Между небом и морем (СИ) - Вран Карина - Страница 55

— Ах-ш-ш-ш-ха! — подавился шелестом и смахом ясень. — Знатная шутка. Не только смогу, но и корни мои усилятся, а ствол и крона разрастутся. Веди ко мне скорее жер… испытуемых.

— Потерпишь, перетопчешься, — Хэйт остудила порыв зеленого. — А, я забыла, у тебя же корни. Тогда просто стой, жди.

Куда больше, чем нехватка слотов в Ненависти под наплыв желающих волновала Хэйт вероятность появления в клане «засланцев». Так что Лэй получил кое-какие дополнительные инструкции. Удивился ли им китаец, никто никогда не узнает, потому что ответ его был односложен: «Есть».

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Дальше Хэйт метнулась в манор. Там выставила поименные списки на доступ. Только те, кто уже был в составе клана, смогут посещать манор. С Недрами горы Покоя было проделано то же самое, только список включал неписей-травников.

Драгоценная водичка, так хорошо питающая все растения в долине и вне ее, сама себя из Источника Мудрости не наберет. Об этом: Хэйт выпила свою дневную порцию. А затем рванула на Лестиницу в небо.

Чередовать полезное с полезным решила она, пока это вообще возможно. Один заход на эвент — это минут пятнадцать по времени (легкие противники) и больше. До получаса, если финальный элитный гад сложный в убиении попадется.

Начало простецкое. Мелкие бесячие бесы в противниках — это ерунда. Главное, совсем впритык не подпускать: при смерти бесенята взрывались. Геро в помощь, защитник полезен против инфернальной погани.

Адские гончие чуть не заставили Хэйт пустить слезу умиления. Прямо как в те дни, когда они неполным еще составом боролись с демоньем в орочьей степи. От обратных билетов в ад трехголовых собачек, пышущих пламенем, ностальгия не спасла.

Дэв — противник третьей ступени — вместо приветствия создает перед собой портал. Овал перехода из преисподней багровый, с мутными потеками цвета спаржи. Как будто на желеобразную кровь плеснули ядом.

Сам Дэв, высоченный и тощий гибрид антропоморфного демона и скорпиона, и по здоровью не слишком «толст». Иммунитет к огню, устойчивость к тьме и земле. Хэйт фырчит злобной кошкой — как нарочно против нее вражин подбирает ей Лестница. Только на огонь плевать. Максимальная уязвимость к свету (тоже начхать). Ничего про «физику».

Рога у элитки — элитные, торчат на метр вверх. Блестят, как металлические.

— Так и запишем, — бормочет Хэйт, навешивая доты и выставляя в ожидании сюрприза из портала область действия трясины. — Элитный козел.

Шпилька летит… мимо⁈

— Резвый козлик, — констатирует художница.

Дэв просто перемещается сквозь пространство. Шпилька летит в пустоту, тогда как все три длинных скорпионьих хвоста бьют в спину Хэйт… Били бы, если б она там стояла. Новое новшество: взгляд истины фиксирует перемещение вне пространства как размытый прозрачный след.

«Выходит, это у него навык из школы иллюзии?» — прикидывает художница, уходя с траектории движения Дэва. Хвосты ударяют в пустоту. Полосуют воздух когти.

Сквозь овал перехода с чавкающим звуком пробирается «младший брат» Дэва — жуткий скорпион. Тваринка так и называется.

— Шерри бы сюда, — мечты вслух. — Она б ясно дала понять, кто — действительно жуткий, а кто так, хрустящая закуска.

Дальше «жуть» с клешнями передается на перевоспитание Геро. А сама Хэйт «танцует» с Дэвом. Танец странный, неритмичный и резкий, как сердечный приступ.

От ее «родных» стихий толку мало, так что вспомнить уроки Бестий (снова) — в самый раз. Дэв уходит в «пространственный коридор» после направленной в него атаки. Пара проверок это ясно доказали. Значит, нет смысла швырять в него «игги». Лучше инициировать «уход» обычным плевком из духовой трубки.

Хвосты Дэва — это не просто скорпионье жало на длинном выросте (это и не хвосты даже, а как бы части брюшка, есть даже умное название, которого Хэйт не помнит). Это еще множество острейших шипов на каждом сегменте. Все как пленкой с зеленцой смазаны — яд.

