"Фантастика 2025-51". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Кемпф Станислав - Страница 948

Так вот, Даниил, как и до него, Спиридон, по возможности занимались моим образованием, вернее, помогали ликвидировать пробелы науки, уровня средневековой религиозной засоренности мозгов. Получалось на удивление столь лихо, что и Даниил в задумчивости разглаживал свою бороду.

Для себя я объяснял свою способность быстро улавливать любую науку и новую информацию тем, что вокруг стало мало отвлекающих факторов. Как это было в будущем? Новости, информационная повестка, куча аналитики, объемная школьная программа и постоянное изучение кого-нибудь и что-нибудь. Вот поехал в Сирию, к примеру, так нужно знать и менталитет местных, отношение алавитов к шиитам или к суннитам, и много чего еще, что нужно учить. Или в Мали… Там так же куча своих особенностей. И всю информацию держишь в голове. А еще новые цифровые технологии, новые системы вооружения и тактики. Много информации приходилось держать в голове.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

А в этом мире, мало новостей, мало чего-то нового, нет информационной повестки. Вот и получилось все отринуть, «отформатировать» свою память, а освобожденные гигабайты пространства и забивать-то нечем. Выходит так, что мозг просит информации, впитывает ее, как губка. Ну и не малую роль играет мотивация. Это в будущем учить латынь — занятие для задротов, или узких специалистов, а здесь пока что безнее не быть реально образованным человеком. По крайней мере, у образованных людей это такая система опознавания «свой-чужой». А я хочу произвести серьезное впечатление на византийцев.

— Мое имя Андроник, так можешь ты, воевода, ко мне обращаться. Я немного знаю русский язык, но не настолько, чтобы полноценно на нем говорить, — как только я переместился на борт небольшой яхты, «евнух» стал посвящать меня в таинства и правила поведения в Константинополе.

Смешно. Только что я инструктировал своих людей, а сейчас меня поучают, что хорошо, а что невозможно и плохо. И было понятно, что нужно дополнительно поговорить со своим сопровождением.

Как я и думал, в столице Византии есть целые кварталы, куда мне ход закрыт, как в этом убежден сопровождающий. Бандитские районы, куда и стража не заходит, свободные для посещения, но там грабят каждого входящего. Мол, неважно даже сколько воинов в сопровождении брать, все равно ограбят. Если напрямую не нападут, с крыш обстреляют, или камней на голову накидают.

— И почему не навести порядок? — удивился я, услышав такие подробности о жизни города.

— Там и добрые люди живут, они черную работу выполняют, там… — Андорник замялся.

— Можешь не объяснять, уважаемый. Это все понятно. Там бордели, в которые ходят уважаемые в городе люди, с тех мест кормится стража, позволяя грабить, я все понимаю, — усмехнулся я.

— Откуда? — удивился сопровождающий.

— Совет тебе, уважаемый, не относись ко мне, как к варвару неразумному, я не такой, подобное пренебрежительное отношение только злит и не поможет нам наладить дружеское общение. Я многое понимаю и вижу, — я достал из-под плаща суму, извлек из нее золотое колечко и одну шкурку соболя.

Всунув кончик шкурки в кольцо, диаметром в два сантиметра, я продел весь мех узкое ушко колечка. Манипуляция случилась столь непринужденно, что Андроник даже выпучил глаза. Ну, да, у меня были лучшие меха, что можно достать на Руси, закупал, не жалея денег, а кое-что и сами набили и приготовили.

— Вот это колечко, — я провернул в пальцах золотое кольцо. — И таких вот шкурок, скажем… три десятка, ты получишь только лишь за то, что не станешь меня обманывать, а будешь говорить мне о слухах, что возникают вокруг русского посольства, находить нужных людей, с которыми мне нужно поговорить.

Я увидел страх в глазах евнуха. Явно не боец он. Поэтому поспешил добавить своим словам:

— Ни против василевса, ни против империи, я ничего не имею, мне нужно хорошо расторговаться и поговорить с вашими учеными. Пока все. Организуешь встречи, получишь обещанное и даже больше, — сказал я, замечая в глазах чиновника уже не страх, а сменившую его алчность.

