Охота на Странника: Последняя месть (СИ) - Муратова Ульяна - Страница 19

Десар посмотрел на её сердитое лицо и улыбнулся. Он тоже продрог во сне, но то, насколько тесно Кайра прижалась к нему в поисках тепла, обнадёживало. А надежда способна согреть куда лучше костра.

Поднявшись на ноги, напарники молча собрали лагерь, завернув пожитки в ковёр. Оказалось, что днём Десар сплёл толстую косу из травы, и теперь повесил на неё скрутку из их скарба, заменив таким образом сгоревший подол. Сплетённый полог взял в руки, но его отобрала Кайра, завернулась в него и стала похожа на нахохлившуюся недовольную птицу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Нобларина Хижина, — с улыбкой прокомментировал Десар, получив в ответ гневное фырканье.

От ходьбы тело разогрелось, и спустя час капитан уже не чувствовал себя таким закоченевшим. Они шли вдоль реки и этот ориентир не позволял сбиться с пути даже в тумане. К утру заморосил противный дождь, увенчав и без того крайне неприятный переход.

Не сговариваясь, к теме отношений Кайра с Десаром не возвращались, оба понимали, что в таком настроении только поссорятся, и оба не хотели такого исхода, поэтому молча шли, утирая с лица мелкие капли дождя и надеясь на ясный день.

Надежда не оправдалась. Дождь зарядил ещё сильнее, а редкий хвойный лес едва ли мог предложить хоть какую-то защиту — игольчатая подстилка промокла насквозь, и во всей округе не было ни одного сухого места.

Десар видел, что Кайра ярится и готова взорваться, но при этом отчаянно сдерживается. Он попробовал разжечь костёр под густой кроной старой сосны, где капало чуть меньше, чем в других местах, но ливень тут же залил огонь — словно нарочно прицелился. Напарники приладили к стволу смастерённый Десаром травяной полог, вычистили намокшую еловую подстилку до практически сухой земли. Кайра спряталась от дождя под навесом, сидя на двух половинках кирасы и местами влажном ковре. Десар обустроил очаг из крупных камней, магией зажёг костёр и сел рядом.

— Ну и плевать… — сказала вдруг Кайра, глядя на занимающийся огонь, дыма от которого было куда больше, чем тепла.

— Что?

— Я устала злиться, вот что. Если мы замёрзнем, я нас вылечу. От дождя не сдохнем. Зато через пару дней грибы пойдут… — она посмотрела на Десара и неожиданно улыбнулась: — Обожрёмся...

Он улыбнулся в ответ. Внезапно ливень перестал иметь такое уж большое значение.

— А если на нас блейзы нападут, то обожрёмся блейзов? — насмешливо спросил он.

— И сделаем подстилки из шкурок.

— Они блохастые и вонючие, — хмыкнул Десар, с нежностью наблюдая за переменой настроения Кайры.

— Вымочим! Блох выдрессируем, ты сам предлагал. Поселим их на Мелче, им вольготно будет. А в коре сосен есть дубильные вещества, так что выварим и обработаем шкурку… Жира бы ещё какого-нибудь. Я читала, как выделывать шкуры, между прочим, — Кайра поднялась на ноги и призывно посмотрела на своего капитана: — Чего сидишь? У тебя дворец не построен, а у меня изысканные яства не готовы к утренней трапезе. Берись за дело, благородный ноблард, а то будешь спать в луже.

Десар поднялся следом и принялся за работу. Благо строительного материала вокруг — завались. Он срезал несколько молодых сосенок и кроны пустил на подстилку и шалаш, а из стволов сделал новые копья и колья. Результат порадовал — получилось подобие хижины с пухлыми колючими боками. Десар подкинул в неё пару разогретых камней, и там довольно быстро стало тепло.

Кайра сходила за водой, собрала несколько десятков подхвойников и насадила их на палочки, а также приволокла к лагерю засохшую сосну, которая горела куда лучше влажной свежей древесины.

Далеко от лагеря не отходили — опасались, что костёр примется за шалаш. Десар набрал целую кипу мягких молодых еловых веточек, отряхнул от влаги и подсушил над костром, затем соорудил подстилку.

— А ковёр высушить магией не можешь? — спросила Кайра.

— Только спалить…

— Или взорвать, — с усмешкой отозвалась она, помешивая воду с найденными травами в металлической кружке. Уже по опыту знала, что они не горчат и придают напитку не очень яркий, зато приятный привкус. Горячего отвара хотелось обоим, и они ждали, когда вода в кружке закипит, чтобы им насладиться.

