На грани миров (ЛП) - Джонс Даринда - Страница 20

— Женщину в огне?

— Возрождение истинной, чистокровной заклинательницы.

— Нельзя ли было упомянуть о пламени?

— Я просто никогда не видела… Это было… — она провела рукой по лицу. — Ты была великолепна.

— Как и большинство людей в огне.

Наконец я взглянула на Аннетт. Она держала чашку с кофе в обеих руках, над ободком виднелись только глаза, огромные как блюдца.

— Аннетт? — Я скользнула на стул рядом с ней. — Аннетт, поговори со мной.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Ее взгляд медленно скользнул в мою сторону.

— Я не в курсе, знаешь ли ты об этом, но уверена, что большинство ведьм не могут вытворять такое.

— Нет. Нет, они не могут, — сказала Рути. — Однако ты только что послала маяк. Теперь они будут знать, где ты находишься. Ты должна поставить защитное заклинание. И рассеять след своей энергии, иначе каждая ведьма, достаточно сильная, чтобы почувствовать ее, будет стучаться к тебе в дверь. Большинство из них захотят лишь познакомиться с тобой. Другие, однако, не остановятся ни перед чем, чтобы забрать твою силу. А охотники… — она слабо вздрогнула.

— Можно мне сначала высушиться?

Она рассмеялась с придыханием.

— Да. Кроме того, это потребовало много энергии. Тебе нужно отдохнуть, но только пару часов, хорошо?

Я только что сгорала заживо. И сомневалась, что смогу отдохнуть. С электричеством, пронизывающим меня, одновременно болезненным и возбуждающим, я поднялась наверх, надеясь еще раз взглянуть на высокого, смуглого и татуированного мужчину. Я спрашивала себя, почему он здесь в ранние часы утра? Роан всегда появлялся из ниоткуда и так же таинственно исчезал.

Я искала его на втором этаже, где он работал над ванными комнатами. Ничего. Кроме Инка, который сидел на кровати Рути с пристальным взглядом, соблазнительно виляя хвостом, и Аннетт, которая сидела на кровати Рути с пустым взглядом, не виляя хвостом, ни соблазнительно, ни как-либо еще, никаких признаков живых существ. Что было очень жаль, правда.

— Ты в порядке, Нэтт?

Она прислонилась спиной к изголовью кровати, ее спина была напряженной, а лицо лишенным эмоций.

— Я в порядке, — сказала она, ее голос источал притворную легкость.

Я попыталась погладить шерсть Инка. Очевидно, он был настроен вздорно. Он перешел в режим атаки, перевернулся на спину и впился зубами и когтями в мою плоть. Я резко вдохнула сквозь зубы и попыталась отстранить его. Это было все равно что вытаскивать иглы кактуса.

Аннетт сидела, не обращая внимания. Я должна была что-то сделать. Вывести ее из ступора. Подумала о том, чтобы дать ей пощечину, как это делают в кино, но отказалась от этой затеи. В основном потому, что она могла надрать мне задницу.

Я прочистила горло и сказала как можно бесстрастнее:

— Роан принял со мной душ.

Она выскочила из оцепенения так быстро, будто ее ударили хлыстом.

— Что?!

Я подавила хихиканье.

— Что ты сказала?

— Это заклинание очень обжигающее.

Она увяла.

— Да. Я слышала крики.

— Он помог мне забраться в душ, но сам тоже залез. Чтобы удержать меня.

Чувство вины исказило черты ее лица. Она опустила голову и стала изучать плед, разглаживая его кончиками пальцев.

— Я должна была прийти тебе на помощь, Дэф. Я слышала крики и ничего не сделала.

— Нэтт, даже не вздумай брать на себе ответственность за это! Ты ничего не смогла бы сделать.

— Я была просто… была так ошеломлена. Я не могла пошевелиться.

— Ты была в шоке.

— Нет, меня словно парализовало.

— Возможно, заклинание имеет к этому какое-то отношение.

— Наверное, так и было, потому что я не могла пошевелиться. Я была шокирована, да, но ты кричала, а я просто сидела. В шоке. Это на меня не похоже.

— Нет, это не так. — Я положила руку ей на плечо. — Это не твоя вина. Ты ничего не могла сделать.

— Постой, так он тоже залез в душ?

Я ухмыльнулась.

