"Фантастика 2025-51". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Кемпф Станислав - Страница 1193

– О, да, конечно, – кивнула Абигейл и прошла в спальню, чтобы спустя минуту вернуться с маленьким шелковым мешочком. – Просто заваривайте их и пейте на ночь. Как обычный чай… Доброй ночи, Виржиния, – запнулась она и добавила тихо: – И спасибо вам, что выслушали меня.

– Для того и нужны подруги, Абигейл, – улыбнулась я, стараясь вложить в простое движение губ всю ту доброту и нежность, которые испытывала к осунувшейся от переживаний, уже немолодой женщине, взвалившей на себя непосильную ношу управления целым герцогством. – Спокойных вам снов.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

До своих комнат я добиралась зевая на ходу. После разговора с Абигейл померкли даже неприятные впечатления от спиритического сеанса, зато навалилась смертельная усталость. Сил едва хватило на то, чтобы протереть лицо полотенцем, смоченным в воде с розовой эссенцией. В кои-то веки я разоблачалась, не пренебрегая помощью Магды. Письмо для Элисса, обдумывание произошедшего с медиумом, захваченные по наитию травы герцогини – всё это отошло на второй план.

…И уже засыпая, я вспомнила, что так и не спросила Абигейл о красивой незнакомке в старомодном чёрном платье, примерещившейся мне на сеансе.

Неважно.

Подумаю об этом наутро.

Наверное…

Однако рассвет принес новые известия. Увы, неприятные. Абигейл так и не спустилась к завтраку; пост радушных и улыбчивых хозяев приняли Крис и Дэнни, или, вернее сказать, наследник титула, лорд Дагворт, маркиз Йольский, и его любезный брат лорд Даниэль Дагворт. В одинаковых скучных тёмно-коричневых костюмах они приветствовали гостей, вели светские беседы, всячески стараясь показать, что дела в Дэлингридже идут как нельзя лучше, а герцогиня просто изволит отдыхать.

Я попыталась навестить Абигейл, но высохший, как прошлогодняя фасоль, врач меня отговорил, ссылаясь на то, «леди необходим покой». Эмбер, которую также не пустили к подруге, расплакалась у меня на плече, а потом, донельзя расстроенная, удалилась в свои комнаты. Близнецов было невозможно подловить для разговора один на один. Фаулер за завтраком довольствовался чашкой горького кофе и сигарным дымом, всем своим видом демонстрируя, что лучше к нему сейчас не подходить. Доминик Синглтон не показывался на людях; поговаривали, что сердце пожилого эсквайра не выдержало вчерашнего происшествия на сеансе, и ночью случился приступ.

Мне отчаянно хотелось сделать хоть что-нибудь, но вокруг не было решительно никого, с кем я могла бы поговорить. Беседы с леди Клэймор о том, мошенница миссис Халли или нет, наводили смертельную тоску. Прочие гости были необычно оживлены, голоса звучали громче обычного, то и дело слышался смех. Всё это отдавало фарсом, дешёвым театральным представлением.

– Леди Виржиния, оставьте ваш веер, неужели вам его не жаль? – Глэдис Клэймор осторожно забрала у меня истерзанную вещичку. Резные пластики из мертвой кости, до горечи просолённый морем перламутр инкрустации – просто гимн смерти какой-то. – Что с вами сегодня такое? Переживаете за леди Абигейл? Не волнуйтесь, уж я-то ее знаю – она всех нас переживет. Такие не сдаются болезням.

«Это не болезнь! Кто-то нарочно подводит Абигейл к краю!» – хотелось крикнуть мне, но я промолчала и даже заставила себя улыбнуться:

– Вы правы, леди Клэймор. Я слишком разволновалась. Думаю, мне стоит побыть одной.

Глэдис качнула головой:

– Сидеть в пыльных покоях замка в таком состоянии? Не думаю, что это пойдет вам на пользу. Лучше оставайтесь здесь, на свежем воздухе. И съешьте уже хоть что-нибудь!

На свежем воздухе? Ну, конечно! Я составлю для Эллиса очередное письмо и сама отвезу его на станцию. Оденусь поскромнее, надвину на глаза шляпку, возьму из конюшни лошадь – никому и в голову не придет, что письмо везёт графиня, а не ее служанка!

– Благодарю вас за прекрасную идею, леди Клэймор. Но, пожалуй, я воплощу её несколько иначе… Увидимся за обедом, надеюсь!

– Конечно, – ободряюще улыбнулась она, заправляя золотистый локон за ухо. – До скорой встречи.

