Охота на Странника: Последняя месть (СИ) - Муратова Ульяна - Страница 11

К счастью, жар у моего капитана так и не начался, а вечером после долгого сна я напоила его второй порцией отвара и накормила ухой из уклеек с диким луком, после чего мы даже смогли собрать лагерь и пройти две лиги вниз по течению.

На том, чтобы остановиться на днёвку раньше, настояла я, и Десар согласился подозрительно легко: то ли чувствовал себя паршиво, то ли просто уступил.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Странно, что ссора не отдалила, а сблизила нас, и я окончательно приняла Десара как главного. И всё из-за нескольких фунтов дикого мёда и одного сурового взгляда…

Даже как-то обидно!

Двадцатое юлеля. Глубокая ночь (34)

Десар

Десар всегда полагал, что обладает неиссякаемым терпением, но теперь оно начало сбоить. Три недели рядом, бок о бок, деля скудную еду, сложности, жалкое подобие постели… и практически ничего! Жалкий поцелуй в щёчку с привкусом сестринской заботы, не более того.

Он даже начал сомневаться в великолепности своей задницы, в коей всегда был абсолютно уверен. Обычно хватало пары ночей, чтобы очаровать любую девушку, а зачастую они гонялись за ним сами. Но не Кайра. Разумеется, не Кайра.

Десар понимал, что ещё немного — и он перехитрит сам себя, приучив напарницу воспринимать его в качестве друга и никак иначе, а это совершенно не входило в его планы. Если поначалу он хотел предложить ей именно это — дружеский и партнёрский союз, включающий в себя качественный секс в перерывах между заданиями, то сейчас его отношение изменилось. Он не впервые увлекался девушкой, но впервые не стал задавливать это увлечение на корню, позволил ему развиться и окрепнуть, считая, что Кайра от него никуда не денется.

А она будто нарочно игнорировала его подначки, комплименты и попытки сблизиться. Вела себя с Десаром, как с братом, когда он с каждым днём прикипал к ней всё сильнее. Восхитительная девушка. За столько дней — ни одной жалобы или каприза, лишь едкие шутки, дельные предложения и уместная помощь. Она не чуралась никакой работы и даже пыталась заботиться о капитане. Готовила, лечила, запомнила, что ему нравятся шелкошляпники, и специально высматривала именно их, даже вещи его стирала, хотя он не просил.

Но у несомненных достоинств была обратная сторона — Кайра была самостоятельна и подчёркнуто независима во всём. Любую попытку помочь воспринимала едва ли не как оскорбление и постоянно показывала, что она может справиться с чем угодно ничуть не хуже Десара. С одной стороны, это было прекрасно, и именно эти качества его восхищали. С другой — сводили на нет любые усилия поухаживать.

Обычную девушку Десар давно поймал бы за руку, притянул к себе и поцеловал, преодолев лёгкое стыдливое сопротивление — скорее демонстративное, чем искреннее.

С Кайрой так поступать нельзя, он это понимал. Такая девушка должна прийти к желанию стать его парой сама. Для неё существовали только её решения, и в ответ на попытку поцеловать любой получил бы мощный отпор просто по умолчанию. Поэтому Десар ждал, когда она созреет, но это ожидание затягивалось и становилось невыносимым. Он чувствовал, как ситуация начинает выходить из-под контроля, а сам он увязает в ней, как жук в меду.

Необходимо было менять тактику. За очередным рассветником Десар внимательно наблюдал за своей возлюбленной, прикидывая, как именно лучше действовать, когда она сама дала ему отличную зацепку и спросила:

— Почему ты ещё не женат?

— Кто тебе это сказал? Я женат, — уверенно ответил Десар, с удовольствием наблюдая, как у целительницы расширяются глаза и приоткрывается рот.

В следующую секунду она вскочила с места, подлетела к нему, бесцеремонно откинула прядь волос с его виска и принялась изучать родовую печать.

— Врёшь! Вовсе ты не женат! — со смесью негодования и облегчения воскликнула Кайра.

Десар с удовлетворением отметил именно облегчение и пожал плечами:

— Женат. На своей работе. Понимаешь, служба забирает всё время и все силы. Я не хочу, чтобы у меня был такой брак, как у родителей, когда каждый живёт параллельной жизнью, и в итоге в постели оказываются два совершенно чужих друг другу человека. Я всегда мечтал о девушке, которая не просто сможет разделить мои увлечения, а сама с удовольствием будет интересоваться тем, что важно для меня. Хочу, чтобы у нас с женой было много общего. Чтобы мы могли вместе работать, тренироваться, учиться, заниматься любовью, есть, путешествовать. Всё вместе. Мне плевать, кто она и из какой семьи, лишь бы мы нравились друг другу и наши интересы совпадали.

