Изгой Проклятого Клана. Том 5 (СИ) - Пламенев Владимир - Страница 26

— В Империи — может быть. Но между людьми есть закон ещё выше. Закон воздаяния по заслугам. Наказание по преступлению. Не больше. Это и называется справедливостью.

— Хо! Вы слышали, господа? — Император посмотрел на остальных. — Граф Северский только что подверг мою волю сомнению. Что я самодур, представляете?

Я этого не говорил.

Но это был неозвученный факт. Который и так был всем прекрасно понятен.

Император сделал шаг к Николаю Громову. Бледному. Напряжённому, как натянутая струна. И положил руку ему на плечо:

— Племянник. Слышал, что говорит граф Северский? В Империи есть закон выше, чем моя воля. Как думаешь, это преступление?

Ни живой, ни мёртвый Николай едва шевелил губами:

— Н-не знаю.

— Хм… может, ты с ним согласен? — и тут Император покосился на князя Громова.

— НЕТ! — выпалил Николай.

— Так что, преступник граф Северский или нет?

— Он… — на лице Николая проступила борьба. Капля пота стекла по его виску. — Он…

— Отвечай. Немедленно, — надавил Император.

— Все, кто ставят Вашу волю под сомнение, совершают преступление, — словно заученную фразу, сказал он. Хотя я точно знал — она не заучена.

— Вот ты — образцовый гвардеец! По-настоящему! — Император хлопнул его по спине. — Значит, твой отец заслуживает смерти? — Николай испуганно посмотрел на него. — Ты сам сказал.

— Ваше Величество! — железно произнёс я. — Сейчас ни один человек в зале не скажет Вам правду. И Вы это знаете.

Но Император лишь бросил на меня краткий взгляд и заговорил Николаю:

— Видишь, он считает Вас лжецами. Заодно подвергает мой авторитет сомнению. Это даже хуже, чем технологический шпионаж твоего отца, как считаешь?

— Д-да, — моргал Николай.

— Хорошо. Тогда я переназначаю сегодняшним судьёй — тебя. Выбери, кто сегодня покинет этот зал живым. Непокорный граф Северский или лицемерный князь Громов. А потом приведи в исполнение.

— О-он… — Николай выглядел совершенно потерянным. — Северский спас мне жизнь…

— А отец — дал её, — невозмутимо сказал Император. — Выбирай.

Николай медленно поднял пистолет на меня. Через силу. Сквозь огромное внутреннее сопротивление.

Но выстрелить я ему не позволил. Я выбил пистолет из его рук, к его же облегчению. А затем лёгким тычком и подачей маны в энергетику, отправил в отключку.

Отдохни, парень. Хватит с тебя этого отмороженного кретина.

Остальные гвардейцы были наготове. Но не поднимали оружие, озираясь на Императора.

— Вот видишь, граф? Твоя справедливость не работает. А моя — вполне. Так что делай выводы, — он взмахнул рукой. — Развяжите их. Судья Северский помиловал всех троих. Пусть будут ему благодарны. А настоящего заказчика убийства я жду через неделю. Живым.

Послышалось сразу несколько вздохов облегчения.

Думаю, после сегодняшнего, ряды заговорщиков будут только сплочённее. А запущенные слухи… только ускорят рост ненависти к Императору.

Он не мог этого не понимать.

НЕ МОГ!

Император пошёл на выход.

Но, пока он ещё не дошёл до дверей, я ощутил, как с его энергетикой что-то происходит…

Какой-то надлом. Его огромная сила, протекающая внутри, остановилась на долю секунды. И внутри его тела произошёл выброс маны.

В эту секунду Император остановился. Покачнулся.

Двое гвардейцев подскочили к нему. В этот самый момент было достаточно обыкновенного клинка, чтобы оборвать его жизнь.

Судя по тому, как в спину Императора смотрели только что снявшие повязки узники, эта мысль посетила не только меня.

Но в следующую же секунду Император пришёл в себя. Он отмахнулся от гвардейцев. И пошёл дальше, гордо выпрямившись.

Хм…

После произошедшего аристократы стали разъезжаться по своим владениям. Но каждый из них был обязан пройти через менталиста. Что все исправно и делали.

