На грани миров (ЛП) - Джонс Даринда - Страница 27

— Джиджи, я была сосредоточена. Может быть, нам стоит сменить тактику?

— Я думала, это такой метод, — сказала Аннетт.

— Как насчет моего предложения?

— Или сменим метод?

— Подумай о том, что ты можешь потерять Перси из-за этих стервятников, если они решат подать на тебя в суд, — сказала Рути. — Это должно тебя разозлить. Знаешь, заставить пятую точку шевелиться.

Я потерлась носом об Инка. Ему это не понравилось.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ты это слышал?

Выражение ее лица стала жестким.

— Честно говоря, не понимаю, куда смотрели твои отцы?

— Они не имеют к этому никакого отношения, Джиджи. Я уже большая девочка. Умею сама заправлять постель. Вероятно, я все равно потеряю Перси, так что это не имеет значения.

Ее изящные брови сошлись на переносице.

— Что ты имеешь в виду?

— Джиджи, — сказала я, отпустив Инка. Он убежал заниматься кошачьими делами. — Мне жаль, что приходится тебе это говорить, но не думаю, что смогу его сохранить.

— Инка?

— Перси.

— Что? — ошеломленно спросила она.

— Он мне не по карману.

— Что именно тебе не по карману, милая?

— Ну, для начала страховка? Налоги? Коммунальные платежи? Обслуживание? Соседи уже грозятся его снести.

Он скрестила руки на груди.

— Они не смогут, даже если захотят. Давай не будем забегать вперед. Ты можешь не верить мне прямо сейчас, но способ удержания Персиваля последнее, о чем нужно беспокоится.

— Точно. Злые ведьмы в пути.

— Именно.

— Темные колдуны приближаются.

— Да.

— Черные маги скоро будут.

— Дэфианс.

— Ладно. — Я откинулась на спинку стула.

— Вставай, — приказала она. Дерзкая какая.

После того, как я поднялась на ноги, издав несколько стонов для пущей убедительности, развернула ноутбук лицом к кухне. Я уже начала задаваться вопросом, почему кухня стала нашим тайным убежищем, когда вспомнила, где находится кофейник.

— В этот раз я не собираюсь тебя тренировать. Ты сможешь это сделать. У тебя все для этого есть.

— Я смогу. Верно. — Но как? Это все еще оставалось вопросом.

— Я хочу, чтобы ты знала кое о чем, — добавила она, — если они все-таки придут, если ведьма, достаточно могущественная, чтобы украсть твою жизненную энергию, пройдет через входную дверь, ты станешь не единственной жертвой.

Я резко к ней повернулась.

— Что ты имеешь в виду?

Аннетт опустила книгу и тоже прислушалась.

— Подумай, кто попытается тебя защитить?

Мои мысли остановились.

— Кто умрет, пытаясь тебя защитить?

Я посмотрела на Аннетт, выражение лица которой было похоже на мое. Настороженное и готовое действовать.

— Да, — сказала Рути, и от ее слов внутри меня все перевернулось. — А кто еще?

Нет.

— Роан?

— Конечно.

— Нет. Он просто… мы только познакомились. Почему он…

— А кто еще?

Я покачала головой.

— Не знаю.

— Персиваль, возможно, и увлекался темной магией, но все же любил тебя, Дэфианс. Ты все еще его внучка.

— Нет. Его нельзя убить.

— Его можно… разлучить.

— Что это значит?

— Его могут заставить уйти из этого мира. Он прекратит существование в этой реальности. Его отправят в подземный мир.

Стены загудели от мягкой вибрации, очень похожей на мурлыканье Инка, завораживающее и странно успокаивающее.

Аннетт отложила книгу и подошла ко мне.

— Мы можем это сделать, Дэф. Сосредоточься, черт возьми.

Мысль о том, что я могу ее потерять. О том, что я могу потерять кого-то из них…

— Подожди. Джиджи, а как же ты?

Ее лицо смягчилось, и появилась грустная улыбка.

— Если они победят, дорогая, они не позволят мне жить, даже за завесой.

Десять

Люди, которые терпят меня изо дня в день…

они настоящие герои. — Мем

Я опустилась на стул, пытаясь переварить слова Рути. Главным образом, тот факт, что люди погибнут, пытаясь защитить меня. Что они могли добраться даже до нее.