— Да.

— Он случайно не разделся перед этим?

— К сожалению, нет. Мы оба промокли.

Она опустилась и положила голову на подушку.

— И как на нем смотрится мокрая одежда?

Я одарила ее дьявольской ухмылкой, которая не оставила бы у нее никаких сомнений. Однако на всякий случай добавила:

— Ты себе даже не представляешь.

— О, Боже. Я должна увидеть этого парня. Подожди! — Она резко поднялась и устремила на меня умоляющий взгляд. — А… а килт в порядке?

Я рассмеялась в голос.

— Пожалуйста, скажи, что он не испортился.

У нас были такие похожие мысли.

— Он сказал, что все будет в порядке. Но мы, наверное, захотим найти магазин килтов, чтобы убедиться, что у нас есть запасной вариант.

Она пренебрежительно махнула рукой.

— Все в порядке. Я уже парочку приметила. Итак, где он? У него есть свой дом? Почему он приехал так рано?

— Понятия не имею. — Я сидела, обгрызая заусеницу, оплакивая потерю маникюрши — одну из роскошных вещей, которые пришлось оставить. — Я и сама задавалась этим вопросом. Возможно, мне придется выведать у Рути подробности о нашем загадочном мистере Уайлдсе.

— Хорошая идея. — Ее веки были полуопущены, так как сон брал верх. — Она просто потрясающая.

— Согласна.

Ее дыхание мгновенно выровнялось, что было просто уморительно, поскольку Инк решил, что ее волосы — это многогранная жевательная игрушка.

Я подошла к ней, сняла очки и положила их на тумбочку, где лежала книга теней Рути. Я положила ее на колени и открыла, чтобы провести пальцами по нескольким страницам. Если она и писала в ней, то ее перо не оставило никаких помарок. Может быть, я смогу найти в Интернете рецепт невидимых чернил. А пока я решила попробовать.

Конечно, в первый раз, когда мне удалось сотворить магию, все прошло не очень хорошо, и ослепительная боль поглотила меня на целую вечность, но ведь не каждый раз так будет. Если так, то магия — отстой.

Ноль баллов такой магии.

Никому не рекомендую.

Помня о том, что это дневник моей бабушки, в котором были записаны ее самые личные мысли и самые темные секреты, я хотела отнестись к артефакту с уважением, которого он заслуживал.

Хотела. Но не преуспела.

Мысль о том, что мне удастся найти информацию о моей единственной родственнице, что была жива всего несколько дней назад, приводила меня в полный восторг. Но, по словам этой женщины, мне нужно было отдохнуть. Чтобы подготовиться к защитному заклинанию. Это потребует от меня много сил.

Пока оно не поджигало меня, я буду в порядке.

Я взглянула в массивное окно. Рассвет только начинал проступать на горизонте, а я еще глаз не смыкала. Тем не менее, нет времени лучше, чем настоящее, чтобы открыть прошлое.

Оставалось только придумать, какой символ использовать. Предполагалось, что я родилась со знанием языка заклинательниц. Наверняка, как и защитное заклинание, оно само придет мне в голову. Потому что, хотя я и родилась, зная язык, то потеряла это знание вместе с воспоминаниями о том, как у меня резались первые зубы, и ужасными подробностями моего рождения. Некоторые вещи лучше забыть.

Играя в менее смертоносную форму «русской рулетки», я пролистала дневник и остановилась на случайной странице.

Вот оно. Это будет настоящее испытание. Смогу ли я сделать это сама? Смогу ли проявить то, что было скрыто?

Пока я размышляла над этими словами, начал складываться образ.

«Откройся».

Я поняла, что это действительно был язык. В то время как большинство магов использовали для проявления словесную форму, например, заговоры и тому подобное, заклинательницы использовали нечто гораздо более древнее. Символы, по сути, были теми же заговорами, только в виде одного слова с использованием древней формы пиктограмм. Как египетские или китайские иероглифы. Символ использовался для обозначения слова или фразы.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Это знание разворачивалось в моей голове, словно я открыла книгу, и в ней было все, что мне нужно было знать. Только некоторые моменты были размыты. Часть не имела смысла. А некоторые были откровенно темными, намеренно покрытыми тенями и туманом. Чтобы раскрыть их, потребуется гораздо больше, чем то, что я могу предложить в данный момент.