Между небом и морем (СИ) - Вран Карина - Страница 82

Этот парень упакован в кожаную броню, но на ней явно сэкономили. Шея закрыта не полностью, шлем только макушку, затылок и лоб защищает. Бей — не хочу. Вот только перса он создал — высоченного. Даже для «перворожденного» он высок.

Право слово, не подпрыгивать же перед ним, чтобы максимально эффективно взмахнуть волосами? А при спуске из парения — и удобнее, и красивее.

«Эстетика — наше всё», — мысленно мурчит от удовольствия Хэйт. — «А еще вытяжка из траурного аконита».

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Один из сильнейших ядов в игре, к слову. И дорогущий: главу Ненависти била нервная дрожь, когда она оплачивала эту покупку в аукционном доме. У клана война, осада вот-вот, траты на всё подряд, а она десять тысяч золотых (доход от трав из манора) на один бой сливает. Или вернее сказать — смазывает?

Сперва на песок арены опускаются сандалии Хэйт, а затем — тело лучника.

Первый раунд: завершен! Победитель: Игрок 2.

Получено: 1 очко победы.

Полог тишины снят до начала боя.

Внимание! До начала второго раунда из трех: 4:59…

«Хватило», — выдохнула с облегчением девушка.

Мелькнул и пропал в инвентаре дымчатый алмаз — навершие «шпильки». Пускать в ход «игги» всё ещё нежелательно. Даже вот так, тычком в упор, который со стороны особо и не разглядишь в подробностях.

Всего лишь четвертьфинал. Первый раунд за ней, но нужна еще одна победа — сегодня. И на завтра хорошо бы оставить козыри в рукаве (в волосах). И на послезавтра — на решающую битву.

Эльф вышел с точки воскрешения. Достал одну стрелу из колчана. Переломил ее, швырнул обломки в песок. И — рассыпался искрами.

— Дисконнект⁈ — задохнулась от возмущения Хэйт. — Он, что — вышел⁈

Техническая победа после старта второго раунда подтвердила печальное предположение. Лучник не пожелал доигрывать матч. Он просто ушел с турнира.

— Ладно, я не злюсь, — скрежетнула зубами уже вне арены художница. — Это всё ещё победа. И выход в полуфинал.

Другие пары уже отыграли свои матчи. Так что системное оповещение о времени начала полуфинального боя не заставило ждать. Завтра, в семнадцать часов. Пурпурная арена.

[1] Сплин «Выхода нет», автор слов А. Г. Васильев.

Прода 16.03.2025

— Стас.

Из игры она вышла пораньше, чтобы просмотреть бои: как своих «младшеньких», так и остальные поединки четвертьфинала ее группы. И по выходу обнаружила два пропущенных от куратора. И сообщение: «Перезвони, когда освободишься».

«Устал играть в молчанку?» — подумала Ника. — «Или по учебе что-то?»

Так или иначе, игнорировать преподавателя она не стала. Не в ее интересах это было. Особенно, если речь про учебу.

— Ник. Надо поговорить.

«Ближе к первому», — вздохнула девушка. — «Но это пока не точно».

— Когда?

— Чем скорее, тем лучше.

— Ладно.

Договорились на встречу в кафе неподалеку. Собираясь на встречу, Вероника не могла отделаться от неприятного ощущения. Как в ясный день предчувствие, что к обеду налетят тучи, хотя синоптики ничего подобного не предвещают. И что надо бы взять с собой зонт, но в такую теплынь это вроде как лишнее…

— Слышал, ты снова вписалась в заварушку, — Стас достал сигарету из портсигара. — Ни дня без приключений, да?

— М? — выгнула бровь Ника. — О чем речь?

«О чем именно речь», — дополнила мысленно.

Работорговцы, чумные эксперименты, война, турнир — выбор так-то имелся.

— О войне.

Стас приметил, наконец, слона. Табличку: «Не курить». Поморщился, зачем-то сломал неприкуренную сигарету.

Художнице показалось, что это другой — эльф-лучник — ломает стрелу.

— Ничего особенного, — сказала она вслух. — Нечего обсуждать.

— Ты ошибаешься.

Мужчина сморщился, как от резкой головной боли.

— Не может быть, — Ника расширила глаза от «упавшего» на нее озарения. — Кокон в подсобке. Разговор про войну — со мной. Прайд? Вы — в Прайде?

— Нет, — покачал головой Стас. — Но они к нам обращались.

