"Фантастика 2024-148". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Малунов Николай Александрович "Дневники Бродяги" - Страница 150

— Мигель, всё в наших руках! Смотри! Три тысячи идейных анархистов сейчас отправляются на фронт! Воевать против фашизма! Ты же знаешь мой главный принцип: «С фашистами не надо разговаривать, их надо уничтожать!».

— И я с тобой согласен, Хосе.

— Так давай с нами.

— Поэтому я еду с вами, точнее, мой поезд уйдет на час раньше. Я хочу быть уверенным, что во Франции всё пройдёт как следует.

— Это дело! Ты знаешь, что там к нам присоединяться двести одиннадцать человек? И мы хотим сформировать отдельную французскую интербригаду. Если ее согласиться возглавить товарищ Несторо, будет замечательно!

Это он про то, что батька Махно никак не решиться принять участие в Гражданской войне в Германии. Смогут его уломать? Кто знает? Но если отряды анархистов из Франции возглавит этот человек, будет интересно. Во всяком случае, в Штутгарте он не растерялся. И если бы тогда нацисты не напали так внезапно, то потери у них были куда как большими. Интересно, как это Нестор смог протащить через границу Маузер? Впрочем, это не моя печаль. А вот сделать так, чтобы всё прошло согласно договоренностям — необходимость.

— Да, согласен. Думаю, в Париже вы сможете пообщаться. Правда, поговаривают, что здоровьем Нестор сдал, но тут такое дело — может быть, большая цель вернет его к жизни? Как считаешь, надрать задницы монархистам и фашистам — большая цель, Хосе?

— Это очень хорошая цель, Мигель! Ты поедешь вместе со своей прелестной каталонкой?

— С женой. Нас расписали в посольстве.

— В церкви венчаться не будете?

Вот гад, подкалывает!

— Конечно, не будем. Мы оба атеисты, какая церковь?

— А это по-нашему! Молодцы! Когда?

— Неделю назад. Тебя в Мадриде не было. Мы тут с товарищами распили пару бутылочек…

— Всего пару? Если бы я был с вами, одной парой вы бы не отделались.

— Ну, не одной парой обошлось…

— Хорошо! Ты смотри, нашу Лину не обижай! Она теперь как, Лина Мартинес?

— Да.

— И согласилась? Решительная девушка! Уважаю!

Вообще-то она теперь Паулина (Лина) Оденсе-Кольцова. Но эти документы она получит уже в Москве, а тут она госпожа Мартинес. И документы заверены в городской управе Мадрида. Но тут я увидел Лину, которая быстро пробиралась сквозь толпу ко мне. Распрощавшись с Дуррути мы направились к поезду, который уже стоял под парами. Нам предстоял долгий путь в Париж.

— Мигель! Тебя ждет Гаскойн!

Ну вот, раз этот человек тут, значит, не всё пойдёт так, как было задумано с самого начала. Конечно, этого человека звали не Гаскойн. Протолкнувшись к своему поезду, я увидел довольно подтянутого мужчину, с аккуратно изменённой внешностью. Всего — то парик и аккуратно наклеенная бородка. Узнать в нем капитана Гюстава Бертрана было бы сложновато. Этот человек сейчас возглавлял отдел Д французской разведки (фактически — отдел шифрования). Ради этой миссии его отвлекли от работы по взламыванию «Энигмы», впрочем, я знал (читал когда-то), что его успехи в дешифровке были основаны на элементарном подкупе Шмитда, сотрудника немецкого криптографического агентства. Впрочем, сейчас это не имело никакого значения. Капитан Бертран был уполномочен решать все вопросы, связанные с пропуском интернационалистов через Францию.

— Мигель, дорогой друг!

До отправления поезда оставалось пять минут, понимаю, что в это время уложиться будет сложно, но всё-таки…

— Приветствую, Гаскойн! Какими судьбами?

— Я совершенно случайно встретил твою прекрасную Лину и узнал, что мы едем в одном поезде. Предлагаю, встретиться в вагоне-ресторане через час. Кстати, примите мои искренние поздравления. Вы очень приятная пара!

— Меня это устраивает. Хорошие попутчики — залог веселого свадебного путешествия.