— Пятьдесят шкур! — начал торговаться Андроник. — И я расскажу о сплетнях и укажу, где каких людей искать, ну и укажу на хороших и честных купцов.

— Тридцать шкурок сейчас. А в дальнейшем я буду смотреть на твою полезность. Может так получиться, что и больше пятидесяти дам. Но ты уж постарайся, — я улыбнулся. — Подозрений никаких не будет. Ты же приставлен ко мне, чтобы контролировать и следить?

— Помогать, — поправил меня евнух.

— Пусть так. Вот и помогай! Так какой же согласительный ответ ты дашь? — просил я с улыбкой.

Андроник задумался, а после рассмеялся.

— Согласительный ответ? А ты, воевода, не учился случаем в нашем пандидактерионе на ораторском отделении? — спросил сопровождающий. — Ты же не оставляешь возможности для иного ответа, как «Да».

— Нет, не был в этом чудном месте науки и знаний, но хотел бы посетить столь славное заведение. Мне есть чем удивить ваших ученых, и что предложить, — сказал я, наблюдая, как лихо моряки спрыгнули на причал и стали привязывать корабль-яхту к бронзовому столбу.

Как же не рационально! Бронзу использовать для этих нужд. Да тут все нерационально: и эти статуи, ступеньки из мрамора. В этом вся империя — лоск, красота, но несоответствующая богатствам злость и сила, не достаток оных. Правы были древние спартанцы, когда говорили о том, что богатый человек не может быть воином. Только аскетизм и лишения рождают бойцов. Так что на Руси потенциальных воинов еще ой, как много!

Ну а мне пора корректировать свой план пребывания в Константинополе и делать так, чтобы о братстве начали говорить многие. Много разговоров — больше денег в моей казне, больше воинов и возможностей. Пиар и информационная повестка — наше все!

Денис Старый

Гридень 5. Огнем и Словом

Глава 1

Великая Булгария развивалась поступательно и без серьезных вызовов. Отсутствие грозных врагов, желающих уничтожить державу, несколько расхолаживало правящие круги волжан, поэтому, когда стало понятно, что Русь начинает экспансию на свой Юго-Восток, булгары засуетились. Сразу начался поиск путей, чтобы осадить воинственного соседа. Посыпались обвинения в вероломстве, забывая о том, что русичи пока лишь прикрывают самое опасное для себя направление, где периодически случаются набеги Булгарии, или подконтрольных им мордвы.

Походы малых отрядов булгар за добычей на приграничные и откровенно русские земли, в расчет не брались булгарскими элитами. Вроде бы, все так делали и сами русские не раз хаживали на земли булгар и грабили, так чего обращать внимание на почти что традицию.

Кто первым начал такую вялотекущую войну, уже не разобраться, но именно Русь стала той державой, которая наиболее опасна для Булгарии. Опасна, но уже как с десяток лет серьезных столкновений не было. Даже пробовали торговать, мало, но тот же Великий Новгород как-то покупал зерно.

Не сказать, что воины Булгарии ослабли, или их стало критически мало, нет, места, где можно закалять характер и обагрить свою саблю кровью, имелись. Все-таки постоянно бурлящая Степь рядом и вокруг. Но это войны малых отрядов, не требующие серьезного вмешательства государства. Так что планирование, тактики больших отрядов, управляемость войском — это были проблемы в булгарской армии.

И тут Новгород на Волге… Город, который буквально вырастал из ниоткуда, где трудилось может и тысяча человек, с охраной в пять сотен воинов, он становился камнем в булгарском горле. Дело ведь не только в том, что эта крепость перекрывала водный путь к черемисам, большинство из которых были данниками Булгарии, сейчас русские создавали мощный фортпост для дальнейшей своей экспансии, например, в направлении мордвы. Однако же, и дань от черемисов была важной составляющей пополнения казны Биляра.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

— Повелитель, я был там и видел. Это большая деревянная крепость с глубоким рвом и широкими дубовыми стенами. Вокруг снуют воины. Еще я видел кресты, вот такие, — куввад Сагид прочертил рукой Андреевский крест.