— В Восхождении? — уточнила Ника, дабы избежать недопониманий.

Художник кивнул.

— Паруса с Черепом, — сказал со вздохом. — Мой клан. Нам предложили хорошие деньги за участие в одной осаде на стороне защитников.

— Согласились? — откинулась на спинку стула девушка.

Подумала о том, что название у клана знакомое. Что-то в этих парусах было особенное. Кроме черепов.

— Отказались, — качнул головой Стас. — Хотя предложение было небезвыгодное, даже слишком. А другие, к кому те люди обратятся, могут пойти на блеск золота. Ваши враги нанимают всех, чьи услуги можно купить за деньги.

— Что ж, — Вероника усмехнулась. — Раз такое вкусное… О, наши блины с рыбкой несут, — пока официант расставлял посуду, разговор встал на паузу. — На чем я остановилась? Ах, да. Может, стоило поступиться принципами и согласиться с предложением?

Договорила и оценила стряпню: блины — отменные. И рыбная начинка выше всяких похвал. Соус — пальчики оближешь. Ника не успела заметить, как смела свою порцию.

— Сарказм неуместен, — дождавшись, пока студентка утолит голод, с укором сказал куратор. — Ник. Услышь меня. Люди несут большие деньги в игру. Я тебе не о том говорю, что вы проиграете. Даже со всеми усилениями новыми людьми. Я пытаюсь донести до тебя мысль, что эта ситуация может представлять опасность — реальную — как для некоторых зазвездившихся музыкантов, так и для тебя.

«Как-то много он знает», — отстраненно подумала студентка. — «Ладно, с Валом он знаком. Клан… Стоп. Раньше это было — табу, а нынче что-то изменилось?»

— Обет молчания снят, как я понимаю? — Ника уставилась на собеседника. — Время больше не неудачное для разговоров?

— В начале осени наш клан лишился казначея, — вместо ответа озвучил Стас. — У него были доступы ко всем активам клана. Мы многое утратили… Но, главное, мы потеряли общего друга. Хорошего человека.

На упоминании казначея Вероника вспомнила, где и при каких обстоятельствах слышала название клана Паруса с Черепом. На их сходке в Москва, в аниме-кафе Миры-Маси.

«Нашли тело казначея… Со следами множественных ранений, иначе говоря — пыток…»

— Стас… — побледнела художница. — Соболезную.

Пустое, ненавистное слово… Но других у нее не нашлось.

Куратор опустил взгляд. Вздохнул.

— Его сдал один из наших, — продолжил невеселый рассказ Стас. — И мы выясняли, кто именно. Минимизировали внешние контакты. Некоторые уехали из города, кое-кто насовсем. Это всё заняло некоторое время.

— Выяснили? — спросила Ника.

Следов обиды на игнор и «режим молчания» не осталось. С учетом обстоятельств… Оставалось порадоваться, что уже поела — сейчас-то ей кусок в горло не полез бы.

— Да, — кивнул преподаватель. — Давний товарищ… наш общий. Его ребенка первого сентября из школы привели мордовороты. Сказали, что в следующий раз тоже проводят, но не к нему домой. И он всё сказал, что просили.

— Это… — художница не могла подобрать слов.

— Ужасно, ты хочешь сказать? — предположил Стас. — Я тебя поправлю — это жизненно. Говорят, что все души весят одинаково. Я не религиозен, не уверен в точности формулировки. Но суть в том, что жизни близких всегда будут важнее, а их души — весомее, чем жизни и души всех прочих. Ник, пока всё не зашло слишком далеко, подумай хорошенько. Так ли тебе важна победа в той осаде? Подумай, ведь не все, кого ты задеваешь в игре, легко это воспримут. Кто-то может оскорбиться. И пойти иными путями, не виртуальными.

— И вы тоже явно кого-то задели, — вставила Ника.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

И тут же чуть не прикусила язык: человек умер — неуместно бить по больному.

— На самом деле, многих, — холодно ответил художник. — И это было весело… до того, как Якова достали из подвала. Ник, остановись сейчас. Вал конкретно засветился. Найти его в реале — плевое дело. Выйти на тебя через него — ненамного сложнее. Ты и твой аватар слишком похожи. Прекрати это. Скинь лидера — это переведет войну в стадию перемирия. Уйди из игры на пару месяцев. Ты же неглупая девушка. Можешь осознать перспективы.