На грани миров (ЛП) - Джонс Даринда - Страница 15

— Я провела последние сорок лет в разлуке с тобой, моя любимая внучка, не для того, чтобы тебя сейчас зарезали! Если они придут, Дэфианс — а они придут, — то убьют тебя в мгновение ока, а затем истощат каждую унцию энергии, каждую унцию магии, которая есть в твоем сердце.

Я опустилась на стуло. Аннетт сделала то же самое.

— Тебе это право дано по рождению, Дэфианс. Я заслуживаю больше времени рядом с тобой, черт возьми.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Когда тебя отчитывает бабушка… ну, это круто. Кроме того, я не хотела умирать.

— Что я должна делать?

— Можешь начать создавать символ. Начнем пока с этого.

— Что делает этот символ?

Она закусила губу и изучала бумажку, которую держала в руках.

— Я не могу быть полностью уверенной, потому что, опять же, это не мой язык, но, если мое исследование подтвердится, символ сделает одно из двух: окутает тебя защитной маскировкой, которую не сможет сломать ни одно смертное существо. Либо призовет армию демонов. Есть только один способ выяснить.

Три часа спустя единственным результатом моих усилий стала боль в руке. Мы никуда не продвинулись. Не то, чтобы я знала, куда мы стремились.

Я ничуть не приблизилась к тому, чтобы выяснить, смогу ли я сохранить Перси. Или Инка. Или Роана. В основном меня волновал Роан. И я не приблизилась к тому, чтобы стать волшебницей, хотя, к большому огорчению Рути, заставила исчезнуть целую тарелку спагетти с фрикадельками.

— Он что, идет в комплекте с домом? — спросила я, пока мы с Аннетт ели. Она заказала итальянский ужин. Мы решили, что, поскольку вполне возможно, я умру в ближайшие несколько дней, нет причин снижать углеводы. — Роан?

— Видишь, вот почему мы никуда не сдвинулись. — Рути была занята рисованием. Вероятно, еще одного глупого символа. Откуда она вообще взяла ручку и бумагу в загробной жизни? — Ты не воспринимаешь все это серьезно.

— Конечно, воспринимаю, — возразила я, проглатывая спагетти. — Просто не понимаю, что нужно делать.

— Твои силы долгое время дремали. Они все еще при тебе, нам просто нужно придумать, как их перезапустить.

— Хорошо, а что насчет людей, которые приходят сюда с просьбой найти их вещи?

Она подняла взгляд:

— Что?

— Люди. Стучат в дверь. Хотят, чтобы я отыскала их вещи. Я иногда даже свой телефон найти не могу, когда он мне нужен, а в девяти случаев из десяти держу его в другой руке.

— Кто приходил?

— Женщина, живет в доме по соседству, — сказала Аннет. — Темные волосы. Веснушки. Очень симпатичная.

— Дана. Она опять потеряла обручальное кольцо?

— Ага. Потом приходил парень, сказал, его девушка уже неделю как пропала.

— Ах, да. Я слышала об этом.

— Потом банкир, — добавила я. — Понятия не имею, чего он хотел. Я не дала ему договорить.

— Мистер Борн?

— Что это значит, Рути? Почему они думают, что я могу помочь с поисками?

Она откашлялась и обмахнула лицо бумагами, на которых рисовала.

— Ну, это была моя специализация.

Я мыла тарелку. Остановилась и посмотрела на нее. Она что-то скрывала.

— Именно так я, в основном, и зарабатывала на жизнь. Ну, и еще сеансами. Народ просто обожает спиритические сеансы.

Аннет, которая собиралась заснуть на своем итальянском сендвиче — никто не мог вынести того, как я долго размахивала рукой без всякой причины — оживилась.

— Сеансы? Вы проводили сеансы?

— Да. Персиваль мне в этом очень помогал. Они всегда имели большой успех.

— Они были настоящими? — спросила она. — Ты можешь разговаривать с мертвыми?

— Теперь уже могу. — Рути хихикнула от собственной шутки. — Но по большей части подобные вещи уводят на темную сторону, поэтому я старалась держаться от этого подальше.

Я встала в центре комнаты и снова начала создавать символ.

— Ладно, остановись, пока глаз себе не выколола, — сказала она с отвращением.

— Это ни к чему нас не приведет. Разве мне не следует изучать заклинания? Я имею в виду, нет ли у тебя книги или чего-то еще?

