Охота на Странника: Последняя месть (СИ) - Муратова Ульяна - Страница 53

Обладатель чистой крови и неполного комплекта зубов смотрел на сына с азартом.

— За меня, может, Ольханка пойдёт.

— Ольханка твоя такая же нищая, как мы. Токма у нас изба погорела, а у них отродясь ни арчанта за пазухой не водилось. Да и сама дурная, ей лишь бы хвостом крутить. Добро бы работящая была, а так — только в ней и есть хорошего, что сиськи. Говорю тебе: женись на лекарке! Она, может, и поплоше рожей, зато деньжата водятся. И не прогадай, дурень: к ней уже выстроилась очередь из ухажёров-то! Глядишь, через месяц-другой кто поумнее её к алтарю поведёт. Вот вернёмся в Абернафин, ты цветочков-то возьми, да к ней на порог. И улыбайся, девки от того млеют.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Десар чуть приподнял бровь, а потом улыбнулся мне так нахально, что я с трудом удержала смешок.

— Говорю же — с гонором она.

— Гонор и высечь можно. Как замуж за тебя выйдёт, так и вломишь ей хорошенько, чтоб мужскую руку знала. Дело тебе говорю, — продолжал настаивать заботливый отец, — эта новая лекарка не только для всего села радость, но и для нас с тобой. А уж как поженитесь, так и я к ней перееду. Изба-то, чай, большая, места всем хватит. Старый я уж стал спину гнуть, заслужил и на печи почивать. Всё одно этим магам деньги с неба сыпются. Вот пусть делится!

Глаза алчно блеснули из-под отросших седых кудрей, а мне захотелось помыться и найти эту самую лекарку. Хотя бы ради того, чтобы предупредить.

***

Мы на финишной прямой, завтра последняя часть главы, но... боюсь, что встреча с Эрером будет немного не такой, как вы ожидаете. Или такой? Посмотрим))

51.2

Доев, мы с Десаром отправились в довольно паршивого вида номер, где по плинтусам ползла чёрная плесень, а матрасы пахли сыростью. Муж, не задумываясь, застелил постели металлизированной тканью, сверху уложил одеяла и только потом — спальники. Местным отельерам он перестал доверять ещё неделю назад, когда нам сдали комнату, кишащую клопами.

Два индивидуальных спальника можно было соединить в один большой, чем мы и пользовались, предпочитая греться друг о друга, поэтому забирались в постель вдвоём.

— Ты думаешь, это… — начала я, но Десар прижал к моим губам палец и тихо попросил:

— Не спугни, пожалуйста.

Я молча кивнула и прижалась к мужу, взволнованная услышанным. Никакого Абенарфина мы не проезжали, да и поселения с похожими названиями чаще встречались в Эстрене. Фин — дальний в переводе с эстренского. А значит, нужно переходить границу. Не опасно ли это?

Уснула я лишь под вечер, оттого проснулась не в настроении. Десар уже давно был на ногах, принёс завтрак и деревянное блюдо со сладким пирогом. Видимо, тортов тут не продавали. Он ничего не говорил, но был настолько заряжен азартом, что поторапливал одним лишь своим присутствием.

Мы сдали номер и вернулись к мобилю, на котором кто-то нацарапал матерное слово. На эстренском. Десар на это безобразие даже не взглянул, завёл мотор, прогрел и выехал на главную поселковую улицу, ведущую к пограничному пункту.

— Кстати, мы Боллайнеры, — протянул он мне мой паспорт. — Даты рождения и имена те же — Кайра и Десар, чтобы не путаться.

— А почему не Блайнеры? — удивлённо спросила я.

— Никто из безопасников не переходит границу под своей фамилией, луна моя.

— И когда ты успел выправить паспорта?

— Так это занимает буквально пару минут, — пожал плечами муж. — Зашёл в соседний отдел, они мне поставили все нужные печати. Не мог же я поехать без документов? У меня и техпаспорт на мобиль имеется.

Ждать досмотра пришлось целую вечность, а потом в наших вещах долго ковырялись, явно ища нарушения, но ничего запретного так и не нашли. Мордастый таможенник долго изучал документы и долго задавал вопросы куда и зачем, так и напрашиваясь на взятку, но Десар проявил неожиданную стойкость. Терпеливо улыбался, держа меня за талию, прикидывался непонятливым или нищим, и в итоге нас таки выпустили из Лоарельской Империи. Я думала, что на этом наши таможенные злоключения закончатся, но оказалось мало быть выпущенным из одной страны, нужно ещё быть впущенным в другую.

