"Фантастика 2025-47". Компиляция. Книги 1-32 (СИ) - Ясный Дмитрий - Страница 545

Открытые переломы обеих ног, левой руки и четырех ребер. Хорошо хоть обломки не ушли внутрь, а торчали наружу, и легкие не пострадали. Пришлось едва ли не самому, при незначительной помощи со стороны, собирать себя по частям. Как справился, до сих пор понять не может. Слишком уж многое зависело от банальной удачи.

Конечно, можно было опять позабыть, как дышать, и уйти, так сказать, на перерождение. Вот только времени у него совсем не осталось. Понятно, что до нашествия монголов на Русь он уже предпринять ничего не сможет. Но очень уж хотелось увидеть результат своих трудов. Получилось ли что дельное из его стараний или все зря, как считал историк Кудрявцев, хотя уже и не в такой категоричной форме.

Опять же никакой гарантии, что в следующей реинкарнации повезет больше. Дело это такое. Непременное условие для попадания – клиническая смерть реципиента, и никак иначе. А травмы, они ведь бывают разные. Пришлось приводить в порядок свое новое тело. Ну и набраться терпения. Процесс выздоровления долгий и муторный.

А тут еще и бедность беспросветная. Отец реципиента все ходил да вздыхал, мол, лишний рот. Уже преставился бы, и всем стало бы легче. Так нет же, ни в какую не хочет помирать, хоть тресни. А едва начал подниматься с постели, так родитель тут как тут, мол, встал сердешный, вот и ладушки, только задарма тебя кормить никто не будет, кто не работает, тот не ест.

Угу. Вот сейчас все бросит и кинется управляться по хозяйству. Ему только пахать от рассвета до заката осталось. Поэтому слова батины Михаил, в смысле Ждан, пропустил мимо ушей. Зато сумел помочь соседу, который по дурости своей допустил нагноение раны и был на пути к потере ноги или могиле. Ну а там о внезапно прорезавшихся лекарских талантах стало известно окрест, и потянулся народ.

Самое смешное, что, несмотря на то что Михаил приносил в дом в разы больше отца, тот продолжал на него коситься, пыхтеть, как перегретый самовар, и требовать, чтобы неслух непременно трудился по хозяйству. Разок даже за вожжи взялся да приложился. Для начала несерьезно, лишь для острастки. Но до конца не оправившемуся организму и этого оказалось за глаза. Прибьет, дебил, к нехорошей маме, то ли по дурости, то ли из завистливой злобы, что у самого так-то не получается.

Поэтому, едва немного окрепнув, Михаил подался восвояси. Благо холопом ничьим не был, и искать его никто не станет. Ну и имя себе поменял на более привычное. Разве только фамилию на этот раз решил взять Рощин. Припомнил нравившегося ему героя из «Хождения по мукам».

Пробавляясь лекарством, сумел немного приподняться да скопить на доспехи и оружие. Присоединился к ватаге, охранявшей караван. Сблизился с одними, подтянул других, набрал десяток бойцов. Походили вместе, попритерлись, хлебнули лиха. И, когда он был уже уверен в своих соратниках, провернул свой трюк с зеркалами.

Прямые зеркала – товар нынче не дефицитный. Научились наносить олово на ровное стекло. А вот до амальгамы пока так и не додумались, потому и качество было значительно ниже тех, что изготавливал Михаил. Редкие экземпляры его работы ценились теперь дороже золота и были куда в большей цене, чем прежде. Вообще-то товар опасный, и как они его сбывали – отдельная история. Но в итоге все срослось должным образом.

Получив в свое распоряжение достаточно средств, Михаил начал искать возможность вновь стать порубежным боярином. Благо царь отменять эту практику не собирался. Правда, и желающих хватало за глаза. Пришлось подмазать кого следует, чтобы обойти иных претендентов.

В качестве вотчины ему досталась разгромленная застава, оставшаяся без законных владельцев. Можно сказать, все повторялось. Разве только это была граница Муромо-Рязанского княжества с Волжской Булгарией, и на его землях не было никаких полезных ископаемых. А вот лесов имелось в избытке. Настолько, что поля приходилось разбивать на росчистях.

