"Фантастика 2025-48". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Гришанин Дмитрий - Страница 82

Внимание! Ваше Персональное Кольцо Развития поглотило энергосуть 0,9 уровня. Вам начисляется: 9 очков теневого развития, 3 теневых бонуса к Силе, 3 теневых бонуса к Ловкости, 5 теневых бонусов к Выносливости, 1 теневой бонус к Интеллекту, 6 теневых бонусов к КЭП.

Серафима! Это че за фигня! — возмутился я.

Вернее, попытался возмутиться. Потому как переставший повиноваться мне язык, озвучил совершенно иную фразу:

— Снова ты?

— Мариночка, я тоже рада нашей новой встрече, — расплылась в довольной улыбке Серафима. — Вчера мне понравилось работать с тобой. Надеюсь, и сегодня ты не обманешь мои ожидания.

Эй, а че происходит-то?.. Эй, ау! Я, вообще-то в сознании, и все слышу!

Но снова, вопреки моему желанию, рот-предатель вслух выдал чужую фразу:

— Куда ж я денусь-то, ты ж фиг от меня отвяжешься.

Марина, что за фокусы! — не сдавался я. — Ну-ка немедленно верни мне контроль над телом.

И в следующее мгновенье забытая на шее нитка артефакта вдруг резко натянулась, превратившись в убийственную удавку. Руки непроизвольно дернулись к шее, пытаясь ногтями выцарапать из бороды источник невыносимой боли, однако хрупкая некогда нитка вдруг оказалась прочной, как стальная струна.

«Я не могу, — простонал женский голос в голове. — Боюсь, если продолжу, это убьет наше тело.»

— Эй, ты че творишь, дура?! — возмутилась Серафима. — Ну-ка прекрати немедленно, маньячка малохольная!

Снова «разряд тока», эйфория и очередной системный лог:

Внимание! Ваше Персональное Кольцо Развития поглотило энергосуть 0,6 уровня. Вам начисляется: 6 очков теневого развития, 1 теневой бонус к Силе, 2 теневых бонуса к Ловкости, 4 теневых бонуса к Выносливости, 5 теневых бонусов к КЭП.

После встряски и последующего расслабления убийственное воздействие артефакта сошло на нет само собой.

Отходящее от удушья тело согнулось в хриплом кашле. Я же, сатанея от вынужденной беспомощности, стал высказывать предъявы своей тюремщице:

Дрянь! Серафима, какая ж ты, оказывается, двуличная дрянь! Мне все уши прожужжала о вреде поглощения энергосути, и сама же второй раз уже пичкаешь меня этим дерьмом, причем с интервалом меньше пяти минут.

Но меня, увы, по-прежнему никто не слышал.

— Очухалась, суицидница? — встряхнула меня за плечи Серафима, когда удушливый кашель подутих.

— Да, все нормально, — откликнулась Марина.

— И че на тебя вдруг накатило-то? Ведь вчера еще о сотрудничестве договорились. Или за ночь случилось чего?

Я невольно напрягся после последнего вопроса, ожидая, что порабощенная амулетом подавления Марина сейчас начнет каяться. Но моей союзнице удалось выкрутиться:

— Конечно стряслось — впервые за много-много дней я ночью не охотилась, а спала.

— Ну и чего ж ты тогда сейчас пыталась доказать?

— Да пошла ты!

— Другой разговор. Узнаю вчерашнюю напарницу… Так, клиенты наши, кажись, начинают разбегаться по подъездам. Пора и нам, подруга, выдвигаться… Ну че, милая, поработаешь, как вчера, на карман тети Серафимы?

— Чтоб ты сдохла!

— И я тя тоже люблю. Ну, погнали…

Глава 23

Охотничья удача улыбнулась нам уже в соседней квартире.

Бесшумно вскрыв замок и чуть-чуть приоткрыв дверь, Серафима тут же ко мне развернулась и едва слышно выдохнула:

— Царусы.

Семью оттопыренными пальцами на обеих руках она обозначила количество забравшихся в квартиру теневых тварей. И, отступив в сторону, широким жестом предложила мне самостоятельно разобраться с низкоуровневыми «зубастиками».

Через слишком узкую дверную щель невозможно было ничего разглядеть внутри квартиры. Потому, перво-наперво я, разумеется, решил активировать Навигатор.