Про рога и когтищи так же забывать не стоит. Плюс скорость и молниеносная реакция. И уходы «вовне».

Игла в полете — колебание воздуха — прыжок, разворот, хлесткий веер косичек. Цепляет один из хвостов, но не жалом, шипами. Чей яд мощнее? Ради этого танца Хэйт не пожадничала, применила яд на пластинки, коими заканчиваются косы.

Длань очищения. Удар Игг’Шадиром — прямо из руки, на манер кинжала. «Партнер» движется, нечеловечески гнется. Вместо мягкого брюха (Дэв не особенно бронирован и даже не слишком одет) «шпилька» бьет в клешнееобразную руку.

— Зараза, твердый-то какой у тебя… — фырчит Хэйт. — Бицепс.

Ее очередь уходить от встречного движения инфернальной твари. И на «встречной» ударить с другой руки Игг’Рашшаром.

Критическое попадание!

Больше, больше ударов, веселья и ядовитых брызг!

Дэв снова колышет воздух. На этот раз в сторону, подальше от главы Ненависти. Что-то магичит — впервые за весь бой после создания портала.

Прервать? Хэйт рвется с места, целясь в открытую шею. А чего он бошку задрал и ревет в небеса?

Демон завершает крик, роняет голову на грудь. Теперь художница мчит прямо на длиннющие рога. Свободная левая перехватывает рог, придает импульс телу. Практически взмывает над врагом девушка, чтобы ударить «шпилькой» в пульсирующую багровым точку на темени. За время «танцев» это место на теле вражины так удачно бросилось Хэйт в глаза.

Критическое попадание!

Хлещут «не-хвосты»: шипы и жала норовят покарать за подлый удар.

Воспарить! В левую — тоже «украшение». Дэв озирается, дрожат и покачиваются скорпионьи части тела.

Извернуться, отменить скилл. И скользнуть между рожищами к той же самой точке на башке. С двух рук, в два лезвия, изящно-смертоносных. Два крита — равны погибели. Демона, разумеется.

Готов!

Время: тринадцать десять. Заявок: двести пятьдесят одна. Часть Лэй уже отсеял. Прием еще не начат, а отсеивание уже запущено.

В Ла Бьен не протолкнуться от «единичек», они же «колы». Заблокирован весь средний город. Резиденция Прайда стоит, словно в живом — дышащем в такт — море. Городские портальные врата окружены.

В Осеннем ветре закончились слоты для игроков. Причем никто и не думал брать первоуровневых. Эти пусть учат текст «Лишних людей», причем и на русском, и в переводе-адаптации.

Ли Хао дал добро на создание второго состава. Младшие и новобранцы носятся, словно скорпионьими жалами кое-куда ужаленные, чтобы собрать множество предметов для быстрого повышения Чун Фэн — Весеннего ветра.

Хэйт, лутанув немного золота после победы над шустрым врагом, облизнула губы.

Проверила чат клана — подозрительно тихий. Возможно, им просто некогда общаться, так ребята заняты. Но, раз не дергают, можно еще разок…

«Повторить?» — новая кнопочка от системы.

— Да! — и жмет, и проговаривает Хэйт.

И пусть весь мир подождет. Да даже и оба…

Прода 30.12.2024

Вид новой ступеньки… обескураживает. Над широкими полями, над зелеными долами высоко в небе парит полупрозрачная глыба льда. Раз в пять-шесть превышает диаметр ледяной платформы обычные эвентовые «ступеньки». С краев свисают длинные сосульки, вовсе не собираясь таять. Свет постепенно меркнет, словно кто-то диммер подкрутил в сторону убавления освещения. Белый день плавно сменяется хладной ночью.

Прохладненько и на поверхности ступени, весьма напоминающей каток. Причем сандалии мученика, обувь Хэйт, не включают в себя функцию коньков. Не будь в прошлом девушки тренировок у Бестий, тут бы ей, вполне возможно, коньки бы и сгодились. Чтобы их отбросить. Что для нынешней, закаленной ледяным залом с извечной метелью художницы — прохлада, для игрока нормального был бы — дубак.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

По катку рассекают — Хэйт аж глаза потерла, дабы убедиться, что ей не мерещится — гоблины на двухполозных (для детей такие делают в мире реальном) коньках. На гоблинах — костюмы Санта-Клауса. За спинами мешки, на них блестят снежинки серебром. Вышитые? Настоящие? В движении не понять.