Охота на Странника: Последняя месть (СИ) - Муратова Ульяна - Страница 37

Брен смотрел уверенно и ласково, но внутри у меня всё будто ссыхалось и трескалось, распадаясь на уродливые черепки — от ужаса. От одной только мысли, что брат говорит всерьёз. Что он мог бы заставить меня уйти из СИБа и оставить позади Десара и всё то будущее, которое я уже привыкла считать своим.

— Нет, Брен. Я не пойду замуж за Корвигеля. Я останусь в СИБе, подпишу с ними контракт на десять лет, — сипло возразила я брату.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Нет, Кайра. Ты — Боллар, и ты обязана делать так, как лучше для семьи.

— Формально я теперь Йонас, и я уже выбрала свой путь, Брен, — сохраняя внешнее спокойствие, ответила ему. — Понимаю тяжесть нашего положения, но работая в СИБе я смогу принести больше пользы. Пятьдесят тысяч — это жалование за двадцать пять месяцев. Два с половиной года. Не так уж много. Если дело лишь в деньгах, я готова их отработать… Наверняка нам сейчас выдадут какую-то премию…

— Вряд ли, если учесть, что семьям выплатили компенсацию, и мы уже внесли её в качестве оплаты долгов перед налоговой, — сощурившись, смотрел на меня брат. — Если честно, я вообще не понимаю, как ты можешь работать вместе с Блайнером. Говорят, он — любимый племянник Моэры. Или такие мелочи тебя больше не смущают? Может, ты, как Адель, решила, что семейная честь больше ничего не значит? Вместо того, чтобы прикопать его где-нибудь под кустом, где никто и никогда бы его не нашёл, ты ему отдалась?

Вопрос серпом резанул по нервам, потому что именно это я и сделала.

— Брен, ты не понимаешь!.. Боллары виноваты во всей этой вражде не меньше Блайнеров! А если говорить конкретно о Десаре, то он хороший человек. Мудрый, терпеливый и заботливый. Он помог мне многое понять и переосмыслить. Думаю… думаю, одна в том лесу я бы не выжила.

— Ты не ответила на вопрос, — очень тихо проговорил брат, постепенно бледнея.

— Брен, прости, но я не пойду замуж за Корвигеля. Я пойду за Десара и останусь работать в СИБе.

Лицо брата стало похоже на мраморную маску, настолько отрешённым и неподвижным оно стало, только на шее бешено запульсировала жилка.

— За Десара? За Десара Блайнера? — едва слышно переспросил он.

— Да.

— Ты издеваешься? Вы все издеваетесь? — наконец вспыхнул брат, и тонкая, аристократически бледная кожа лихорадочно заалела на щеках.

— Нет, Брен. Ты просто не представляешь, каково это — наконец перестать всех на свете ненавидеть. Я впервые в жизни чувствую себя нормальной. Не изгоем, не позором, не ошибкой, не заблудшей в пруд козой, не про́клятой неудачницей, а ценным специалистом с редким даром. Работа в СИБе — именно то, что мне нужно. Там я могу принести реальную пользу, сделать мир лучше. А Десар — не враг нам и никогда им не был. Он обещал помочь снять проклятия и с вас тоже.

— Ты в себе? — снова понизив голос, спросил брат, полупрозрачными голубыми углями глаз прожигая во мне дыру вины. — Ты хочешь стать одной из Блайнеров?

— Я хочу стать женой Десара, потому что люблю его, доверяю ему и чувствую себя с ним счастливой. Мне всё равно, какая у него фамилия. Я устала от этой войны родов! Не мы её начали, не нам на ней и головы складывать... Я устала ненавидеть, Брен.

— Я, я, я, я, я! Вот что ты говоришь! А как насчёт семьи? Как насчёт меня и сестёр? Как насчёт нашей чести?

44.3

— Прости. Я устала жить в прошлом, в этой ненужной злости на людей, которые ничего плохого мне не сделали.

— Моэра Блайнер тоже ничего плохого тебе не сделала? — угрожающе спокойно спросил брат, не сводя с меня горящего разочарованием взора.

— Моэра Блайнер ничем мне не обязана, в отличие от отца. Это он нас подвёл, Брен. Он навлёк на семью проклятие, а потом оставил тебя и Гвендолину расплачиваться за его ошибки и гордыню. Вы этого не заслужили! — горячо заговорила я. — Он не имел права нас бросать!

