Секреты прошлого (СИ) - Солейн Анна - Страница 17

— Почему? — Я встала, поправляя дурацкие сползающие рукава дурацкого платья. — Сорин, это не было помутнением. Ты дал мне медальон. Помолвочный. Я не приняла его…

— Вот именно, — отрезал он и отступил на шаг. — Ты не приняла его. Остальное неважно.

Он усмехнулся краешком губ.

— Что, если важно? — выпалила я. — Что, если есть что-то, чего ты обо мне не знаешь? Что-то, что помогло бы мне объяснить все.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Это не имеет значения, Кэтэлина. — Он отступил еще на шаг и уперся спиной в платяной шкаф. — Что ты можешь мне сказать? Я сделал глупость, потому что пошел у тебя на поводу. Это будет мне уроком.

— Да послушай же!

— Мне нечего слушать. Я не прощаю ошибок, Кэтэлина, и не даю вторых шансов.

Я сжала руки в кулаки.

— Мы занимались любовью сейчас! После этого нам тоже не о чем говорить?

Почему он такой упрямый! Почему не хочет слушать?!

— Это был самый быстрый и простой способ поделиться с тобой силами, — пожал плечами Сорин. — Я не мог допустить, чтобы наш сын умер у тебя в утробе из-за того, что тебе не хватает сил его доносить.

Мне показалось, что небо упало на землю.

— Что? — одними губами произнесла я.

Глава 22

Сорин молчал. Взгляд его черных глаз блуждал по моему лицу: по подбородку, по лбу, по губам. Потом опустился вниз, к шее, и замер на ожерелье.

— Что ты такое несешь? — повторила я, отступая на шаг.

Краем сознания я безэмоционально отметила, что и в самом деле чувствую себя намного лучше. Отлично я себя чувствую, по правде говоря, хоть сейчас могу пробежать стометровку. Не верится, что всего час назад я шла по коридору замка и старалась держаться ближе к стене на случай, если голова закружится.

— Я говорил, что тебе нужно оставаться в Бьертане, — отрезал Сорин. — И этому выкормышу говорил тоже.

“Я думала, это потому, что ты не хочешь меня отпускать”, — чуть было не ляпнула я, но поняла, что это прозвучит совсем уж глупо.

Мы стояли друг напротив друга на расстоянии шага. Проклятый рукав платья снова сполз.

— Ты говоришь какой-то бред. Я не понимаю, — покачала головой я. — Причем тут Бьертан? И причем тут мы? Да послушай ты меня, наконец! Я должна сказать тебе, я…

— Ты вынашиваешь дракона. И не просто дракона, а моего сына, потомка древнейшего и одного из самых сильных родов королевства. Это требует колоссальных сил.

— Но все же было хорошо, — растерянно проговорила я. Происходящее казалось мне каким-то бредом, дурным сном. — Я отлично себя чувствовала.

— Потому что я делился с тобой силами и магией. С того самого момента как узнал, что ты беременна.

— Но мы же… мы не…

Я не знала, как сформулировать то, что Сорин половину того времени, что я провела в Бьертане, даже не дотрагивался до меня. Не говоря уже о чем-то большем.

— Ты носила мой ошейник. — Сорин дернул плечом и отвернулся. — Он предназначен для того, чтобы я мог поддерживать т… своего наследника.

Он чуть было не сказал “тебя”? Или мне послышалось?

— Вот как. И что?..

— Соитие самый простой способ поделиться силами с тобой здесь и сейчас. Раз уж ошейник ты решила отвергнуть.

Он сказал об этом так спокойно, как я могла бы сказать, например, о том, что сладкая каша на завтрак лучше всего, раз уж в доме нет булочек. Нет, он серьезно?! Я вспомнила, как хорошо мне было всего несколько минут назад, как я радовалась и как Сорин, чтоб ему провалиться, меня целовал. Так не целуют тех, на кого плевать! Тех, с кем только “соитие”! Упрямый, невыносимый… дракон!

— Моего обычного присутствия было бы достаточно, но это слишком медленный вариант, — невозмутимо продолжил он.

— Соитие, значит, — прошипела я. Соитие! Хорошо, что не “случка”! — Не подходи ко мне больше, слышал? И не дотрагивайся до меня!

Я замахнулась, чтобы ударить Сорина по лицу, но он удержал мою руку. Стоило ожидать, что хватка будет грубой или болезненной, но он едва касался меня, обхватив пальцами запястье в кольцо. По всему телу пробежала горячая волна, круто замешанная на злости, обиде и чертовой дурацкой влюбленности в этого упрямца, которая никак не желала уходить из головы и из сердца.