— Как они смогут добраться до тебя в завесе?

— Сейчас это не имеет значения.

— Джиджи, хватит. Как они могут до тебя добраться?

— Даже в этом мире есть безнравственные жители. Не хочу, чтобы ты думала об этом прямо сейчас.

— Как я могу этого не делать?

Она подняла подбородок.

— Ты права. Прошу прощения. Я не пытаюсь напугать тебя, милая. Просто хочу, чтобы ты знала все подробности. На карту поставлено все. Вот что может случиться, если мы потерпим неудачу.

А я-то шутила насчет темной полосы.

— Если я исчезну, ты должна немедленно произнести заклинание. Это твоя единственная надежда.

Я наклонилась вперед и коснулась ее лица на экране.

— Что-то случилось?

— Ничего такого. Но ты должна поторопиться.

Возможно, все дело было в выражении ее лица. Возможно, в вызывающем наклоне ее подбородка или мысли о том, что исчезнет возможность… нет, честь… увидеть это снова. Это был именно тот толчок мотивации, в котором я так отчаянно нуждалась.

Я почувствовала, как во мне поднимается магия. Почувствовала, как она разгорается, пока не вспыхнула искра и не разгорелось пламя. Я посмотрела на свой торс. Растопырила пальцы на груди. Вытянула огонь, пока он не оказался у меня на ладони.

Я не подумала о слове, которое Рути хотела, чтобы я представила. Это бы не сработало. Не этого она хотела. Мне нужно было заклинание, которое рассеяло бы мою энергию, чтобы никто, даже мощный навигатор, не смог бы меня найти.

Я подняла руку и начертила символ заклинания, которое, по сути, означало рассеивание. Распыление. Исчезновение.

Как и прежде, от нарисованных мной линий исходил свет, золотистый и яркий, как будто из них сочилось само солнце. Острые края. Закрученные петли. Я рисовала это снова и снова, поворачиваясь, чтобы завершить круг. Чтобы рассеять свою энергию. Чтобы ее замаскировать.

Боль оказалась даже меньше, чем, когда я использовала магию во второй раз, но произошло кое-что еще. Чем больше я рисовала, тем больше пропускала магию через себя, тем больше знаний приобретала. Перед глазами появились буквы. Заклинание. Я чувствовала настоящих ведьм. Чувствовала их страхи и разочарования. Их надежды и самые сокровенные мечты.

Они хотели, чтобы их дочери жили, не боясь преследований, поэтому создали источники, заклинательниц, чтобы соблюсти баланс как в магическом, так и в немагическом мирах.

Тогда их еще не называли ведьмами, колдуньями или старыми каргами. Это было задолго до того, как появились такие уничижительные термины для одаренных. Это было время, когда ведьмы считались шаманами. Целителями. Алхимиками. Они были жрицами высшего ранга и назывались, в приблизительном переводе, зачарованными. Но даже тогда были те, кто хотел воспользоваться этим. Те, кто хотел разрушать.

Поэтому изначальные зачарованные создали своих королев, заклинательниц. Трех существ, обладающих огромной силой, поддерживающих равновесие и оберегающих своих сестер.

Эти заклинательницы должны были жить отдельно от обычного мира и от мира ведьм. Чтобы быть независимыми и наблюдать издалека. Чтобы помочь в случае опасности. В то же время они были созданы, чтобы жить вместе. Чтобы работать бок о бок со своими сестрами. Чтобы объединить свою магию и править миром как единое целое.

К сожалению, столетия спустя темные силы придумали, как убить их и завладеть их силами. Они разыскали их. Разделили. Убивали их одного за другим и забирали их энергию. Какими бы сильными ни были заклинательницы, они слишком доверяли. Они были не от мира сего и не знали истинного зла.

Когда заклинательницу убивали, и ведьма пыталась украсть ее силу, если где-нибудь на земле рождался ребенок с кровью изначальной зачарованной, этот ребенок наследовал силу. Она отбирала ее у ведьмы, пытавшейся ее забрать.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Но рожденные заклинательницы, если только они не появлялись в очень знающей семье, которая могла бы немедленно наложить на них защитные заклинания, быстро попадали к темными магами, их убивали, а их силы забирали.