Товарищ "Чума" 6 (СИ) - "lanpirot" - Страница 46

Время от времени нам вновь попадались следы ребят, которых неведомый похититель провел этой же дорогой. Каким образом он вел с собой целую группу школьников и никого не потерял по дороге, мне неведомо. Но по собственно опыту я точно знаю, что это довольно сложная, а зачастую и непосильная задача. Как никак столько лет в школе проработал. Похоже, что без применения магии здесь дело не обошлось.

Наконец мы добрались до «парадного» входа в этот поистине циклопический могильник. Вход тоже был под стать самому кургану: широкий, высокий, сложенный из огромных гранитных глыб положенных друг на друга. Одним словом — весьма монументальное сооружение.

Но, как и все остальное в округе, входная курганная группа тоже основательно пострадала в произошедшем здесь когда-то противостоянии неких могучих сил. Одна сторона из которых нам была известна — это исчезнувший невесть куда лесной владыка, а вот со второй стороной — нежитью-умруном нам только предстояло познакомиться.

Я внимательно осмотрел просевшие и покосившиеся глыбы, кое-где растрескавшиеся и расколовшиеся на кусочки поменьше, а местами и вовсе представляющие собой груду каменных обломков. Но даже несмотря на все эти разрушения вход в курган производил неизгладимое впечатление.

Все каменные плиты были покрыты искусной резьбой, а местами, как мне показалось, даже присутствовали надписи на неизвестном языке. Конечно, прочитать их мне не удастся, но, думается, что в них не содержится обычная для мест вечного упокоения информация: кто лежит, чем прославился, да предупреждения могильным ворам, что возмездие их найдет.

Сам же проход внутрь кургана перегораживала огромная покосившаяся могильная плита, испещрённая многочисленными знаками, фигурами и рунами «изначального» языка, на котором составлялись все известные мне заклинания. И все это многообразие складывалось в гигантскую по своей заковыристости печать, сложную формулу которой было даже сложно охватить взглядом, а не то что прочитать.

Но это не главное: плита плотно перекрывала проход в могильник, не оставляя даже маленькой щелочки, чтобы просочиться внутрь. Развоплотиться, чтобы проникнуть бесплотным духом в курган, пока моё сознание присутствует внутри его тела, Лихорук не мог.

Ни он, ни я, не представляли последствий этого действия, да еще и в закрытом мире могильника с неизвестными доселе физико-магическими законами. Однако, неведомый погонщик и группа похищенных детей каким-то образом проникли за эту плиту.

Я (Лихорук) упал колени и посмотрел места соприкосновения перекрывающей проход плиты и каменного основания, на котором она была установлена. Так и есть — присутствовали свежие царапины и каменная крошка, а также были растерты в кашу и поломаны растения, что затянули проход в могильник за тридцать прошедших лет. А это могло означать лишь одно — плита могла сдвигаться, открывая проход.

Однако, в начертанной в камне печати я не чувствовал ни эрга силы — она была абсолютно пуста. Неожиданно, даже не знаю, что это на меня нашло, мне захотелось похулиганить. Я перехватил управление телом злыдня и, развернувшись ко входу задом несколько раз лягнул каменную плиту пяткой и громко прокричал сакраментальную фразу из «Винни-Пуха»:

— Сова, открывай! Медведь пришёл!

Естественно, что ничего не произошло, а плита даже не шелохнулась. Но душу-то я отвёл! А что если так? Лихрук понял мой посыл мгновенно и приложил свою широкую ладонь на прохладный камень запорной плиты, подпитывая печать малой толикой магии. Сложный узор печати ярко вспыхнул буквально на мгновение, плита дернулась и скрежетнула по камню, сдвигаясь буквально на чуть-чуть. Но в образовавшийся проход уже можно было протиснуться.

— Ну, вот и ладушки! — довольно произнес я, просовывая большую голову Лихорука в образовавшееся отверстие. — Леопольд, выходи! — заорал я в темноту. — Выходи, подлый трус!