Чувствую, что путешествие будет действительно веселым. Предчувствия меня не обманули. Через час мы расположились в роскошном вагоне-ресторане, при этом я заметил, что Лина прекрасно себя в нем чувствует. Уверенно исполняя роль приличной буржуа. Во всяком случае, умение использовать столовыми приборами и знание этикета у нее на уровне. Думаю, это хорошая подготовка в Москве. Интересно, ее готовили как разведчицу или как диверсанта? Или все в одном флаконе? Впрочем, это она мне не расскажет. У каждого из нас есть свои секреты. И сразу же раскрывать их друг перед другом — это несусветная глупость. Потом, если мне разрешат… И то, не уверен.

— Мигель, должен тебя предупредить, что мы решили изменить маршрут движения вашего эшелона. Иначе бы ничего не вышло. Конечная точка остается той же: Мец, а уже оттуда в Германию. И это мы отстояли. Но вот через Париж эшелон не пойдет. Правые уперлись рогом: боятся переворота и повтора Парижской коммуны. Ты должен войти в наше положение. Было бы прекрасно — митинг на Марсовом поле, потом срочная отправка в Германию наших анархистов. Но… Еще и лимонники стали бухтеть. Хотели вообще осуществить полную блокаду Веймарской республики.

— И что же ваше правительство?

— Мы выполним все наши обещания. Но только маршрут — из Байонны вы отправитесь на Лион, а уже через него в Мец. Немного больше получится расстояние, но совершенно не критично. В Дижоне к вам присоединятся добровольцы из нашей благословенной Франции.

Ну что же — очень хорошо, что между союзниками по Антанте возникли сердечные разногласия. Англосаксы имели виды на немцев как на пушечное мясо, которое можно бросить против СССР. При этом были готовы пожертвовать и Францией, если потребуется укрепить амбиции германских милитаристов. Ну а Франция увидела подходящий момент для серьезного ослабления своего беспокойного и очень быстро набирающего силу соседа. И упускать такую возможность не хотела ни за какие коврижки. То, что в Париже почти безвылазно сидит то один, то второй влиятельный британский политик, говорило о стремлении лордов изменить ситуацию в Европе. Разгром Франции и передел ее колониального наследства — еще один очень приятный итог Второй мировой для англосаксов. Будет ли такой исход в этой реальности, или Франция останется мощной европейской и мировой державой? Поживём — увидим.

— И еще. Принято решение о формировании нашей интербригады в Марселе. Там есть инструктора из Иностранного легиона, они немного поднатаскают добровольцев перед тем, как их отправить на фронт. Кстати, вам известны последние новости из Германии?

— Какие именно?

— По радио выступил Геринг и призвал нацистов выступить «фактором стабильности» в Веймарской республике.

— И что это по-вашему означает? — поинтересовался я у собеседника.

— Это означает, что нацисты решились сыграть самостоятельную роль в этой пьесе. И захотят взять власть в свои руки. По нашим данным, ситуацию в Мюнхене они контролируют полностью.

— Значит, пару дней и вся Бавария окажется в их руках?

— Это как минимум.

— А что ваши польские коллеги, Гаскойн? Они не хотят выловить рыбку в этой мутной водичке.

— Ну зачем же вы так, Мигель… какие они нам коллеги?

— Гаскойн, понимаете, нам хорошо известно по поводу какой машинки вы так тесно сотрудничаете с польскими панами из соответствующего отдела их Дефензивы. У ваших «не-коллег» очень серьезно течёт.

— Ну вы же понимаете, Мигель, что если я и знал бы что-то о планах ваших беспокойных соседей, то не мог бы вам ничего рассказать. Конечно, вы понимаете, что смерть Пилсудского они простить не смогут, но какие они предпримут действия и в какие сроки я понятия не имею. Раз у них там так хорошо протекает, вы должны быть в курсе намного раньше меня.

— Скажем так, Гаскойн, меня интересует ваш взгляд на эту ситуацию. Именно как специалиста. Оценочное суждение, ничего более.

— Предлагаете обменяться оценочными суждениями?

— Почему бы и нет? Мне тоже не известны планы нашего руководства. Только своя локальная задача, но поговорить о прогнозах, обменяться какими-то выводами, это было бы интересно.