Сила Боли (СИ) - Зверев Павел Александрович - Страница 59

Но всё после. Простых выводов быть здесь не может и Гитцу на моих руках лучшее тому подтверждение!

Прыжок вперед, под небольшую скальную выемку и рывок по ней до нужного мне места. Если проход в эту сторону занял порядка пятнадцати минут, то в обратную не прошло и двадцати секунд. Не было нужды скрываться и прятаться — когти на ногах, где ступня уже не была человеческой, рвали твердый камень и оставляли в нем глубокие борозды. За спиной лишь шипение рассерженной магии и ярость в желании разорвать. Я чувствовал её. Чувствовал и азарт захлестывал всё сильнее. Но честного боя нам никто не даст и рассчитывать на это глупо. Поэтому, как моя звериная суть не жаждала вцепиться преследователю в глотку, но холодный разум пока побеждал.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Вот! Нужная мне пещера и четыре кегли разлетелись по сторонам. Не было у меня времени их убивать. Просто снес с ног, даже не заметив, и понесся дальше. Туннели, проходы, мешок с черным порошок в распахивающийся зев магии и впереди снова люди. Трое, если судить по количеству сердец. Находятся ровно там, где оставил тела тех двоих. Понятно теперь из-за чего поднялась шумиха. Но время поджимает, как и хвост всё ближе. Правда он не торопится. Странно ощущать через такое расстояние его желание дать мне фору. И, хм, покрасоваться? Да, именно покрасоваться перед зрителями моментом своих метаморфоз.

Трое. Точнее уже три трупа, остались позади. Слишком узкое место для такой податливой плоти. Три мимолетных взмаха когтями и шея, прикрытая жалкой стеганой кожей, разрывается целой гроздью алых капель.

Они еще не успели умереть, а я уже находился за сотню метров от них. Снова эти туннели, где запах гнили, теперь уже понятно, что напускной, врывается в ноздри. Шёпот, тени и давление на разум — пустышки. Единственная проблема это узкие проходы, где приходится снижать скорость, дабы такое хрупкое тело Гитцу не пострадало.

Теперь есть время подумать.

Желание поиметь землю Лика ставит Картена в один разряд с теми, за спиной. Но брошенные в бреду, слова Гитцу, заставляют усомниться. Зачем она им? В качестве гаранта? Но плацдарм больно уж удобный. Вот так херак и у тебя под носом армия в несколько тысяч воинов. И что-то мне подсказывает, не мясом единым. Эти — отвлекающий маневр. Наверняка. Как там вещал Клим? Дерозден? Государство вечной войны? Которое воюет и с нами, и с эльфами. Забавно, но сумеречные у нас здесь засветились так же. И всё это под самым носом! В столице! Нет, они не могут не понимать, что одной только гвардии домов здесь достаточно, чтобы перемолоть фарш обычных бойцов.

— Три дня, три дня, — бормотал под нос. — Вот, значит, чего ты ждешь.

Раньше времени начинать бессмысленно, а значит, через три дня объявится гарант. Подкрепление? Наверняка. Так, стоп. Причем здесь меч Лика? Этот его артефакт. Как он может быть замешан во всем этом? Ни с чем несвязанное событие? В планах такого размаха? Не верю. А, значит, есть что-то еще. Что-то, что именно на нем и завязано. Ниточка, подводящая к единому финалу.

— Да чтоб вас! — ругнулся, осознав одну простую истину.

НАДО ВАЛИТЬ!

Нас не оставят в покое. Таверну сметут, а всех людей поубивают. Тем более жители Нижнего нахрен никому не сдались. Ни тем, ни этим.

А еще, почему-то особенно ярко, в голове пульсировало выражение: неужели проворонили⁈ Ведь Великая! Империя! Шахтан! Или не такая уж она и великая?

Глава 18

Этот длинный день

Кажется, не от меня зависело, где мы встретимся.

На какой-то момент ощущение погони прервалось, и я даже успел разочароваться. Но стоило мне с моей ношей выйти на дно карстовой воронки, как ощущение чужого присутствия вспыхнуло особенно ярко.

Ну-да, он уже здесь. Торопиться теперь некуда.