[1] Акатовская курганная группа (1-я Акатовская курганная группа; XII—XIII вв.) — памятник археологии федерального значения, входит в состав Акатовского археологического комплекса. Находится в смешанном лесном массиве Кучинского лесопарка к северо-западу от квартала Акатово микрорайона Салтыковка (Балашиха, Московская область), на правом берегу речки Горенка, недалеко от её впадения в реку Пехорка (приток реки Москва). Находится на особо охраняемой природной территории «Пехорка».

Глава 23

Думаете, кто-нибудь нам с братишкой ответил? Нихрена подобного! То ли кричал я недостаточно громко, то ли слишком глубоко этот ублюдок засел в своем гигантском муравейнике и нас не слышал — не знаю. Но в ответ — тишина. Ладно, мы не гордые — сами придем, раз уж дверь в склеп нам удалось немного распахнуть. Так что, берегись, Леопольд! Мы идем! Мы уже идём…

— Ну что, старина, готов к труду и обороне? — по привычке тупо схохмил я, но Лихорук не понял моей бородатой шутки

— С-слыдень не люп-пит труд и оборону, п-пратиш-ка Ш-шума, - бесхитростно заявил Лихорук. — С-слыдень люп-пит нападать! С-слыдень люп-пит рф-фать х-хлотку с-суп-пами! С-слыдень люп-пит пить х-хоряш-шую х-хровь и вытягиф-фать с-силу ис-с-с ф-фрагоф-ф!

— Вот и отлично, дружище! — настраивая себя на боевой лад, излишне оптимистично заявил я. — Всё это я тебе обещаю… разве что кроме горячей крови — мне отчего-то кажется, что у протухших умрунов её не бывает. Поехали, братишка! — Была бы у меня собственная рука, я бы обязательно ободряюще хлопнул злыдня по плечу. Но хлопать самого себя как-то тупо.

Лихорук аккуратно, просунул свою непомерно большую башку в образовавшуюся щель между «косяком» и «створкой», стараясь не застрять в узком проходе. Ну, а раз голова прошла — всё остальное пролезло со свистом, даже напрягаться не пришлось. И вот мы стоим с братишкой в самом начале большого темного коридора, который постепенно понижаясь, уходит куда-то в полнейший мрак.

На моё счастье я находился в теле злыдня, смотрящего на мир своим единственным глазом, которому темнота была абсолютно не помеха. Он видел в темноте еще лучше, чем при свете солнца, поскольку тварь он тёмная, ночная. Я мог смотреть на мир и своим магическим зрением, которому тоже темнота не помеха. Но выглядело всё окружающее несколько необычно, словно тепловое видение инопланетянина из фильма «Хищник», которого замочил Железный Арни, так что со зрением одноглазого братишки было мне куда привычнее и спокойней.

Коридор представлял собой некую трапециевидную конструкцию, сужающуюся от пола к потолку и сплошь облицованную гладким обработанным камнем. «Наскальная живопись» в картинках здесь тоже присутствовала и, похоже, повествовала о славном героическом прошлом того перца, что отгрохал себе посреди подмосковного леса небольшой персональный могильничек, хрен его знает на сколько гектаров. Прямо настоящий нежилой комплекс — «умрувейник», черт его подери!

Мельком взглянув на пробегающие мимо меня изображения, я понял, что ничего из ряда вон выходящего хозяин кургана не совершил. Он точно так же, как и все остальные цари, каганы-ханы, императоры и остальные потрясатели вселенных, с превеликой радостью и удовольствие кошмарил простых смертных.

За счет чего и состояние нажил, и земли, и посмертную недвижимость отгрохал, дорого-богато посмотреть. Чтобы, так сказать, долго помнили терпилы почившего властелина и нервно икали, вспоминая его «добрым словом» и после смерти. А этот жук, похоже, что и сдохнув, продолжал кошмарить своих бывших подданных, вылезая по ночам из своего люксового могильника.

А дальше либо уставшие люди принесёнными жертвами и мольбой как-то уломали лесного владыку вступиться за них, либо он сам возмутился беззаконием, что творила нежить на его исконных землях — вот и схлестнулись в противоборстве две могучие силы: живая и мёртвая… И, похоже, что леший в этом противостоянии взял верх, и запечатал хозяина могильника в этом замкнутом пространстве. И, судя по волшебной лесной тропинке, доставшейся мне в подарок, с пространственной магией у леших было всё в порядке.