Кажется, Эвани говорила что-то о загадочном преследователе? В прошлый раз он не показывался, но пусть только попробует увязаться за мною сейчас! На дне моего сундука с вещами лежит револьвер отца, завернутый в тряпицу; после того случая с парикмахером-убийцей Эллис научил меня стрелять. Хоть и попадаю я от силы шагов с десяти, но большего и не надо.

На губах моих заиграла довольная улыбка.

Пожалуй, сейчас я даже хочу встретить этого преследователя. И уберегите его Небеса от того, чтобы на меня напасть!

Письмо для Эллиса вышло сухим и подробным, как отчёт управляющего по делам ренты. Пока я прыгающим почерком заполняла желтоватые листы бумаги, Эвани наведалась в конюшню и, как обычно, взяла лошадь – смирную соловую кобылку по кличке Марджори, уже старенькую, но, говорят, очень умную. Вместе с конюхом они дожидались меня за воротами замка. Вышла я не в светло-зелёном платье, в котором была с утра, а в тёмно-коричневом костюме для верховой езды, похожем на тот, в котором обычно прогуливалась на лошади мисс Тайлер. Если накинуть на плечи чёрный платок, то не будет видно светло-кремовую отделку на лифе и рукавах. Обменявшись с Эвани шляпками, мы и вовсе стали неразличимы – думаю, издалека даже Магда бы нас перепутала.

Дамское седло я не любила, как, впрочем, и верховую езду в целом. Однако рысь у умницы Марджори была плавная, а шаг так и вовсе ровный – как в омнибусе ехать. Солнце не так уж припекало, то и дело скрываясь за облаками, ветер с холмов приносил сладкий запах цветов, мои весьма скромные навыки наездницы не давали отвлекаться на посторонние мысли, ридикюль оттягивала успокаивающая тяжесть отцовского револьвера… Стоит ли удивляться, что через некоторое время я позабыла о возможном преследователе и всецело отдалась прогулке?

За дубовой рощей дорога поворачивала к югу и начинала карабкаться на пологий холм, который местные жители называли Зелёным Веретеном – то ли из-за формы, то ли из-за старой легенды. Говорили, что в незапамятные времена ветреная девица, убегая от нелюбимого жениха, бросила через плечо веретено, а оно возьми и обернись пригорком, заросшим ежевикой. Преследователи остались ни с чем, а беглянка – ведьма, с какой стороны не посмотри – стояла на вершине и насмехалась над ними. Не знаю, действительно ли девица тогда сумела скрыться, но в одном легенда была несомненно правдива. С вершины холма открывался прекрасный вид на петляющую по роще дорогу.

Мой преследователь оказался как на ладони.

Выглядел он в точности, как говорила Эвани: шляпа, дорожный плащ блёклого цвета, чахлая гнедая лошадка – точно не из герцогских конюшен, там таких не держат. Последние несколько минут моя Марджори ехала медленным-медленным шагом, поэтому незнакомец, прежде, очевидно, державшийся ранее поодаль, изрядно нагнал нас. Я размышляла не дольше секунды, а потом послала Марджори рысью. Если память меня не обманывала, то впереди дорога снова ныряла в дубраву и резко сворачивала. Подлесок там был не особенно густой, но путь за поворотом просматривался только с близкого расстояния… Чем не идеальное место, чтобы устроить засаду?

За поворотом я остановилась и прислушалась. Похоже, незнакомец медленно, но верно настигал меня. Запоздало накатил страх – что сможет слабая женщина противопоставить мужчине, возможно, вооружённому, и явно преследующему недружелюбные цели? Я глубоко вздохнула, унимая сумасшедшее сердцебиение, достала из ридикюля револьвер и взвела курок.

Святая Роберта, пусть у меня получится!

Перестук копыт слышался все ближе. Мысленно я высчитывала расстояние до поворота. Сотня шагов… полсотни… Уже можно было различить бряцание сбруи. Тридцать шагов… двадцать…

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

В пятнадцати шагах от поворота незнакомец остановился. Я замерла. Достаточно ли густой подлесок? Не заметил ли меня преследователь? А что, если он не испугается револьвера, и придется нажать спусковой крючок? Лошадь, конечно, старая и глуховатая, но если она испугается выстрела и взбрыкнёт, то я вылечу из своего неудобного дамского седла, как пробка из бутылки. Хорошо, если пуля попадет в нападающего, а если промажу? Останусь тогда на земле, беспомощная, возможно, без сознания, против неизвестного мужчины, у которого небеса знают какие намерения, и…