Йера для командора (СИ) - Амос Нея - Страница 4

Его ментал так светится, что почти ослепляет меня. На миг я тяну к нему руку, и Ротор внезапно весь твердеет до состояния камня.

Я поднимаю взгляд к его лицу и вижу, как сильно оно напряжено - до выступающих вен.

Он невероятно зол. Просто готов порвать.

- Вытащи из моего щита своего паразита, - цедит он сквозь зубы.

От его холодного тона меня пробирает дрожь. Он будто за миг становится моим врагом.

Паразита?

Я настолько теряюсь, что не сразу понимаю, о чем он. Неужели, о семечке? А потом зажмуриваюсь, сосредотачиваюсь и проверяю ментальное поле, жмурясь от яркости.

Точно. По какой-то причине моя сила до сих пор сидит в его щите, творя с ним непонятно что. Первый раз встречаю такой эффект от моего проникновения в ментал.

Я тянусь к семечку, хочу ее забрать, но у меня не выходит.

- Быстрее! - рычит Ротор мне на ухо раненым зверем. - Или я за себя не отвечаю!

От его резкой смены настроения и поведения меня всю трясет. Я не могу сосредоточиться на деле, то и дело выныриваю из тумана, чтобы заглянуть в его лицо. Кусаю губы.

Не получается.

Слезы пекут глаза.

Пытаюсь схватить семечку ментальной рукой, но она даже не берется. Рука скользит мимо нее, словно она стала частью щита.

Ротор мстительно цедит:

- Если я тебя сейчас возьму, не верещи потом.

Меня лихорадит. Тело хочет его безумно, а разум в шоке. Я пытаюсь понять, что к чему. Почему его сначала накрыло, а потом… Потом он ведет себя вот так холодно? Почему сначала ласкал словами, а сейчас хлестает?

Неужели, все дело в “занозе” в ментальном щите?

А как же йера? Как же истинность? Как же “моя страстная, моя…”

- На-я-на… - угрожающе тянет слоги Ротор.

Я зажмуриваюсь. Снова и снова пытаюсь забрать свою силу назад, но не могу.

И тут он резко упирается головкой члена в мое лоно и входит в меня на всю длину. Я вскрикиваю от неожиданности, удовольствия и острых ощущений.

Удивительно, но мне не больно. Наверное, потому, что я давно готова принять его. Только потом от страха я вся сжимаюсь вокруг его члена так, что он кажется мне титановым, а не живым.

Я чувствую себя такой беззащитной под ним. Смотрю в его глаза, и вижу смесь страсти и злости.

Это еще больше выбивает меня из колеи.

И тут он стонет. Мучительно, протяжно, и так приятно. И начинает двигаться внутри меня.

Теперь стоны срываются и с моих губ - я не могу их удержать. Мне так хорошо, словно именно ради этого момента я и жила всю жизнь. Ни с чем не сравнимое удовольствием тяжести мужского тела на мне, чувства наполненности и движения внутри. Он словно высекает из меня искры наслаждения.

В момент, когда я ощущаю, что еще немного и у меня снесет крышу от кайфа, из меня вырывается:

- Еще!

И тут Ротор замирает. Встряхивает головой, словно сбрасывая наваждение, а потом смотрит на меня так, словно я гадюка, кобра. Будто люто ненавидит.

- Чрамз вартер! - Он явно матерится на своем языке, обдает ледяным взглядом.

Выходит из меня, отстраняется и резко встает. Одевается так быстро, что перед глазами мелькает. И неожиданно хлопает дверью на выход, оставляя меня с ощущением холода и пустоты, все еще пульсирующую и не доведенную до пика.

Я закрываю лицо рукой. Меня всю трясет.

Так ужасно, пожалуй, я себя еще никогда не чувствовала. Униженной, раскатанной, растоптанной. Даже когда узнала о браке с восьмируким.

В горле комок.

Но не успеваю я заплакать, как дверь резко открывается, отлетает в стену и на мне снова оказывается Ротор. Выражение лица нечитаемое. Он расстегивает ширинку, резко входит в мягкую и мокрую меня и начинает меня брать. По другому это не назвать - брать - и только так.

Настолько глубоко, что я чувствую, как он до боли врезается в мою матку, как яйца стучат по попе. Яростно и беспощадно.

Теперь он высекает из меня не искры удовольствия, а громкие стоны. Мне стыдно, что мне хорошо от такого обращения.