И в очередной раз жестоко обломался. Ведь хозяйкой моего тела сейчас была темная сущность, а у Марины имелась своя, гораздо более рискованная, стратегия охоты на царусов.

Вместо Навигатора, она активировала Призрак. И появившаяся полупрозрачная копия моего тела легко просочилась через узкую дверную щель.

Картинка у меня перед глазами тут же словно раздвоилась. В одной половине остался знакомый тамбур, с затаившейся чуть сбоку Серафимой, и рядом появилось изображение квартирного коридора, по которому, не оставляя следов на пыльном полу, призрак неспешно побрел в сторону до дрожи знакомого многоголосого шипенья.

Стайка, вероятно, только-только забравшихся через открытую форточку в квартиру царусов как раз обустраивалась на широкой кровати бывших хозяев. Шипя и наскакивая друг на друга, твари яростно выясняли отношения, в борьбе за лучшие места на целом еще матрасе, когда на пороге спальни вдруг беззвучно нарисовалась полупрозрачная человеческая фигура. Пушистые «зубастики», следует отдать им должное, мгновенно среагировали на вторжение постороннего на их территорию. Склоки и шипенье непосед-царусов тут же как отрезало. А стоило призраку сделать еще шаг внутрь комнаты, как семь белоснежных молний, распластавшись в стремительных прыжках, атаковали незваного гостя.

Но когти и зубы царусов, разумеется, не смогли нанести ущерб бестелесному призраку. Семь теневых тварей бесполезно проскочили свозь врага, не оставив на его воздушном теле ни единой раны, и запущенный Мариной фантом продолжил неспешное продвижение внутрь спальни.

Ничуть не обескураженные первым промахом твари, оттолкнувшись от противоположной стены, тут же повторили массовую атаку. Опять, разумеется, не преуспели. Но настырности не очень умным, но упертым, царусам было не занимать, и стая атаковала снова… Пока призрак доковылял до середины спальни, белесые молнии пронзили его тело с разных сторон пять раз подряд.

А дальше Марина активировала Рывок, и двойная картинка у меня перед глазами тут же слилась одну — исчезло изображение тамбура, и я очутился в спальне на месте призрака.

Все это случилось для меня так неожиданно стремительно и было столь чудно и непривычно, что окажись в сей роковой момент тело под моим контролем, весьма вероятно, я б не успел увернуться от очередной слаженной атаки стаи прыгучих «зубастиков». Но, к счастью, тело по-прежнему контролировало бывшее исчадье, и Марина прекрасно знала: в какую сторону необходимо метнуться в следующую секунду, чтоб избежать болезненного контакта с зубами и когтями тварей.

Я и не предполагал, что способен так прогибаться, когда откинувшись назад практически коснулся шевелюрой пола, при этом каким-то чудом умудрившись не только устоять на ногах, но и активировать в руке воздушное копье.

Снова время вокруг многократно замедлилось, словно превратившись в вязкий, тягучий кисель. И я отчетливо увидел, как пролетевшие в сантиметрах над моим животом царусы, цирковым кульбитом синхронно развернулись на подлете к стене и, оттолкнувшись от нее мощными задними лапами, снова всей стаей прыгнули на меня. В полете твари азартно щелкали зубастыми челюстями и остервенело рубили воздух растопыренными когтями передних лап — брр, жуткое зрелище.

Одновременно с новой атакой стаи мое тело начало подниматься с «мостика», параллельно боковым скачком смещаясь в сторону, и из такого кривого, неуклюжего положения Марина каким-то чудом изловчилась еще выстрелить копьем навстречу летящим царусам.

Одна из тварей насадилась на голубое острие копья, как кусок мяса на шампур. И по тому, как забился в агонии царус на пробившем его насквозь длинном наконечнике, стало понятно, что он точно больше не жилец.

Остальные шестеро зубастых пушистиков вновь проскочили мимо, лапа ближайшего почти дотянулась когтем до моей груди. Но, как говорится, почти — не считается.

Период замедления закончился, и в режиме реального времени стремительные мгновенья боя замелькали перед глазами с чудовищной быстротой.

Махнув копьем вдогонку просвистевшей мимо стае, Марина отправила в спины царусам сорвавшийся с наконечника труп самого невезучего из «зубастиков». И этот снаряд, как шар в боулинге, разметал выверенный до миллиметра порядок оттолкнувшихся для очередного прыжка «зубастиков».