— Книга? Книга? — она наклонилась вперед, ее пронзительный взгляд стал острым как бритва. — Ты не сможешь справиться с книгой! — затем она разразилась приступом смеха, звук был глубоким и хриплым, как и ее голос. — Я всегда хотела это сказать. Нет, ну правда, ты не сможешь. Это все равно, что дать малышу детонатор от ядерной боеголовки.

— Это совсем не оскорбительно.

— Не должно быть. Ты, моя дорогая, и есть ядерная боеголовка. Помни, ты — источник. Я думаю, тебе следует сначала освоить собственную магию, а затем переходить к более общим вещам.

— Возможно, мне просто нужен толчок. Что-то, что разожжет во мне темную магическую женщину.

— Знаешь, что? Может быть, ты и права. Возможно, тебе нужно больше мотивации. Судя по всему, не умереть ужасной смертью от рук кровожадного чернокнижника — не достаточно мотивирует. Иди в мою комнату и возьми книгу с тумбочки.

— Чернокнижники тоже реальны? — спросила я.

— Это просто ведьмы и колдуны, которые используют силы во зло.

— А, то есть, как Аннетт.

Та встрепенулась, проснувшись:

— Я не использую силы во зло!

— Десятый класс. Ты сказала Стар Ферлонг, что предчувствуешь, будто она погибнет в ужасной катастрофе, если пойдет на концерт Smashing Pumpkins, а сама пошла вместо нее. С парнем, с которым она собиралась на свидание.

Она втянула воздух сквозь зубы:

— Ах, да. Было.

— Это делает ее чернокнижницей, бабушка? — спросила я, выходя из комнаты.

Я поднялась по лестнице — колени у меня были уже не те, что раньше — быстро и безрезультатно поискала Роана, затем подошла к тумбочке и нашла в ящике не одну, а две книги в кожаных переплетах, обе старинные и ручной работы. Я вздохнула и провела пальцами по буквам той, что побольше. Гримуар.

Я поспешила вниз, подхватив по пути заблудившегося Инка, и ворвалась на кухню с книгами в руках.

— Рути, они великолепны. Я люблю старые книги. Я делаю их для своего магазина Этси.

Она шмыгнула носом и потерла нос платком.

— Знаю, дорогая. Я купила парочку. Изысканная работа.

Моя челюсть упала на пол. Я подтянула ее обратно и села с книгами.

— Ты в порядке?

— Да. Все просто чудесно.

— Это то, о чем я думаю? — спросила Аннет, охая и ахая над книгой.

— Настоящий гримуар. Один из пары десятков, переживших казни ведьм. Открой ее.

Я помотала головой.

— Мне нужны перчатки. Эта книга бесценна.

— Ничего страшного.

— Дай я хотя бы руки помою.

Она подождала, пока мы с Аннетт вымоем и высушим руки.

— Чем ты там занимаешься, когда не разговариваешь с нами, Рути? — спросила я.

— Ой, у меня тут много друзей.

— А что насчет моей матери? — спросила я, неожиданно заинтригованная. — Я могу и ее тоже увидеть?

— Нет, милая. Мне понадобилась целая тонна усилий, чтобы все подготовить. Нужно было бы сделать это до ее смерти, чтобы заклинание получилось.

— Ясно.

Мы снова сели, и я открыла книгу на первой странице. Она пахла пылью, старой кожей и осыпающимся пергаментом, и притягивала меня. Казалось, выманивала мою душу прямо из тела.

Страницы были толстыми, намного толще тех, которые использовались сегодня.

— Гримуар для ведьмы — сродни Библии, — сообщила Аннетт голосом, полным благоговения. — В нем хранится вся информация, которая может нам понадобиться.

Я почти взорвалась, а потом подумала, кого собираюсь судить? Если она хотела провести жизнь со мной, я была более чем счастлива, позволив ей.

Она продолжала, пока мы листали страницы. Они были хрупкими, и я опасалась за их сохранность.

— Смотри, здесь фазы Луны. Цветовые соответствия. Каталог трав. Информация о шабашах. И смотри! — она ткнула одну из хрупких страниц, и я поморщилась. — Заклинания!

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

— Тебе нужно это изучить, — сказала Рути. — Все эти знания необходимы.

— Как насчет этого? — я показала ей другую книгу, которую нашла. Дневник, хотя на вид он был таким же старым, как и гримуар.