Давай, расплачивайся (СИ) - Юдина Екатерина - Страница 46

Лонго остановил машину на светофоре и потянулся к задним сиденьям. Вернее, к своему пальто, которое он бросил на них. Достал что-то из кармана и протянул эту вещь мне. А от непонимания, взяла ее.

Но, стоило мне понять, что этой вещью являлась банковская карта, как я тут же резко подняла на Матео непонимающий взгляд.

— Зачем ты мне ее дал?

— Чтобы у тебя были деньги. Уволься с работы.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Деньги от тебя, я точно не возьму, — я протянула карту обратно. Вспоминала о том, что на прошедших выходных, в то время, как Матео куда-то уехал, его человек уже пытался дать мне его карту. Тогда для меня это являлось полнейшей дикостью. Сейчас я этого тоже не воспринимала.

— Почему? — мы поехали дальше. Лонго смотрел на дорогу и на протянутую карту никак не реагировал.

— Потому, что не считаю это нормальным и предпочту зависеть от себя, а не от кого-либо другого. Забери ее, — я стиснула зубы. Хотелось произнести это еще более категорично, ведь что-то подобное для меня являлось более чем неприемлемо. Но, через толщину внутренней стены, проступили мысли, что Матео вообще-то ничего плохого не делал и я, отдернув себя, произнесла: — Я благодарна за заботу, но, правда, не нужно. Ты и так оплачиваешь починку крыши, а помимо этого я ни в чем не нуждаюсь. Денег у меня достаточно.

— Я так не думаю и хочу оплачивать нужды и желания девушки, с которой сплю в одной постели.

Я неловко поерзала на сиденье. Ногтем царапнув чехол телефона.

— У меня нет никаких нужд и желаний, кроме тех, которые я сама могу оплатить.

Матео перевел на меня взгляд и посмотрел прямо в глаза. Некоторое время молчал и эта тишина отдалась жжением на коже.

— Хорошо, давай поговорим иначе, — произнес он, опять переводя взгляд на дорогу. — Я принадлежу тебе и в окружении моей семьи и прошлой жизни все об этом знают. Если ты не хочешь принимать деньги и говоришь, что твоя жизнь тебя устраивает, то не думаешь ли ты, что для меня позор принадлежать девушке, которая со столов убирает чужие объедки и моет полы?

Моя рука сама по себе с силой сжала телефон. И я, придвинувшись к спинке сиденья, посмотрела на свои сапожки.

— Я не считаю, что какая-либо работа может быть позорной.

— Я не буду с тобой спорить, — Лонго подпер голову кулаком и несколько прядей светлых волос упало на лицо. — Мне плевать на чужое мнение и на то, что про нас говорят, но я сам не приемлю то, что девушка, которой я принадлежу, прислуживает другим в каких-то там блядских заведениях.

В одной руке все еще держа карту, я другой покрутила телефон. Понимала, что вся эта ситуация с рабством для Матео унизительна. И осознавала, что я та, из-за которой его положение только усугублялось. Но… я же жила, как могла.

— Давай так. Воспринимай это, как мою прихоть. Ты считаешь, что у тебя нет нужды увольняться, но этого хочу я, а, значит, я обязан обеспечить тебя деньгами. Думаю, так будет честно.

Проведя кончиком пальца по карте, я спросила:

— А если я найду хорошую, перспективную работу, которая никем не сможет посчитаться плохой?

— Поговорим об этом позже.

Опустившись на сиденье, я посмотрела на ветви голых деревьев, мимо которых мы проезжали. И какую это перспективную работу я смогу найти? До выпуска — никакую. То есть, я сказала еще ту глупость и сама это понимала.

Сняв очки, я протерла их платком, смотря на размытые, мимо проезжающие машины. Вообще, мне уже следовало пойти к окулисту. Зрение, к счастью, вроде улучшалось, но это означало, что эти очки мне уже не совсем подходили. А это очередные траты. Деньги. Они требовались во всем и никогда их не хватало. А тут еще это — уволиться с подработки.

Насколько же тяжело это было. Если у меня в жизни и имелась какая-то почва под ногами, то это мои подработки. И как я могла лишиться их?

— Дай телефон, — прежде, чем я осознала эти слова, Лонго забрал его.

