"Фантастика 2024-148". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Малунов Николай Александрович "Дневники Бродяги" - Страница 69

— Оплата, как мы и планировали?

— Две трети золотом, остальное — нефтью. Вывозить будут итальянскими танкерами. Они заинтересованы в нефтепроводе Грозный-Новороссийск. Даже предлагают свои трубы и технологии или участие в финансировании этого трубопровода.

— Сейчас работает нефтепровод Грозный-Туапсе. Мы построили его сами, по своим технологиям. Чем он не устраивает Муссолини?

— У Дуче серьезные аппетиты. Он хочет много нефти. Очень много.

— Знаем мы, для чего ему нефть. В Африку хочет влезть. Колонии ему нужны. А без нефти Эфиопию не покорить. Хорошо. Увеличить добычу нефти в Грозном мы можем. Протянуть нитку еще и в Новороссийск мы тоже можем. Поти получает полтора миллиона тонн нефти в год по этому нефтепроводу. В Новороссийск — на двести километров получается длиннее. Трубы найдем. Договариваться надо, но увязать с продажей нам авиастроительного завода в комплекте с моторостроительным и предложи создать совместное предприятие, проложим трубопровод и построим перерабатывающий завод в районе Новороссийска. Пусть хорошо над этим подумают. Думаю, покупать сразу же бензин им будет интереснее, чем просто нефть. А что будет через пять-семь лет, мы еще посмотрим!

— Это будет очень хорошо, Коба, но Муссолини непредсказуем. И усиливать антикоммунистический режим… Может быть, все-таки надо как-то в условиях договоров включить снятие запретов и репрессий на деятельность компартии?

— Это неправильно будет, Вяче. Мы привяжем дуче к дешевой нефти, которую он будет получать в очень солидных количествах. Вот и будет себя вести приличнее. До какого-то момента. Верить ему мы не будем. А итальянским коммунистам надо научиться работать в подполье. И хорошо работать!

Иосиф Виссарионович уже имел определенные послезнания, которые говорили о том, что Италия станет врагом СССР, причём верным союзником нацистской Германии. Он отошёл к столу, начал набивать трубку табаком. Это занятие позволяло взять небольшую паузу и подумать. Впрочем, как бы не улучшать состояние итальянской экономики, вояки из итальяшек никакие. Вот их флот…

— И последний пункт, Япония. Что скажешь, Вяче? Наши позиции по КВЖД удалось отстоять? Ты предложил Японии торговый договор, в котором Дальний становится пунктом доставку в Японию нужного сырья?

— Японцы юлят. Они уверены в своих силах. И требуют от нас прекратить помощь Китаю. Адмирал Сайто Макото, который не только премьер-министр, но и министр иностранных дел…

— Не похожая ситуация, Вяче?

— Да. Коба, похожая, куда деться. В общем, адмирал продавливает свою позицию: признание СССР Маньчжоу-Го, отказаться от помощи повстанцам, при этом настаивают и на том, что монгольские отряды — это наших рук дело. В общем, претензий у японцев к нам много. Во время конфликта на КВЖД мы зубы показали, но самураи уверены, что СССР им на один зуб.

— На один зуб, говоришь? Хорошо. Значит, их наша нефть не интересует? Это тоже хорошо. Без нефти их флот становится уязвимым, как и армия. Но это уже не наши проблемы, Вяче… или всё-таки наши?

— В общем, ни одно из наших предложений японцев не заинтересовало. Разве что намекают на то, что хотят весь Сахалин.

— И дырку от бублика, да… а не Сахалин. Конечно, наш флот ничего японскому противопоставить не сможет. Но это временно. Думаю, мы с товарищами соберемся, надо вопрос хорошо обдумать. Маньчжурия… вот и посмотрим, что думают по этому поводу товарищи. Вечером и соберемся.

— Да, Коба, еще в Японии с нашей делегацией связались люди из госдепа США, они интересовались возможностью начать переговоры о признании СССР.

— А вот это очень хорошая новость, Вяче. Переговоры необходимо начинать. И еще, посмотри, кого на эти переговоры направить. Никого из людей Литвинова там и близко быть не должно! Понятно?

— Ясно. Хорошо, начнём работу.

