Кадровик (СИ) - Листратов Валерий - Страница 65

— А как часто выигрывают или проигрывают? — уточняю.

Очень уж мне не понравились слова торговца «оркам мало крови». Судя по реакции, к этому вопросу Иван не готов.

— Иногда проигрывают, иногда выигрывают. Все время по-разному, — отвечает расплывчатой формулировкой. — Но чаще проигрываем.

Последняя фраза удивляет.

— Какой в таком случае мой интерес? — спрашиваю.

— Что ты хочешь? — Караванщик сразу переходит к делу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— К сожалению, я не знаю, что у вас имеется, — говорю как есть. — Давай от оборота считать, не от прибыли.

— Чего? Это же просто бой! — восклицает Иван.

Вижу его неподдельное удивление. Такого поворота событий в его невидимом плане не прописано.

— Не-а. — Мотаю головой. — Это бой, без которого у вас не состоится торговля. И на него могу выйти только я.

— И ещё два человека, — напоминает Иван. — Наш караван — это же практически большая семья. Мы тут все помогаем и поддерживаем друг друга, — караванщик нащупывает точки, на которые можно надавить.

— Пусть, — подтверждаю. — Но это ваша семья. А я не обязан, так что, извини, а все эти рассказы про то, что мы семья и это наш общий бизнес — не ко мне. Я не семья. Я — наемник за деньги.

— Чёрт с тобой, — недовольно выдыхает Иван. — Решим вопрос.

И я и караванщик прекрасно понимаем, что другого исхода у этого разговора и быть не могло. Иван попытался опять положить медяшку себе в карман — не вышло.

— Тогда мне нужно точно знать, отличаются ли орки от людей? В плане тела. Ну, там, где у них сердце, почки, печень? Там же, где и у людей?

— Да, в принципе, орки — это те же люди, просто из-за жизни в равнинах, за чертой людей, они стали зеленоватыми и очень крупными. Где магия дикая — такое случается, — объясняет Иван. — Но у нас с ними даже потомство общее может быть.

Да уж. Важная информация, на самом деле. Про потомство — вряд ли пригодная к нынешним реалиям. Хотя, это гарантия, что они все же люди*.

— Отлично. Я выйду на бой, — соглашаюсь. — Но нужно обсудить условия. Про десять процентов от оборота. Просто, если у тебя в цену в столице заложена практически стопроцентная дельта, а именно это я понимаю из твоих слов…

Караванщик внимательно слушает. И ему не нравится, как быстро я провел параллели с ценой. Но заработать на мне он из без того успел, хватит. Я тем временем продолжаю:

— Сам говоришь, что иногда проигрываете, а иногда выигрываете. Значит, пятнадцать процентов, или шестая часть — это лучше, чем вообще не получить ничего.

— Черт с тобой Витя, будут твои десять процентов. Будут, — соглашается Иван. — На бой ты выйдешь последним. Первые два поединка у нас более-менее прогнозируемые. Выиграть особо не пытайся. Скорее всего, первые два мы вытянем. Если что, любую травму мы починим за день.

— Пятнадцать! — улыбаюсь.

— Ну одиннадцать, не больше. — Подсчитывает Иван.

— Пятнадцать при выигрыше, и двенадцать при проигрыше. — Ставлю точку. Уточняю. — Каким образом, почините?

В моих же интересах прикинуть все возможные расклады. Орки сами по себе с виду простые, но кто знает, чего ожидать от них в ярости.

— У нашего старикана две феечки, — объясняет Иван. — Одна обеспечивает защиту, другая лечит. Повезло ему в свое время. Да и нам повезло тоже.

Ага. Ещё один кусочек мозаики встаёт на место.

— И что лечат чаще у бойцов после поединков? — снова уточняю.

— В основном, проникающие и переломы, — говорит Иван, поморщившись.

Прикидываю. Это все более-менее нормально. Протягиваю руку.

— Годится. Договор?

— Договор! — улыбается караванщик и пожимает мне руку.

Обе руки на секунду связывает темная нить, которая мгновенно словно впитывается в руки.

— Что это было? — вторит моим мыслям караванщик.

«А это чтобы у него желания тебя кинуть не появилось. Последствия нарушения договора ему не понравятся, — возникает у меня в голове голос котенка. — А то больно уж тут все хитровыкрученные».