— Ты в своём уме, Кайра? — отшатнулся он. — Отец нас не бросил, он пожертвовал жизнью, чтобы избавить нас от проклятия!

— Зачем? Зачем, Брен? Мне было тринадцать! Мне не нужен был брак, мне нужны были живые родители! Он нас подвёл, Брен. Он нас всех подвёл!

— Как они это сделали?.. — неверяще спросил брат, разглядывая меня. — Как они так быстро и так эффективно промыли тебе мозги? Неужели ты настолько глупа, чтобы довериться Блайнеру? Очнись, он просто использует тебя!

— Использует для чего, Брен? Что он может от меня получить?

— Наши особые способности и нашу линию крови, — сощурился брат. — Она им, очевидно, нужна.

— Очнись! Наша линия крови у них уже есть. Десар не использует меня, а любит и помогает исцелиться. Боги, да я словно проснулась наконец от бесконечного кошмара — нищета, издёвки, боль, драки, осуждающие взгляды, поджатые губы, опять нищета, опять издёвки, опять боль… и так по кругу, бесконечно, пока не останется одна лишь оболочка! Пустое тело без души и цели! — я почти кричала, изо всех сил сжимая кулаки. — Именно то, что осталось от Лины!

— Не смей приплетать сюда Лину, случившееся с ней — лишь трагическая случайность, — страшным тоном проговорил брат, сжав губы в тонкую нить. Под ледяной коркой его холодности бушевала буря ярости и разочарования. — Ты обязана выполнить свой долг перед родом, Кайра.

— И сколько же я задолжала роду, что ты решил продать меня, как племенную тёлку? Назови сумму, Брен, я всё тебе верну. Пятьдесят тысяч? Прекрасно. Я попрошу у Десара, думаю, у него есть такие деньги. Но ни ты, ни кто другой никогда не будет указывать мне, как жить и с кем спать!

Брат вскинул брови и спросил:

— Во что они тебя превратили, Кайра? Где моя сестра? Я будто разговариваю с чужемирянкой.

— Неужели ты настолько плохо меня знаешь, Брен? Неужели ты думал, что укажешь на кого-то, и я молча пойду за него замуж? Неужели ты думал, что я соглашусь играть роль покорной жены и выслушивать, как мне повезло, что меня купили, несмотря на дефекты в виде неподобающего образования, коротких волос и пристрастия к ношению брюк? Неужели ты думал, что я стану такой же бесправной тенью себя, какой была наша мать? Я никогда не буду такой безвольной и слабой, как она! Никогда! Она всю жизнь позволяла отцу решать за двоих и обращаться с собой, как с человеком второго сорта. А я — не позволю!

Брат смотрел на меня так, будто видел впервые:

— Я считал, что ты перебесишься и успокоишься, когда получится снять проклятие. Считал, что ты делаешь вид, будто тебе не нужен брак, потому что не можешь его получить. Что твоя гордость не позволяет тебе вести себя иначе.

— Ты ошибался, Брен, — мягко сказала я. — Мне действительно не нужен брак, но мне нужен Десар. А он отказывается быть моим любовником, представляешь? Хочет, чтобы всё было правильно, чтобы никто никогда не посмел сказать обо мне плохого слова. Он даже в этом хочет меня защитить. Он меня любит, Брен. По-настоящему.

— И когда свадьба? — с неожиданно горячим любопытством поинтересовался он.

— Сегодня, за час до рассвета. Приглашены многие родственники, и для меня было бы важно, если бы ты присутствовал. Твоё одобрение не требуется, потому что формально я уже Йонас и получила разрешение от главы семьи Йонасов. Но для меня… было бы безумно важно, если бы ты остался. Я знаю, что ты не можешь одобрить мой выбор, но хотя бы понять и простить…

— Знаешь, а это хорошо, — брат потёр переносицу и посмотрел на практически полную луну. — Если Десар любит тебя по-настоящему, то это хорошо, Кайра. Я тебя понял и услышал. Мне нужно время, чтобы всё это переварить. Иди. Иди к своему Десару.

Я неловко замерла на месте, чувствуя себя почти виноватой за то, что не оправдала ожиданий Брена. Опять. Снова Кайра — главное разочарование семьи. Но в то же время на душе потеплело оттого, что брат понял, насколько много значит для меня Десар, и отпустил. Я будто скинула тяжеленную кирасу после невыносимо долгого боя, и пусть этот бой оставил раны, но он закончился. И я победила!

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

С нежностью улыбнувшись брату, кивнула, развернулась и направилась к выходу с крыши.