Вечером в кабинете Сталина кроме Молотова оказались Ворошилов, начальник Штаба РККА Егоров, нарком внутренних дел Киров, начальник ИНО Артузов.

— Товарищи, какова сейчас ситуация в Маньчжурии?

Слово взял Артузов.

— Ситуация такова, что в Маньчжурии сейчас разворачивается антияпонское восстание. Его возглавил Ма Чжаньшань. Он считается национальным героем, сопротивлялся вторжению японцев, потом всё-таки был куплен японской разведкой, прекратил боевые действия, получил должность министра обороны Маньчжоу-го. Интересный факт, что умудрился не подписать Декларацию независимости марионеточного государства, сказался больным. В апреле сумел вывезти большое количество вооружения из арсеналов, объявил маневры верных ему частей маньчжурской армии. В результате у него самая большая по численности военная сила в этих краях. Сейчас сформировал порядка девяти бригад и десяти отдельных соединений, общей численностью более двухсот тысяч человек. Основной недостаток — отсутствие хорошей артиллерии. По нашей линии стал получать помощь с мая месяца переправлено более десяти тысяч винтовок и боеприпасы к ним, полсотни пулеметов, десять трехдюймовых орудий с боеприпасами. Сейчас в армии Ма порядка сорока наших военных специалистов. Но войска Северо-восточной армии антияпонского национального спасения все еще плохо обучены и с дисциплиной у них тоже, весьма плохо. Квантунская армия сосредотачивает против Ма свои силы, думаю, операцию начнут в ближайшие дни.

— Кто возглавляет военных специалистов?

— Мы отправили товарища Чуйкова. Он довольно крепкий командир, посмотрим, как сможет справиться с армией Ма. — ответил Егоров.

— Мы должны понимать, товарищи, что Ма Чжаньшань нам не друг, он типичный китайский, точнее, маньчжурский милитарист. И мы сильно рискуем, оказывая ему помощь, правительство Японии уже выразило нам свое недовольство действиями в Маньчжурии. — добавил Молотов.

— Товарищ Молотов, в Маньчжурии мы защищаем и наши интересы. К сожалению, коммунистов в Маньчжоу-го раз-два и обчелся. Есть перспективные товарищи, с которыми ведут работу по линии Коминтерна, но ситуация там такова, что пролетариата, как такового, нет. Опорой любой партии будут крестьяне. В общем, пока что это проблема. Поддержать генерала Ма? Не самый худший вариант. Думаю, надо подкинуть генералу и артиллерию, и танки, и самолеты… с нашими экипажами. И пусть учат их воевать против японцев. Че серьезнее они увязнут в Маньчжурии, тем лучше для нас. Конечно, много не дадим. Самим не хватает. Но что-то выделим. А что у нас с формированием добровольческих бригад, товарищ Егоров?

— Две добровольческие интербригады собираем на границах Монголии и Маньчжурии. Общее количество двенадцать тысяч человек. Одна бригада полностью конная, на пятьдесят процентов состоит из монголов, командир — Ока Городовиков, командный состав из кавалеристов Первой конной. Пусть повышают квалификацию. На вооружении бригады пулеметы и артиллерия. Вторая бригада пехотная, частично набраны маньчжуры, бежавшие в СССР, частично китайцы и наши добровольцы, в том числе корейцы. Командующий — Соллогуб, командный состав из командиров, которые проходили по делу «Весна» и реабилитированы. Общее руководство добровольческим корпусом решено доверить Сытину, он участник русско-японской войны, вот и посмотрим, что он там напридумывает. Начальником штаба у него Шарангович, тоже проходивший по делу «Весна».

— Мы не слишком рискуем, назначая на такие ответственные посты людей, которые обижены на советскую власть? Что думаешь, товарищ Киров?

— Думаю, товарищ Сталин, что эти товарищи поняли, что стали жертвами контрреволюционного заговора, а то, что советская власть полностью их оправдала и реабилитировала, говорит только в нашу пользу. Тем более, что обе бригады и штаб корпуса мы усилили нашими проверенными комиссарами. И особые отделы тоже набраны из проверенных товарищей. Так что проблем быть не должно.

— Товарищ Артузов, скажите, по вашей линии ведется работа с перспективными товарищами в Маньчжурии? Мы хорошо должны понимать, насколько реально нам заменить генерала Ма, если он начнет вести себя не слишком правильно.