Стажировка богини. Дилогия (СИ) - Романец Милисса - Страница 71

Да и Сяои, для которой кухня — предел мечтаний, хороша. О чём тут мечтать⁈ Чему восторгаться?

— Злишься? — осторожно спросила Сяои, присев на свою койку.

— Очень! Сегодня я вспомнила, почему ненавижу готовку и всё, связанное с кухней.

— Зато на кухне мы никогда не останемся голодными. Это лучшее, на что нам приходится рассчитывать.

— А как насчёт надзирательниц?

— Я не настолько сильная, а ты — жестокая, чтобы получить это место. Глупо мечтать о том, что не соответствует действительности. Лучше позаботиться о миске риса, тёплом одеяле и спокойном сне.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Да что ты знаешь о действительности!.. — подскочила Альфэй, отчего койка издала душераздирающий звук.

Захотелось рассказать Сяои обо всём. Об их божественной сути, утраченной дружбе и том, как они тут очутились — из-за предательства Сяои в том числе. О ловушке, в которой они оказались. О миссии, возложенной на них.

Шагнув вперёд, Альфэй протянула руку.

— Что ты хочешь сделать? — Сяои откинулась на локти, видимо, что-то прочитав по лицу Альфэй.

Скрипнула железная дверь, отвлекая от планов жестокой расправы. Чтобы поквитаться, был более желанный кандидат.

— Привет, милашки, — плотоядно улыбнулся Ежан, без стеснения завалившийся в их камеру. — Сяои, красавица моя, я украду у тебя Сяоа на эту ночь. Не скучай тут в одиночестве.

— Конечно, надзиратель Е, — прощебетала Сяои. Она мило улыбнулась и сложила ладошки на коленях, как самая примерная и послушная девочка.

— Ты готова, Строптивица?

— Главное, чтобы ты был готов, красавчик, — многообещающе улыбнулась ему Альфэй и неспешно направилась к выходу.

— Будь благоразумна, — схватила её за руку Сяои, удерживая подле себя.

— Чего ты переживаешь? Если убью его, стану надзирательницей, — ободряюще похлопав по ладони, убрала от себя её руку Альфэй.

Ожидавший у двери Ежан смотрел на неё уже не так самодовольно-покровительственно, в его взгляде отразилась настороженность. Странно, что при всём своём уме Ежан продолжал добиваться именно её, ещё и таким спорным способом. Но, как говорится, сам напросился.

— Сяоа!.. — надрывно позвала Сяои.

— Да не собираюсь я его убивать, не волнуйся так. Верну в относительной целости и сохранности, — не выдержав отчаянного взгляда, всё же пообещала Альфэй.

Даже после её провокационных слов Ежан не одумался и не передумал. Правда, теперь держал её в поле зрения. Разумная предосторожность, если бы она не была богиней.

Жил Ежан в точно такой же голостенной и тусклой камере, как и они с Сяои, только в три раза больше. Также у него имелись двуспальная кровать, письменный стол, стул и шкаф — видимо, настоящая роскошь по здешним меркам.

Дождавшись, когда она осмотрится и развернётся к нему, Ежан схватил её руку и прижал к щеке, шумно вдохнул воздух у запястья и закрыл глаза, словно бы от удовольствия. Впрочем, неизвестно, какие пошлости он себе воображал.

— Покажешь, как ты меня хочешь, Строптивица? — спросил Ежан, открывая глаза и отпуская её конечность.

— С удовольствием, — пообещала Альфэй и резким ударом раскрытой ладони в грудь отпихнула его. В это простое движение она вложила всю свою силу, негодование, злость, обиду и разочарование.

Ежан попятился, по инерции натолкнувшись на жалобно скрипнувшую железную дверь, и выплюнул глоток крови.

— Ты же сказала, что не убьёшь меня, — отчего-то Ежан удивлённо смотрел не на неё, а на пятна крови на полу.

— Я не очень хороша в этом. Но немного помять тебе рёбра просто обязана. Очень надеюсь, что ты ненавидишь боль, так же, как и я.

Альфэй ударила кулаком в свою раскрытую ладонь, показывая серьёзность намерений, и шагнула вперёд.

— Нет, постой! Я же никогда не делал тебе ничего плохого. Наоборот, попросил Сяои присматривать за тобой и не давать в обиду. Чтобы твоим состоянием никто не мог воспользоваться и навредить тебе, — выставил перед собой руку в попытке остановить Ежан.

— Попросил её дружить со мной? — с издёвкой растягивая слова, подсказала Альфэй. Она и не забывала об этом нюансе предательства, и злить её напоминанием было чистым самоубийством.