— Это очень сильно отличается от общепринятого взгляда на брак, — тихо ответила Кайра, внимательно вслушиваясь в слова Десара.

— Да. Именно поэтому я искал девушку, взгляды которой на брак будут отличаться от общепринятых, но совпадать с моими, — капитан принялся готовить лагерь ко сну. — Я уже рассказывал, как расстались мои родители? Отец хотел больше детей, а мама злилась, потому что он едва ли видел тех, которые уже родились. Он же вечно пропадал у Разлома и даже не каждую полнолунную неделю приезжал в увольнение. Зато всякий раз, когда всё-таки приезжал, он начинал нас всех перевоспитывать. Всю семью. Всё-то мы делали не так, росли не такими, вели себя неправильно. Он устанавливал порядки, а затем уезжал. Мы оставались и вроде как должны были эти порядки соблюдать, а он, как ревизор, периодически появлялся и проверял. Я вскоре начал ненавидеть приезды отца, особенно потому, что мама в такие дни старалась вообще не выходить из спальни и ни с кем не разговаривать. Так вот, в один из приездов они поссорились очень сильно.

— И он её ударил? — встревоженно спросила Кайра, помогая тушить костёр.

— Нет. Отец никогда бы не позволил себе такого, — ответил Десар, мысленно делая пометку в этом месте, пока закапывал остатки еды в кострище. — Но они кричали друг на друга так сильно, что было слышно в другом конце дома. Я даже не припомню второго случая, чтобы они повышали друг на друга голос, напротив, всегда были подчёркнуто вежливы, а чаще просто не разговаривали друг с другом вообще. Так вот, отец в порыве гнева выкрикнул, чтобы она убиралась обратно на Север и не смела указывать ему, как воспитывать мужчин. На следующий день она собрала нас в гостиной и сообщила, что уезжает.

— И больше не вернулась?

— Нет. Поначалу я дико злился на маму за то, что она нас бросила. Потребовались годы, чтобы посмотреть на нашу семью её глазами. В этом мне очень помогли тётя Моэра и дядя Витальд. Именно он объяснял некоторые важные вещи, касающиеся отношений, и приводил примеры из своей семейной жизни. А ведь оба брака начинались с сильных чувств. Когда родители влюбились друг в друга, отцу пришлось приложить огромные усилия, чтобы дед по материнской линии сначала разорвал помолвку мамы с одним из знатных нортов, а затем позволил увезти её на юг. Так вот, два брака, начавшиеся по очень большой любви, закончились совершенно по-разному. Моэра и Витальд сохранили чувства, а мои родители охладели друг к другу настолько, что практически не разговаривали. Почему? Потому что отец вырвал маму из её привычной жизни, из семьи и круга друзей, а взамен не дал достаточно. Со временем, когда страсть поутихла, она поняла, в какой ловушке оказалась. Одна, с детьми и слугами, без поддержки родных, без внимания мужа, без круга общения. С каждым днём она испытывала всё больше обиды и враждебности. Пропасть между ними постепенно росла, а отец отмахивался от проблемы. Ему казалось, что если он обеспечивает маму финансово и любит, то этого должно хватать. Постепенно она его возненавидела, и когда он дал ей повод — уехала обратно к семье. Знаешь, чему нас учит эта история? — спросил капитан, утягивая Кайру за собой в шалаш.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

— Чему? — завороженно спросила она, следуя за ним.

— Тому, что в долгосрочной перспективе взаимное уважение и общность интересов важнее страсти. И неважно, какие это интересы. Хоть ковыряние в носу! Если делать это вместе и с упоением, то даже такое занятие станет тем самым прочным цементом, склеивающим брак. Моэра и Витальд нашли тот самый общий интерес. Знаешь какой? — Десар устроился на ковре, притянул Кайру к себе и торжественно пояснил: — Сплетни! Местры — два самых ужасных на свете сплетника, Кайра. И они совершенно бессовестным образом счастливы, обсуждая остальных и по косточкам разбирая чужие успехи и неудачи. Им даже расстояния нипочём, ведь сплетничать можно и в переписке. Именно поэтому я хочу видеть рядом с собой женщину, которая будет разделять мои интересы, Кайра. Когда я впервые увидел тебя, то очень воодушевился. Мне показалось, будто ты и есть та самая уникальная девушка. Жаль, что я тебе не нравлюсь. А других таких даже близко на тебя похожих девушек просто не существует. Ты — уникальная.