— Наш с тобой договор скрепили. Будут следить за выполнением, — задумываясь, произношу я.

— Кто? — удивляется Иван.

Пожимаю плечами. Отвечать ему я не хочу.

— Если не нарушим, то и соблазна узнать, кто это был, не появится. Я не нарушу.

— Я тоже, — поспешно отвечает караванщик.

— Ну вот и славно. — Задумчиво киваю.

Все вместе возвращаемся к оркам. На улице поднимается сильный ветер, будто сама погода предвещает неладное.

— Мы выставим поединщиков, — говорит Иван.

Орки его хорошо понимают. Их лица расплываются в предвкушающих улыбках. Только уже знакомый молодой орк смотрит на меня и проводит под шеей большим пальцем. Международный такой жест. Кажется, мало я запросил. Ладно, посмотрим.

Караванщик со вторым торговцем заканчивают обсуждать с орками поединки, после чего они разворачиваются и уходят.

— Куда это они? — удивляюсь.

— У них сейчас война по расписанию. Поэтому здесь на обсуждения собирались только мужчины. Стоянка у орков сильно дальше. Ритуальные бои для этого племени семейный праздник. Теперь им жёны мозг чайной ложечкой съедят, пока они не перенесут стоянку. Они любят такое смотреть вместе с детьми, — рассказывает Иван.

— И надолго это? — уточняю.

— Ещё на полдня задержимся. Надеюсь, дальше быстрее пойдёт, — говорит Иван, вздыхая. — Зато мяса пожрём от души. Они в честь праздника устраивают пиршество. Несколько кролов зажарят целиком.

На улице из-за ветра находиться практически невозможно. Холодные порывы сдувают с ног. Возвращаемся.

В караване нас встречает капитан. Он шагами измеряет коридор и сразу же задаёт главный вопрос:

— Ну, какие условия? Воюем или дальше едем?

— Остановка, торгуем, ставим форт, — обрубает Иван.

Видно, что когда дело доходит до торговли, главный — он, и капитан с этим полностью согласен. Очень чёткое разделение обязанностей.

Поезд снова сворачивается в кольцо и превращается в форт. Договора-договорами, а доверять на слово никому не собираются.

— Надо подготовить место для поединка, — командует Иван. — Иннер, — обращается к подошедшему магу. — Принеси амулеты и один кристалл!

Площадку для боя готовят недалеко от форта. Деревья и кусты вырубают и выкорчевывают, а траву укатывают здоровенной бочкой. По углам поля укладывают амулеты.

— Я о таком раньше только слышал! — восхищенно делится Феофан. — Ходили же слухи, что тот, кто обувает красные сапоги, тут же находит нового поединщика. А ведь у нас так и получилось, Вить!

— Фео, не думал, что ты такой суеверный, — смеюсь я. А потом немного ворчу. — Но вообще, о таком предупреждать надо. В жизни бы не обул — на сотню метров и в тесных ботинках бы сходил.

А вот столы в этот раз выносят за стены форта, но в пределах щита поезда, если вдруг что. Кажется, у нас все же будет завтрак. Пусть и поздний. Да еще и с видом. Но подкрепиться точно не помешает.

Феофан без лишней скромности хватает сразу несколько тарелок. Капитана как все остальные не ждёт — не его традиция. И я с ним отчасти солидарен. Выдерживаю этикет только ради уважения к попутчикам. Все встают, чтобы поприветствовать капитана, он произносит своё фирменное:

— Не надо, не надо.

После этого все мгновенно приступают к завтраку. Голоден народ — всё-таки поехали рановато.

Орки-же неподалёку быстро раскидывают временный лагерь.

Прямо на наших глаза воздвигаются шатры и маленькие хижины. Длинноволосые женщины орков со спины выглядят невероятно: фигуристые, подтянутые и высокие, только оливковый цвет кожи указывает на истинное происхождение красавиц. Хотя, он придаёт некой экзотики образу.

— Ну и зубищи, — комментирует фей в такт моим мыслям.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Когда одна из девушек поворачивается, в глаза сразу же бросаются огромные выпирающие резцы из-под нижней губы. Из-за этого челюсть кажется шире, чем есть на самом деле.

Едим долго. Складывается ощущение, что все сидящие за столом наблюдают за бытом племени. Для кого-то такое в диковинку, как и для меня.