. Чутье не говорило, оно просто вопило во всю силу своих легких, что я добрался до назначенного места.

Единственное, что беспокоило — это близость странного леса к деревне, где я собирался жить в ближайшем будущем.

Поднял голову вверх.

Синее безоблачное небо обещало прекрасную погоду, легкий ветерок обдавал желанной прохладой.

Улыбнулся.

Кажется, всё получилось.

Теперь меня никто не достанет. На некоторое время я окажусь в безопасности, только если полиция каким-то мистическим образом не вычислит моё местонахождение.

С представителями законопорядка Тумановки очень надеялся столкнуться как можно позже, уже влившись в местную жизнь, но тут уж как получится. Главное, чтобы документы не спрашивали. Хотя, можно сказать, что по дороге ограбили, тем более, мой потрепанный вид говорил сам за себя. Впрочем, я сомневался, что столкнусь с участковым в первый день приезда. Уверен, местный инспектор появляется здесь только в особых случаях, а кроме Тумановки, следит за порядком ещё в паре-тройке таких же деревень, а то и больше.

Рассказывать кому-то о том, что побывал в странном, пугающем до дрожи лесу, не собирался: чего доброго, примут за психа, да слух пустят о новом жителе, не дружащем с головой.

В Тумановке, насколько я помнил из детства, население дворов семнадцать, а то и ещё меньше, здесь каждая собака друг друга знает. В одной стороне деревни пёрнут, на другой — перекрестятся.

Чем ближе подходил к населённому пункту, тем больший дискомфорт испытывал.

Вспомнились ощущения из детства, почти такие же непонятные и странные, как сейчас. Внутри начал формироваться диссонанс. С одной стороны — не терпелось быстрее добраться до дома старой родственницы и наконец выяснить, смогу ли я там остановиться. С другой — наоборот, хотелось развернуться и бежать прочь без оглядки.

Дикость. Бред. Всего лишь воздействие эмоций, вызванных за последние сутки.

Помню, что в детстве считал бабу Стефу злой ведьмой, жрущей на завтрак детей, и старался не попадаться ей лишний раз на глаза.

Откуда только набрался подобных страшилок, да ещё и родителям жаловался.

Вспомнилось, как мама усмехнулась тогда, потрепала по голове и сказала:

— Какой же ты ещё маленький, сынок. Ничего, подрастешь, перестанешь бояться. Научишься жить со своим наследием. Жаль, конечно, что судьба не обошла тебя стороной. У меня получилось избежать подобной участи и то — лишь потому, что силой да крепостью духа не вышла, а вот тебе… придётся брать ответственность в свои руки.

Почему эти слова пришли на память только сейчас, я не знал.

О чем говорила тогда мать? О каком наследии?

Сплошные загадки.

Смутное беспокойство начало возрастать в душе, но я отринул его в сторону.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Внимание привлекло легкое шуршание высокой травы метрах в десяти от меня.

Резко обернулся и обомлел.

На поле, почти у самой кромки аномального леса сидела маленькая девочка, на вид лет десяти — одиннадцати и крутила в пальцах соломинку, иногда засовывая её в рот и довольно покусывая.