Чтоб тут все провалилось! Игрид, чтоб тебя комар укусил!

— Нет, — негромко сказал Сорин, наклоняясь ко мне, — все будет не так. Я на шаг от тебя не отойду и, обещаю, сделаю все, чтобы этот выскочка получил по заслугам. Если он думает, что может получить и тебя тоже, — то ошибается.

Брошенное вскользь “и тебя тоже” ударило наотмашь.

— Зачем тебе это? — твердо глядя ему в глаза, спросила я.

— Ты носишь моего ребенка, — бросил Сорин.

— И это все?

Он сжал зубы, продолжая удерживать мою руку.

— Послушай, хоть раз в жизни меня послушай. Я…

Раздался стук в дверь, и я вздрогнула.

— Леди Кэтэлина, — невозмутимый голос Перса звучал глухо, но достаточно громко. — Если вы уже достаточно отдохнули, то позвольте проводить вас в ваши покои. Король желает, чтобы вы присоединились к нему на праздничном пиру. Вам нужно подготовиться.

— Праздничном пиру? — пискнула я, глядя на Сорина.

Вырвала у него руку и, не сдержавшись, показала оттопыренный средний палец. Его брови взлетели вверх, взгляд стал непонимающим. Ну конечно, он не знает таких жестов. “Мудак”, — одними губами произнесла я.

“Сама такая”, — отликнулся он так же беззвучно.

Я возмущенно открыла рот, готовясь выдать все то богатство лексики, которому меня научили годы работы в адвокатском бюро, но не успела.

— В честь завтрашней церемонии помолвки, — Перс помедлил. — Кэтэлина. Еще немного, и тебя начнут искать. Выходите. В смысле, выходи. Ты же там одна, конечно.

— Прилегла отдохнуть, — с готовностью откликнулась я, метнув злобный взгляд на Сорина. — Перс, ты не видел начальника королевской стражи? Герцога де Драго?

— Нет, — помедлив, ответил Перс.

Я триумфально улыбнулась, не отрывая взгляда от Сорина.

— Увидишь — передай ему, что он упрямый баран, — медленно и громко произнесла я.

За дверью раздался странный звук, как будто Перс закашлялся или рассмеялся.

— Что, прости? — выдавил он наконец.

— Упрямый баран! — крикнула я.

“Отойди”, — прошипела я Сорину, пытаясь пройти к двери, и тут рукав платья снова сполз. Да будь тут все проклято.

Я потянулась за спину рукой, но тут почувствовала прикосновение к пояснице. Сорин откинул мои волосы мне на плечо.

— Не вертись, — прошептал он, застегивая первую из длинного ряда мелких пуговок на платье. Я фыркнула, но все-таки встала прямо. — Кош-ш-шка.

— Сам такой, — прошипела я и заработала щипок в лопатку.

Сорин аккуратно застегивал пуговицы, и от каждого случайного прикосновения горячих пальцев меня прошибало током. Ненавижу это! Ударила бы его, если бы могла!

— Король, конечно, выпустил герцога де Драго из темницы по твоей просьбе, — заговорил Перс, и Сорин замер, — но я не думаю, что смогу это передать. Лучше уж ты сама.

— Кош-ш-шка! — прошипел Сорин мне в ухо. — Не смей у этого выкормыша ничего просить, поняла меня? Он опасен, ты…

— Что ты сказала? — крикнул Перс.

— Все то же! — крикнула я. — Сорин — упрямый баран. Дай мне пару минут, Перс.

Сорин в полной тишине закончил застегивать пуговки и, когда я уже готова была отойти, вдруг коснулся губами моей шеи. Вздрогнув, я обернулась и тут же спрятала глаза. Я устала тянуться к нему и раз за разом обжигаться.

Я откинула волосы на спину, прошлась ладонями по прическе, пытаясь хоть как-то ее поправить.

— Как я выгляжу? — шепотом спросила я.

— Замечательно. Ты очень красивая.

Я задохнулась, поднимая на него глаза. Взгляд у Сорина был тяжелым и темным.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364029, containerId: 'containerId364029' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Осел! Упрямый осел! Ну как можно такое говорить?

— Кэтэлина! — позвал Перс. — Сюда кто-то идет.

— Я глаз с тебя не спущу, — пообещал Сорин. — Не думай, что так легко смогла от меня отделаться.

Ничего не ответив, я направилась к выходу. Хотелось оказаться в Бьертане, обнять кошку Уголек и чтобы все стало простым и понятным.