Девять сбежавших кошмаров (СИ) - Ролдугина Софья Валерьевна - Страница 14

Проникнуть на территорию Высшей Школы и впрямь оказалось несложно: достаточно было пройти через центральные ворота, где Летиция обменялась приветствиями с начальником охраны. По правую руку высились учебные корпуса, больше похожие на дворец; по левую – общежития, раскинувшиеся в недрах старинной рощи. Прямо перед входом располагались спортивные площадки, лужайки, беговые дорожки, а в самом дальнем конце – загон для лошадей, откуда сейчас слышалось истерическое ржание студентов.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Сейчас здесь почти никого нет, – пояснила Летиция, с наслаждением оглядываясь: годы учёбы явно оставили у неё множество приятных воспоминаний. – Выпускные и семестровые экзамены уже позади, до вступительных ещё полмесяца… Студенты в основном разъезжаются на лето, остаются только те, кому некуда возвращаться, и те, кто занят научной работой.

– И дурни, – добавила Виттория. И, смутившись, пояснила: – Ну, те, кто завалил экзамены и остался на дополнительные занятия…

– …на горе преподавателям, – закончила за неё Летиция. – Да, про дурней-то я и забыла. Итак, с чего начнём поиски?

– С основ, – решительно ответил Белый. – Итак, как можно найти человека, которым овладел кошмар, если у нас есть только указание на территорию?

– По запаху, – зевнул Рю. – Или по звукам, если он напуган недостаточно… Что?

Повисла неловкая пауза.

– Боюсь, что наши неиспорченные девы и недевы могли неверно тебя понять, приятель, – мурлыкнул Белый, насладившись эффектом. – Но не могу не согласиться: человеческий страх действительно пахнет по-особенному. И тем приятнее найти человека, который при встрече с чем-то ужасным не впадает в панику, а проявляет любопытство, – добавил он, с нежностью взглянув на Летицию. – Но этот простой и действенный способ, увы, людям недоступен. А ты как поступишь, о диковинка?

Виттория задумалась.

Первой мыслью, конечно, было исследовать все корпуса по очереди, разглядывая человеческие отражения в зеркальце над левым плечом. Но Высшая Школа – не женские бани, их и за день не обойдёшь, да и к тому же слишком много внутри укромных уголков, где может прикорнуть человек, облюбованный сбежавшим кошмаром…

– Вертушка тоже не поможет, да? – робко спросила она. И тут же вспомнила: – Ой, она же сломалась… А если новую сделать и заколдовать? Как подмётки?

На этот раз никто ничего не понял – кроме Белого Лиса, который, оправдывая звание великого волшебника древности, тут же ухватил мысль и просиял:

– Умница! Собираешься искать не объект, а состояние?

– Не причину, а следствие!

– Не прямо, а косвенно!

– Не… – азартно продолжила было Виттория, но затем увидела, как ухмыляется Рю, а Летиция непонимающе хлопает глазами. И пояснила виновато: – Ну, если кошмар ещё не материализовался, и найти его нельзя, то можно же найти испуганного человека? Как чудови… э-э, как великий дракон ищет его по запаху страха, только без самого запаха.

Летиция выслушала и кивнула серьёзно:

– Хорошая идея. По логике, должна сработать: экзамены уже прошли, до смерти испуганных студентов на территории школы быть не должно. По крайней мере, до следующей сессии.

Сказать-то легко, а вот взять новую вертушку поздним вечером было некуда, так что на мгновение Виттория растерялась. Но потом вспомнила, зачем вообще приспособила когда-то детскую безделушку для колдовских целей: чтобы не выделяться в толпе.

«А зачем мне это теперь?» – подумала она, оглянувшись на компанию, в которой проводила большую часть времени.

Во-первых – стройный красавец с ярко-синими глазами и длинными чёрными волосами, заплетёнными в косу, который предпочитал дорогие костюмы-тройки и ботинки, начищенные так, что в них отражались пролетающие в вышине чудовища. Во-вторых – смешливая молодая женщина с каштановыми кудрями-пружинками, которые на солнце горели, как яркая медь. И, наконец, высоченный тип, одетый во всё чёрное, с огненно-алой шевелюрой и глазами цвета старого вина, каких у людей не бывает никогда… На таком фоне сама Виттория совершенно не выделялась – даже со своими цветастыми юбками и необъятными сумками-мешками; даже если бы распустила волосы, чёрные и блестящие, как вороново крыло, даже если бы расстегнула не одну пуговицу на блузе, а целых четыре, чего Лобо запрещал ей делать категорически, ворча: «Рано тебе ещё на обложку».