— Эй, отдай, — я попыталась выхватить телефон, но Матео, отклонившись вбок, что-то написал в нем, после чего сам вернул мне мою вещь. — Какого черта ты сделал?

— Уволил тебя с работы.

Опустив резкий взгляд на дисплей, я с ужасом увидела, что он стер мое сообщение с извинениями и написал о том, что я увольняюсь.

— Зачем ты это матом написал? — мне закричать захотелось. Фактически, он послал администратора и это сообщение уже было прочитано.

— Чтобы у тебя не было соблазна вернуться.

За следующие секунды я перешла через все круги гнева. Немного поутихли они от того, что администратор в ответ мне выписала тоже далеко не самые лестные сообщения. Черт, я даже больной выходила на работу, выполняла то, что не должна была. Всегда была вежливой и никогда не перечила. А тут такое и она даже не подумала о том, чтобы спросить, что это значит. Просто облила меня грязью. Хотя, она всегда была такой.

— Злишься? — спросил Лонго, положив свою ладонь сверху, моей. Я ее сейчас держала на коленке и пальцы Матео частично коснулись ноги. Даже в таком состоянии я ощутила жжение.

— Конечно, — произнесла, поджимая губы.

— Готов исправиться, — он немного сжал мою ладонь. — Поскольку я лишил тебя работы, теперь ты в полном праве пользоваться этой картой.

— Насколько же ты иногда бываешь ужасен, — это далеко не самое плохое, что делал Матео, но по мне это сильно ударило.

Дальнейшую часть дороги я молча сидела и смотрела на его карту. Она была черного цвета. С его именем.

С одной стороны — принимать чужие деньги для меня все так же являлось не позволительным. С другой — я ведь и правда именно из-за Лонго лишилась работы, а в моем положении это критично. И пока что, наверное, у меня и правда нет другого выбора, кроме как воспользоваться этими деньгами.

Печально, но звучало, как нелепое оправдание тому, что я все же оставила у себя эту карту.

— Купи себе не только то, что нужно, но и то, что хочешь, — Лонго посмотрел на то, как я хмуро и задумчиво вертела его карту в руках.

— Угу. Сейчас пойду и спущу все твои деньги на шмотки, — произнесла саркастично. — Сам будешь виноват.

— Хорошо. Пойди в салон. В СПА. Или чем там вообще развлекаются девчонки.

Я приподняла бровь. Хотела многое сказать. В первую очередь то, что Лонго как-то неразумно относится к деньгам, собираясь тратить их на ту, которую толком не знает. Особенно, делая это без нужды. Но, скользнув взглядом по окну, я поняла, что скоро мы подъедем к университету.

— Останови тут. У меня первой пары нет и я хочу зайти в кафе. Как раз начну тратить твои деньги.

Внутренне я слишком сильно встрепенулась. Понимала, что, если вместе с Матео приеду в университет, скорее всего, это значительно улучшит мое положение. Как минимум, после такого одногруппники перестанут меня трогать, а то староста уже вовсю развела разговоры о том, что Лонго до такой, как я никогда не будет дела.

Но пока что я боялась затронуть внимание друзей Матео, из-за этого попросила Лонго остановить около ближайшей кофейни.

— Я тебе потом напишу, — остановив машину там, где мне было нужно, Лонго потянулся и открыл мне дверцу. Из-за этого приблизился так, что его губы практически касались моей скулы и я, словно ошпаренная выскочила на улицу. Казалось, что, еще немного и он меня поцелует.

Оказавшись в кафе, я потопталась на месте. Изначально не собиралась ничего покупать, но после бессонной ночи хотелось взбодриться.

Покупая кофе и расплачиваясь за него картой Лонго, я почувствовала себя так, словно внутренне перешагивала через грань. Понятное дело, что Матео тратил огромные деньги на починку крыши и вчера закупил нужное для уборки и покраски. Я это ценила, но подобное являлось тратами на дом, в котором он теперь тоже жил. А это… кофе для меня. То без чего можно было бы обойтись, но все же приятно.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Наверное, все же нужно было поцеловать его перед тем, как выйти из машины.

От этих мыслей, мне захотелось самой себе дать отрезвляющую пощечину.

Позже я еще видела Лонго в университете. Оказалось, что кто-то из старшекурсников принес биту и мяч. Точно такие же, как и в бейсболе. Кажется, это был сувенир из какой-то там поездки.