Там нас подвергли ещё более тщательному досмотру, даже височные печати перерисовали и сверили с имеющейся базой. Умом я понимала, что совместная печать у нас новая и даже если Десар ранее где-то отметился со своей, то теперь вычислить и доказать это будет довольно сложно, особенно не имея под рукой рисунка родовой печати Болларов.

К следующему вечеру у меня было ощущение, что таможня часами методично жевала нас, а потом наконец взяла и выплюнула на волю. Никогда не думала, что какие-то три сотни шагов можно преодолевать целую ночь.

Когда мы оказались на другой стороне перевала, Десар купил атлас эстренских дорог и нашёл нужный нам посёлок. Он располагался всего в паре часов езды, поэтому я сразу сказала:

— Едем. Сначала ответы, потом всё остальное

Муж благодарно улыбнулся:

— Эти таможенники…

— Почему ты не предложил им взятку? Они же явно этого хотели.

— Разумеется. Тогда они могли бы загрести нас за попытку дачи взятки и поиметь с нас ещё одну взятку, уже куда большего размера. Кстати, времени это нам бы не сэкономило. Можно было бы проехать без очереди в качестве агентов, тогда наши пропустили бы без проблем, ещё и отсалютовали бы. А вот эстренцы мурыжили бы всю ночь и весь следующий день. А зачем? А к кому? А почему? И к моменту, когда мы покинули бы пропускной пункт, у нас на хвосте прочно сидела бы парочка местных агентов. Так что мы всё сделали правильно, — улыбнулся муж, направляя мобиль по нужной дороге.

— Вон оно что… — протянула я, понимая, что без Десара следователь из меня — как из кантрада нянька.

— Кстати, луна моя, имей в виду, что на территории Эстрены никаких полномочий у нас нет, а визит наш исключительно частный. Так что позволь вести переговоры с девушкой мне.

— Как скажешь, — легко согласилась я.

До Абенарфина мы доехали за три часа. Солнце уже успело встать, но пока ещё не вошло в полную силу. Село оказалось довольно большим — не меньше ста дворов. Наше появление не прошло незамеченным. Когда мы остановились на въезде, недалеко от первого стоявшего наособицу дома, детвора буквально облепила мобиль со всех сторон и громко обсуждала на эстренском, лучше он или хуже мобиля старосты.

— А где дом вашей лекарки? — спросил Десар, опустив окно. — Кто укажет дорогу, того подвезу.

Предложение вызвало взрыв эмоций. Дети громко закричали друг на друга, выясняя, кому можно, а кому нельзя ехать в шикарном мобиле незнакомого мага. С одной стороны, хотелось всем. С другой, маги могут и заживо сожрать.

Дилемма.

В итоге вызвался угрюмый мальчишка лет десяти, одетый в полушубок с чужого плеча и летние сандалии. Спорить с ним не стали даже старшие. Он выдвинул вперёд подбородок, сурово посмотрел на Десара и заявил:

— Я покажу. Только поеду впереди! Штурман рядом с водителем сидеть должен. Так-то!

Зыркнул при этом на меня так, что я едва удержалась от нервного смешка.

— Кайра, луна моя, ты не против ненадолго пересесть назад? — учтиво поинтересовался муж. В тонких морщинках по краям глаз притаились озорные смешинки. — Всё же место штурмана действительно рядом с водителем, тут не поспоришь.

Я согласилась и перебралась назад. Когда суровый пассажир забрался в салон, Десар медленно тронулся, чтобы остальные мальчишки успели разглядеть с каким важным видом их друг сидит на переднем сиденье.

— Вашу лекарку случайно не Ланой зовут? — спросил у него муж.

— Нет. Таисией. Так она сказала. Только Таськой кликать её нельзя, она от этого гневается.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Мы переглянулись.

— И давно Таисия у вас поселилась?

— Дак месяца два как. А вот и изба ейная! — с сожалением показал мальчишка на ближайший дом.

Ехать до него от места, где мы изначально остановились, оказалось шагов сорок, и я рассмеялась, уткнувшись лицом в спинку сиденья Десара. Ещё неизвестно, кто кого прокатил — мы мальчишку или он нас. Муж тоже рассмеялся и хотел угостить маленького хитреца конфетой, но тот выскользнул из мобиля, стоило лишь затормозить. Видимо, побоялся трёпки за свою хитрость.