Ну, а раз так – значит, и колдовские инструменты можно было использовать те, какие удобно, а не самые незаметные.

Нисколько не сомневаясь больше, Виттория выдернула из подола юбки тонкий красный шнурок, достала из сумки камень-талисман с морского берега – маленький кругляшок с дырочкой в верхней части – и привязала его к шнурку.

– Покажи мне, покажи мне, – протянула она нараспев, раскачивая импровизированный маятник из стороны в сторону. – Покажи мне то, что я хочу найти!

Мама испуганного мальчика, временно лишившаяся ясности рассудка из-за кошмаров; старушка-кассирша, тихонько подвывающая во сне; изнурённая мастер скорых расчётов из киностудии; наконец, сама она, Виттория Флорабелио – все они имели нечто общее, объединяющее, некое неуловимое сходство…

«Страх? – пронеслось в голове. – Нет, не совсем так. Измученность страхом. Безнадёжность… Вот оно».

Уловив смутный, ускользающий от сознания образ, Виттория зажмурилась, представляя его как можно ярче – и в ту же секунду камешек на шнурке дёрнулся и указал направление.

– Учебные корпуса? – удивилась Летиция, обернувшись в нужную сторону. – В такое время? Кто там, интересно – ученик задремал в библиотеке, что ли?

Шнурок натянулся, завибрировал, точно поторапливая – и Виттория решительно двинулась в сторону семиэтажной башни с часами в правой части школы. На первом этаже там располагался просторный холл с помпезной люстрой, раздевалки, лифты, столовая, лестницы и небольшая комнатка с табличкой «Материальные ценности». Там спал в свободное от работы время неуловимый мастер по хозяйству – очень полезный человек, который определял, сколько щёток, швабр, тряпок и рулонов туалетной бумаги положено закупить и как провести по смете хотя бы одно жестяное ведро сверх планируемого. Камень на шнурке немного покружил у двери, словно принюхиваясь – и дёрнулся к лестнице.

– Вверх, – вздохнула Летиция. – Так и знала, что не стоило надевать каблуки… ой!

Белый Лис подхватил её на руки, словно это была самая естественная вещь на свете, и одним махом преодолел половину лестничного пролёта, а потом обернулся, высокомерно выгнув бровь:

– Вы ещё там? Догоняйте. Или ты там сама спишь, о диковинка?

Второй этаж, где располагались кабинеты для индивидуальных занятий и лаборатории отделения естественных наук, талисман не удостоил вниманием. Зато на третьем замер – и настойчиво потащил Витторию в библиотеку.

На душе отчего-то кошки скребли, как в дурном сне, от которого пытаешься очнуться, да не выходит.

– Это не ученик, – заметила Летиция, когда они одним махом просвистели с три десятка рядов со стеллажами и упёрлись в заграждение-цепочку. – Дальше стоят книги, которые получают по допуску от курирующего преподавателя. Кстати, можешь отпустить меня, я и сама ходить могу.

– И не подумаю, – фыркнул Белый, жадно вглядываясь в пыльный сумрак между стеллажами. – Мало ли, что выпрыгнет на нас из темноты, о драгоценная.

– Ага, например, «Расширенный академический словарь», – в тон ему ответила Летиция, не спеша, впрочем, вырываться из объятий. – Ужасная штука.

Виттория, которая видела немного больше, могла бы возразить, что словари – не самое жуткое, что встречается в библиотеке: например, полуметровые пауки или призрак мальчика, из глаз которого постоянно сочится белесоватая кровь, гораздо страшнее. Особенно когда он неожиданно выглядывает из-за полок, как сейчас.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364029, containerId: 'containerId364029' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

– Прогнать его? – тихо спросил Рю, положив руку ей на плечо.

Виттория сглотнула – а потом качнула головой:

– Не надо. Он же не злой, просто ему скучно.

Рю окинул её долгим задумчивым взглядом, но ничего не сказал.