— Д-да…

Второй удар — всего лишь хлёсткая, обидная пощёчина, от которой голова Ежана сильно дёрнулась, а губа лопнула, и кровь тут же залила его подбородок.

— Я действительно не желал тебе зла! — отчаянный крик Ежана словно что-то переключил в Альфэй.

Она била и била, задыхаясь от эмоций и душащих слёз. Её переполняли гнев и обида. В груди было тесно от ранящих, несбывшихся иллюзий и ожиданий. В какой-то момент ей показалось, что она убила Ежана, и он больше не дышит. Картина перед глазами обрела чёткость, и Альфэй осознала себя сидящей верхом на распростёршемся на полу Ежане, красивая физиономия которого приобрела синюшный оттенок. Вздувшиеся отёки изуродовали прекрасное личико. А кровь трагично залила одежду и пол вокруг.

Желание избить не прошло. Но поверженный враг едва дышал и не вызывал агрессии. Да и усталость отдавала в тело приятной леностью. Альфэй так и застыла с занесённым в воздухе кулаком, раздумывая о своих дальнейших действиях, когда дверь неожиданно распахнулась, и в камеру влетел стажёр Ши.

— Надсмотрщик Е, я нашёл проблемного заключённого Жо с номером… — протараторил он на ходу, не вникая в положение вещей, пока не встретился взглядом с Альфэй. — О… Так вы заняты? Не знал о таких предпочтениях надсмотрщика… Я, пожалуй, пойду…

— Стоять! Подожди нас за дверью, — оборвала его лепетания Альфэй.

Упускать из вида невольных участников этого балагана она посчитала глупым. Не хватало ещё по одиночке ловить придурков, из-за которых её мечты пошли прахом. Стоило собрать всех вместе и разобраться с проблемой одним ударом.

— Нам бы поторопиться, — намекнул стажёр Ши.

— Так поторопись и выйди. Дай мне привести надсмотрщика Е в чувства.

— Не понимаю я мужчин, которым нравится, когда их колотят, — бубня под нос, он всё же удалился за дверь.

Альфэй прикоснулась кончиками указательных пальцев к вискам Ежана и сосредоточилась.

Мгновение ожидания, и Ежан выгнулся дугой, а воздух сотряс безобразный ор. Принудительно вытаскивать из такой сложной иллюзии было действительно нельзя, но если влить немного собственных сил, то постепенно организм начнёт отторгать чужеродное, а побочным эффектом этого процесса будет отторжение иллюзии. Во всяком случае, процент неудач был довольно низок.

— Штлоптивиса?.. — прошепелявил Ежан, увидев её в щёлочки между опухшими веками.

— За дверью стажёр… заключённый Ши, он прервал нас, — улыбнулась Альфэй. — Говорит, там какое-то срочное дело с заключённым Жо. Мне стало любопытно…

Ежан осторожно кивнул и, придерживаясь за стену, поднялся на ноги. Он доковылял до двери, выглянул наружу и выслушал доклад.

— Ишём, — поманил её Ежан.

Они торопливо шли по переходам. Стажёр Ши старался держаться впереди и не смотреть ни на морщившегося от боли Ежана, ни на довольную собой и настигшим предателя возмездием Альфэй.

— Этот заключённый постоянно попадает в неприятности, неоднократно замечен в спорах и драках. После карцера у него не всё в порядке с психикой. Когда он потерял покровительство надзирателя Е за слив информации о наших делах начальнику тюрьмы, его жизнь стала совсем жалкой, — ввёл её в курс дела стажёр Ши.

— Так вы ищете его, чтобы добить? — удивилась Альфэй.

— Не совсем, — тот покосился на Ежана и не ответил на вопрос.

Стажёра Жо они обнаружили рядом с кухней, забившимся в бак, отведённый под испорченные продукты. Его жалкий вид вместо сочувствия разбудил внутри новую волну агрессии.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

— Самое место для отброса вроде тебя, — оценил убежище стажёр Ши.

— Не могу больше. Не снова. Не надо. А-а… это заключённый Ши и надзиратель Е… Только не убивайте меня! — заныл стажёр Жо, закрывая голову руками. — Я всё скажу. Сделаю что угодно.

Почему этот предатель всегда выглядит так, словно он тут жертва произвола? Стажёр Жо — соучастник преступления, и это Альфэй грозило безумие в случае, если бы у компании заговорщиков всё получилось. Но посмотрите-ка на него! Залез в мусорный бак к крысам и рыдает, как потерявшийся ребёнок.