К моменту, когда убежище от дождя и еда были окончательно готовы, ливень взял и кончился.

Кайра подняла голову к светлеющему небу и звонко рассмеялась:

— Нет, ты видел? Никогда не думала, что дождь может быть таким паскудником.

Словно обидевшись, тот тут же брызнул ей в лицо последними каплями, после чего Кайра фыркнула, зашла за стену дворца, разделась, отжала волосы с одеждой и натянула тунику обратно, а брюки подвесила у входа.

— Хочешь мою рубашку? — предложил Десар, развесив её на воткнутых в землю рогатинах рядом с костром, чтобы поскорее высохла.

— Нет, хочу есть и спать. Опционально могу даже спать за едой или есть в полусне.

— Что, грибами не обожралась? — с улыбкой поддел Десар.

— Не успела, ты всё сметал. Ну так что? Охота или сон?

— Так всё равно теперь по очереди спать, так что ложись, а я пока добуду тебе блохастого, вонючего блейза. Всё для моей луны.

— Договорились. А рубашку давай, раз ты такой щедрый. Не перед блейзами же тебе в ней щеголять.

Влажноватая ткань была горячей на ощупь, Кайра быстренько завернулась в неё и вырубила себя заклинанием до того, как успела замёрзнуть снова.

Десар вытащил из хижины остывшие камни и поменял их на горячие из костра. Тот ещё источал тепло, но открытого огня уже не было, значит, можно без опаски оставить Кайру спать. Он навесил несколько защиток — лишь бы хватило хотя бы на пару часов. Понятно, что дерево не будет держать магию, но какой оставался выбор? Завесил вход несколькими ветками, чтобы спрятать их убежище, и отправился за добычей.

Желание луны — закон. Если благородная нобларина хочет блохастую шкуру, то разве благородный ноблард может отказать ей в такой малости?

Тридцать первое юлеля. После полудня  (38.1)

Кайра

Когда Десар на волокушах притащил в лагерь тушу молодого медведя, я не поверила своим глазам. Просто не поверила. Как он в одиночку добыл его, имея лишь деревянное копьё и кинжал? И ведь даже шкуру не подпалил — значит, магией пользовался крайне дозированно.

— Это, конечно, не блейз, которого ты хотела, зато мясо можно есть, — прокомментировал Десар.

— Потрясающе… но как ты смог его завалить? Да ещё и в одиночку? — опешила я, глядя на добычу.

— Он хромал, лапа у него сломана… Так что не сегодня, так завтра его бы съели хищники.

Я скептически осмотрела добычу, а потом провела диагностику уже мёртвой туши, и в ней нашлось много чего живого…

— Он кишит паразитами. Давай лучше раков и рыбы наловим? — с сомнением протянула я.

— Можно подумать, в рыбе паразитов нет, а грибы сплошь не червивые. Мы же сырое есть не станем, — беззаботно отозвался напарник, а меня слегка передёрнуло.

Я всегда старалась проверять нашу пищу, да и диагностические заклинания периодически запускала просто так — для профилактики. Не хотелось бы вернуться в цивилизацию вчетвером — в компании двух солитёров.

Десар утащил тушу к реке и долго разделывал в тени вековых сосен. Насекомых налетела тьма! Отплёвываясь и отмахиваясь от одуревших на радостях мух и слепней, он всё же справился со шкурой: тщательно отскоблил, крепко привязал к тянущемуся под воду корню стоящей у кромки реки сосны и оставил её отмокать. Если блохи на ней раньше не увлекались подводным плаванием, то теперь им представился шанс расширить горизонты умений.

Всё это время я бродила рядом — собирала ягоды с грибами, а у воды нашла пару светолистых ив, чья кора куда лучше подходила для дубления, чем сосновая. Эх, жаль, ближайший дуб остался на расстоянии почти целой ночи ходьбы от нашей новой стоянки.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

В общем, пока Десар возился с тушей медведя и приманивал на неё мух, раков и рыбу, я собрала охапку тончайших прутьев ивы и собиралась освоить корзиноплетение. Светолистые ивы встречаются не так часто, обычно их специально высаживают в парках и на набережных, ведь склоненные к воде изящные ветви покрыты голубоватыми листочками, источающими по ночам мягкое сияние. Великолепное зрелище, особенно в полной темноте.