Ротор изменил свое мнение? Я все-таки его йера? Понял, что я ничего не подсаживала в его ментал? Хочет извинится?

Тогда почему так груб?

Ротор хватает меня за бедра так, словно я вырываюсь, и я теку внизу еще сильнее. Целует в плечо, в шею.

Из головы мигом вылетают все обиды. Я выгибаюсь под ним, подмахиваю попой, иногда пытаюсь соскочить, когда он берет меня слишком глубоко, и это его только сильнее заводит - насаживает сильнее.

Ротор рычит. С моих же губ срываются громкие стоны.

Его рука обхватывает мою попу, фиксирует так, чтобы я не сбегала.Один палец ложится ровно между полупопий, и это возбуждает еще сильнее. Я ощущаю, что как член внутри меня становится невероятно твердым. Это ощущается внутри сладко-больно.

Я подсознательно понимаю, что он сейчас кончит. В голове проносится мысль: “Как хорошо, что я с совершеннолетия вкалываю противозачаточную капсулу”.

Но тут Ротор притормаживает. Я начинаю сама извиваться под ним - мое тело просит продолжения.

- Т-ш-ш. Жди. Иначе ты не получишь удовольствия.

Удовольствие? Да я и так его получила. Каждое движение высекает искры наслаждения. Но так приятно, что он обо мне думает, заботится.

Все-таки, он раскаялся. Все-таки понял, что я его йера.

Ротор продолжает: выходит почти до конца, а потом резко входит на всю длину, и так снова и снова. Я ощущаю, как у меня внизу живота все словно к чему-то готовится. Мышцы сжимаются вокруг члена, и каждый спазм будто обещает, что следующий будет еще приятней и еще, еще и еще, еще и еще, только надо не останавливаться.

И когда меня накрывает волна за волной удовольствия, я кричу. Вся выгибаюсь, вцепляюсь в плечи Ратая, и хочу продлить это навечно.

Сумасшедшее удовольствие разливается от низа живота, доходит до головы и словно повторяется там. И так несколько раз, пока я не затихаю, а тело не расслабляется.

И только тогда я ощущаю, что Ротор внутри меня все еще каменно-твердый. Он еще не получил свою разрядку.

Барсиец медленно выходит из меня, и мой взгляд падает на его член.

Эта громадина была внутри меня? Мало того, что он длинный, сантиметров двадцать пять-тридцать, так еще и толстый, в диаметре не меньше пяти-семи. Как помеситился?

Вид розовой головки с каплей жидкости на конце так будоражит, что я сжимаю ноги вместе, стараясь хоть как-то снять напряжение внизу живота.

Ротор хватает меня за ноги и одним рывков переворачивает на живот. Его руки упираются по обе стороны от меня, а потом одна из них подхватывает меня под живот и приподнимает попу.

И он снова входит в меня. Резко, рывком, до конца. Рычит, а я кричу, потому что это слишком. В этой позе, когда я на коленях, он чувствуется просто огромным, и мне хочется соскочить с него, потому что… перебор. Слишком хорошо, слишком возбуждающе, слишком остро и глубоко.

Но Ротор хватает меня за попу одной рукой, а второй обматывает волосы в хвосте на руку, не дает сбежать. Вбивается до конца так, что яйца снова стучат по попе, а я кричу - от кайфа, от остроты, от ощущений. Я чувствую сладкую боль. И теку, теку, теку.

Он берет меня грубо, но я словно перестраиваюсь внутри для него. Боли уже нет, только чистое удовольствие. Я слышу, как пошло хлюпает моя киска при каждом его движении.

- Какая ты мокрая, - довольно рычит Ротор. - Как же ты меня хочешь!

Я даже не спорю. Это бессмысленно. Я просто сочусь соком желания.

А он все меня берет и берет. Но тут я отмечаю на бессознательном:

В нем нет нежности, но есть страсть.

В нем нет ласки, но есть сила.

В нем нет любви, есть злость.

Я ощущаю это, когда он особо крепко вцепляется в мою попу и насаживает на себя полностью и беспощадно, чтобы излиться. Пульсирует во мне, наполняя так, что я ощущаю влагу по бедрам, хотя он все еще кончает.

Я вся выгибаюсь. Подчиняюсь в этом маленьком моменте. Я хочу быть вся его. Хочу вбирать его семя в себя раз за разом.