Поведя плечами, опустил, так и не пришедшую за все время в сознание Гитцу и выдохнул. Что ж, так даже лучше. Внутри всё сжалось, подобно пружине. Странно, но уверенности в собственных силах не было. Более того, ощущал, как чужая аура давит и пытается подавить волю. Нет, не на ментал это было завязано. Здесь что-то более, хм, звериное.

— Ты странно пахнешь, — именно подобные слова ворвались в сознание со всех сторон.

Эхо рычания с нотками вибрации, что проникали в разум, не позволяя определить, где именно находится мой противник. Забавно.

— А ты больно громко шумишь, — выдохнул я, определив его еле слышное движение.

— Как интересно, — протянул невидимый собеседник. — Совсем молодой. Что ты здесь делаешь, первородный? Тебя изгнали? Истребили семью?

— И к чему твои вопросы? — полностью успокоился я. — Это лишнее. Всё равно ведь закончится одним.

— Не обязательно, — плавным переступом говоривший ушел в левую сторону, всё еще скрываясь за сталагмитами. В ту же сторону всем корпусом повернулся и я. — Зачем тебе женщина? Для нас она неучтенная переменная и не особо нужна. Но она переменная, — и долгое, в разрезе ситуации, молчание в двенадцать секунд. — Да и ты слишком много видел.

— А теперь начнутся угрозы, — покачивая головой, произнес я. — Скучно.

— Дитя, — снисходительное в ответ, — ты, кажется, пребывая среди податливой плоти поверил в собственную исключительность. Поверь, юноша, реальность способна разбивать даже самые крепкие кости.

— Тогда почему ты прячешься? — ироничная усмешка сорвалась с моих губ.

— И, правда, что, — легкое недоумение в тоне.

Признаться, представлял его иначе. Интересно, при промежуточном превращении я так же мерзко выгляжу? Нет, а вот одежда — моё почтение. Ибо её не было вовсе. Кроме трусов-шорт, что в обтяг укрывали срамоту. Серая обтягивая ткань, наверняка попрочнее обычного тряпья будет.

— Значит, так и придется босиком бегать, — с недовольством бросил я.

Мужик так и замер с занесенной для шага ногой. Наклонив голову на бок, будто обдумывая слова, после фыркнул и тряхнул головой. Совсем по-собачьи.

— Ты странно пахнешь, — повторил мужчина. — Никогда раньше не слышал такого оттенка. Даже снежные шакалы пахнут иначе. Чей ты, юноша? Уверен, что выбрал правильную сторону?

Что-то мне перестает нравится этот разговор. Тянет время? Нет, не похоже. Ему, что, и правда интересно? Даже давление чутка угасло, не пропав, тем не менее, полностью.

— Я на своей стороне, и только, — в резком движении мотнул головой. — А, если в ваших планах сжечь империю, я только дров подкину.

Странно, но мужчина замер, а после расслабился. Его измененное лицо оскалилось в подобии улыбки. Человеческая кожа мало подходит под такое вытягивание челюстей. Это не выглядит органично, а скорее наоборот — жутко.

— Тогда, — усмехнулся он, — знай своё место!

Давление, что до этого практически спало на нет, сейчас взвилось волной. Оно хлынуло со всех сторон, пытаясь погрести под собой. Пытаясь подавить, заставить склониться и подставить загривок под челюсть более старшего и сильного. Под челюсть вожака имеющего полное право так себя называть. Ибо он — альфа.

Неприятие подобных мыслей заставило ощериться. Да, замерев на несколько секунд, концентрацию я потерял, но мужик и не думал нападать. Стоял, сучоныш и с превосходством во взгляде наблюдал. Ровно до того момента, пока я не поднял, опущенный до этого взгляд и не встретился с ним глазами.

— Меееесто, — протянул я, наблюдая, как из осанки мужика пропадает расслабленность. — Кажется, именно эта команда твоя любимая, а, блохастик?

Наблюдать со стороны за молниеносными изменениям тела — это завораживает.

Как шерстью покрывается кожа, как наращивается мышечный каркас, а скелет приобретает более звериные черты. Руки удлиняются и обзаводятся когтями. Ноги, в точности, как у меня, получают дополнительный сустав. Уши, сначала заостряются, а после и вовсе теряют человеческий вид. Челюсть выдвигается вперед, но вместо острого собачьего строения застывает где-то посередине. Из-за белоснежных клыков вырывается облачко пара, а за глазами еле сдерживаемся звериная ярость.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');