За каких-то шесть лет он успел увеличить население своей вотчины, снарядить и подготовить кроме дружины еще и ополчение на две сотни мужчин. По обыкновению он вооружил арбалетами стариков, женщин и детей, дабы могли держать стены, мало ли как оно все обернется. Пополнил арсенал, да так, что его застава смогла бы стоять против монгольского войска не хуже того же Козельска в истории его мира. Впрочем, сомнительно, чтобы на нее отрядили сколь-нибудь значительные силы. Чтобы блокировать Рощинск, пяти сотен более чем достаточно.

Но царь со своей Думой решили действовать так, как некогда поступил князь тмутараканский, Глеб Тараканов. В тысяча двести двадцать третьем году армия под командованием Субэдэя появилась в землях аланов, соседствовавших с княжеством. Монгольский военачальник попытался было договориться с Глебом, как прежде с половцами, о невмешательстве, но тот решил, что за соседей следует вступиться.

Не успев получить дозволение царя, он взял на себя смелость мобилизовать оба надельных полка, сумевших в общей сложности выставить десять тысяч воинов. Полковых воевод уговорить было нелегко, но Глеб все же убедил их, что опасность грозит и Тмутараканскому княжеству. Плюс к этому дружины самого князя, бояр и порубежников, да ополчение. В общей сложности собралось двадцатипятитысячное войско, что на пять тысяч меньше, чем у монголов.

Тараканов серьезно рисковал, в буквальном смысле слова оголив свои земли. Зато успел вовремя, и этих сил оказалось достаточно, чтобы нанести Субэдэю поражение. Тот не ушел сразу, а попетлял по степям, наводя шороху и проводя рекогносцировку, а затем подался в Волжскую Булгарию, где окончательно получил по сусалам и вернулся на родину.

На тмутараканского князя тогда ополчились его противники. Завистников ведь хватает. А у него налаженная добыча нефти, столь востребованной далеко не только в Царьграде, но и на Руси. Виноделие, поставленное на широкую ногу производство цемента, да еще и торговый путь из персов в греки. Опять же доменные печи неподалеку от Корчева. Не лучшая сталь, но железа-то уж плавят в избытке. Третий металлургический центр Руси. Зажиточно живет, чего там. На зависть. Вот и завидуют.

Но царь Федор отнесся с пониманием и инициативу Глеба одобрил. Вот так оно теперь. Набирает силу державный правитель. Не перегнуть бы в самодержавие, а то имеется уже такая тенденция. Но пока вроде все в пределах. И царь есть, и Дума имеет свой вес, и у народного веча не последнее слово. Ну а как будет дальше, покажет время.

О курултае в монгольской империи и о начале наступления на Волжскую Булгарию в Киеве узнали своевременно. Как и о целях великого похода на запад, одной из которых было завоевание Руси. Поэтому в лицемерие монгольских послов русичи не поверили. Хотя и не менее лицемерно заявили, что вмешиваться в войну не станут.

Войско начали собирать, не дожидаясь булгарских послов. Хотя и не спешили сами вызываться с помощью. То, что легко дается, легко и забывается. Опять же помочь, конечно, стоит, но не следует забывать и о своих выгодах. А у Руси с Булгарией давние споры по поводу торгового пути. Грешно не воспользоваться ситуацией. Вот царь Федор и воспользовался.

Вторжение монгольского войска в Волжскую Булгарию началось с четырех сторон, с общим направлением на столицу, Биляр. Несмотря на приготовления булгар и их самоотверженность, войска Батыя, на которого было возложено общее командование, продвигались довольно стремительно.

Все было за то, что булгары долго не выстоят. Да оно и неудивительно, учитывая беспрецедентные меры по мобилизации монгольского войска. Каждая семья империи должна была выставить по одному старшему сыну. Под командованием Батыя собралась огромная многонациональная армия. По прикидкам тайной избы выходила страшная цифра порядка четырехсот тысяч воинов.

Историк Кудрявцев говорил о том, что последние исследования разнятся во мнении о численности армии Батыя. Причем отличаются они разительно, от восьмидесяти до трехсот тысяч. Бог весть как оно было в его мире, но здесь собралось небывалое войско.