Менталистов здесь было несколько. Но каждый из них к концу всех проверок был похож на выжатый лимон. Некоторые держались за голову от боли. У каждого мана была близка к уровню критической нехватки.

Меня не проверяли.

Однако и просто так пропускать не собирались. У выхода меня ждали, четверо гвардейцев:

— Граф Северский, — учтиво поклонился один из них. — Прошу проследовать за мной. Приказ государя.

— Что на этот раз? — нахмурился я.

— Нам не велено разглашать. Узнаете обо всём на месте, — ответил он. — Здесь недалеко.

Я нахмурился.

Большего безумия, чем Император уже натворил, он просто не сможет выкинуть.

Не сможет ведь?

Я пошёл за гвардейцами. Они проводили меня с парадного выхода на подземную парковку. А здесь такая была.

Там ожидали ещё полтора десятка гвардейцев. Несколько первоклассных машин, с бронёй и магической защитой.

А посреди всего этого брутального великолепия…

— Граф, — исполнила глубокий реверанс только подошедшая Ада Вознесенская. Она была в новом тёмно-синем платье. И без единой царапины на нежной коже. Я ощутил изысканный запах её духов. — Батюшка велел мне отправиться в имение клана под Вашим присмотром, — и заправила кудрявый локон за ушко, кокетливо смотря на меня ярко-голубыми глазами. — Вы возьмёте меня под свою защиту?

Глава 14

— Его Величество не отдавал мне подобных приказов, — подметил я.

— А это и не приказ… — пленительно улыбнулась Ада. Даже слишком… искренне? Нет, вот её искренности мне точно было не нужно. — Просьба. Всего лишь просьба. Он Вам очень доверяет, — она прикрыла пухлые губы пальцами и засмеялась. — С каждой вашей встречей всё больше.

Зря. Очень зря. Если она говорит правду, в чём я не мог удостовериться до конца. То искренна, то нет. Я не мог разобрать, где в коктейле её интонаций и мимических изменений прячется ложь, а где выражается правда.

Чем-то она отдалённо напомнила беса Борьку.

Пусть и была очаровательна. Если бы я искал женщину по внешности, то несомненно рассмотрел её в качестве любовницы. Она без проблем могла конкурировать с первыми красавицами Империи. И даже с моими.

— Просьба подразумевает возможность отказа, — сказал я. — Потому я откажусь. Слишком много дел ждёт меня в собственных владениях.

— Граф, — она тут же двинулась ближе. Изящно «подплыла», почти касаясь меня. Так близко, что это было на самой грани приличия. Все её улыбки и заигрывания пропали. Она пристально смотрела мне в глаза. — Чем я заслужила такое недоверие? Скажите, в чём моя вина?

Я оставался спокоен.

Вполне походило на манипуляцию. Чтобы я почувствовал себя не в своей тарелке, а потом сделал так, как ей хочется… или, точнее — как ей поручено. Едва ли она в действительности нуждалась в таком телохранителе как я. У неё вон — почти два десятка молодцов, вооружённых до зубов.

Не думаю, что после неудачного покушения, хоть кто-то осмелиться высунуться и попытать счастья в убийстве или захвате принцессы.

Пусть это и не было исключено на сто процентов.

— Ни в чём, Ваше Высочество. Исключительно прагматичный подход. Приоритеты.

— Значит, вы в открытую заявляете, что Ваши проблемы важнее безопасности принцессы? — с претенциозной ноткой спросила она.

Но я не ответил.

Положительный ответ был совершенно очевиден.

А озвучивать его вслух — почти оскорбление.

Ада повела носиком в сторону. Надулась.

— Всего доброго, Ваше Высочество, — я кивнул и развернулся.

Но…

— Мне нечего предложить Вам, граф, — услышал я её голос. — Даже статус мой — сомнителен. Принцесса-бастард — «очаровательное» сочетание. Пусть я узаконена. Но в глазах моих сестёр я никогда не буду им равна. Я это понимаю. Понимаю и то, что связываться со мной — не лучший способ укрепить свои позиции в высшем обществе. Потому что это ляжет пятном на репутации столь быстрорастущего аристократа как Вы. Мои законнорождённые сёстры этого не одобрят. А то, чего не одобрят они, через пару недель не одобрят и их мужья — главы и наследники княжеских семей.