"Фантастика 2025-47". Компиляция. Книги 1-32 (СИ) - Ясный Дмитрий - Страница 307

Два последующих месяца службы на границе прошли под девизом – покой нам только снится. Сельджуков раздирала междоусобица. Шла ярая борьба за власть. Молодое многонациональное государство трещало по швам. Нашлось достаточно претендентов на трон покойного Мелик-шаха. Подумать только, всего лишь один случайно пущенный болт, и такие серьезные последствия!

А где нет сильной центральной власти, там нет и порядка. Вот и потянулись на территорию Византии жадные до наживы беки, баи и обычные авантюристы. Мать малолетнего султана и рада бы приструнить не на шутку разошедшихся подданных. Ей только реванша со стороны ромеев не хватало. Но не имела для этого возможности.

Впрочем, ромеи недалеко ушли от турок. В империи тоже все было не слава богу. Подавленный заговор ослепленного и отправленного в ссылку Никифором самозванца Вриенния не прошел даром. Он засел в теле Византии болезненной занозой, которая породила гнойный нарыв. Тот вызревал не так чтобы и долго, лопнув в конце октября очередным восстанием.

По обыкновению, на его подавление отправили Алексея Комнина. И как водится, сил у него оказалось меньше, чем у бунтовщиков, избравших центром восстания Салоники. Правда, данное обстоятельство не помогло новому лидеру восстания Никифору Василаки. Молодой полководец в очередной раз проявил беспримерную хитрость и талант, заманив противника в засаду.

Неспокойная ситуация в Малой Азии заставила императора отправить своего верного солдата, дабы укрепить границу. По прибытии Алексей начал объезжать крепости, подолгу беседуя с их комендантами и интересуясь их видением решения проблемы по надежной защите границы.

Ну и как же он мог не поинтересоваться мнением того, чье имя буквально гремело на всю границу. Той границы от моря до моря едва полторы сотни километров, и прикрыта она только шестью крепостями. А до недавней поры и того меньше. Но тем не менее она была, и за прошедшие месяцы именно десяток Михаила оказался самым результативным.

А еще у Романова продолжало крепнуть подспудное чувство, что Комнин имеет на него какие-то виды. Вот только какие именно, оставалось непонятным. То, что он успел совершить, для подобного внимания было явно недостаточно.

– А ты что думаешь, Михаил? Как нам следует наладить охрану границы империи? Или, как и многие, считаешь, что наш подход единственно верный?

Прежде чем подступить с разговором к Михаилу, Комнин выпроводил всех посторонних, оставшись с ним наедине. Хозяин крепости не мог не уступить свое жилище столь высокому гостю. Алексей указал парню на стул и на кувшин с вином.

Романов никогда не был его любителем. Но, признаться, оказавшись здесь, переменил свое мнение. Ну хотя бы потому, что он даже понятия не имел, что напиток из его современности не имеет ничего общего с… А вот не побоится он этого слова – благородным вином. Множество сортов самой разнообразной крепости, вкусов и оттенков.

Вот это, что на столе, предназначено только для утоления жажды. Алкоголя в нем меньше, чем в знакомом ему пиве. Не сказать, что Романов пристрастился, однако стал относиться к нему с уважением, но жажду все же предпочитал утолять водой. Не из вредности. Просто не получалось у него напиться вином. Весь кувшин выдует и еще попросит.

Но тут ведь речь не о жажде. Так отчего бы и не потрафить себе? Ведь вкусно же. Поэтому он, ничуть не тушуясь, налил в фигурный оловянный стакан янтарный напиток и выпил не спеша, но одним махом.

Комнин ждал. В том, что он решил посоветоваться, пусть и рано повзрослевшим, но все же с мальчишкой, для Михаила ничего удивительного не было. Алексей и сам в пятнадцать уже командовал армией. И что бы там ни говорили про Татикия, все списать на него нельзя. Сейчас, кстати, его тоже выставили за дверь.

Бытует же поговорка – короля делает свита. И это действительно так. Как-то слышал мнение, что Екатерину Великую отличали не столько ум и прозорливость, сколько ее умение разбираться в людях и видеть их потенциал. Быть может, Комнин обладает такой же способностью. А Михаил, без ложной скромности, тот еще ларчик.

– Я считаю, что существующую систему охраны рубежей ломать не следует. Но нужно немного реформировать, – наконец заговорил Романов. – Расстояние между крепостями составляет примерно тринадцать миль[29]. Это достаточно много, чтобы разбойники могли перейти через границу. И никакие патрули не смогут накрепко ее перекрыть. Поэтому я предлагаю между крепостями ставить военные поселения.

– Военные поселения уже существуют, – отмахнулся Комнин.

– Существуют, – легко согласился с ним Михаил. И продолжил: – Но в каком виде? В среднем четыре семьи обрабатывают участок земли, с которого должны снарядить воина в фемное войско. Я же предлагаю совершенно другое. Никаких налогов. Все мужчины поселения конные воины. Они пашут землю и в то же время по очереди несут службу по охране границы. Как они это станут делать, сами разберутся, главное, им не мешать. Но строго спрашивать за каждого разбойника. Постепенно научатся охранять так, что ни одна мышь не проскочит. Но, кроме того, не держать их на коротком поводке, а дать им немного воли. Глухая оборона рано или поздно рухнет. Если же пограничники, можно их так назвать, станут совершать ответные нападения, это немного приструнит соседей.

Ну да. Нечто вроде казаков. Не сказать, что Михаилу были известны все детали. Отнюдь. Но кое-что он изучал в школе, что-то слышал от казаков новой волны. Был у него в бригаде один паренек. Стройка – это дело такое, пока руки заняты монотонной работой, тянет поговорить. Вот и рассказывал.

– В результате эти твои пограничники поймут, что с меча жить можно куда богаче, и будут, как волки, жить одним грабежом.

– Ну так я и не говорю, чтобы дать им полную волю. Разработать под них свод законов. Если поход на соседей, то не просто так, а в отместку. Процесс не быстрый. Но лет через двадцать на границе появится не просто особая каста воинов, но целая народность со своим укладом, обычаями и традициями. Это неизменно случится под давлением их образа жизни. Родители станут сами обучать своих детей воинскому ремеслу. Ведь, кроме как на себя, надеяться им будет не на кого. Постепенно они окрепнут настолько, что на их плечи можно будет возложить и гарнизонную службу в крепостях, что значительно облегчит нагрузку на казну.

– Это долго.

– Долго. Но если вложиться разом, то получится гораздо быстрее. Более того, жители этих поселений должны всегда помнить, что их могут переселить на другие земли. То есть если граница отодвигается, то вместе с ней передвигаются и их поселения. Над механизмом можно будет подумать и позже.

– Казна пуста, там нет денег на такую затею. Снаряжение одного воина легкой конницы в среднем обходится в литру[30] золота. Да плюс подворье, инвентарь для возделывания земли, скот. По самым скромным расчетам, это сотня номисм на одного воина. По-твоему, сколько воинов должно быть в одном поселении?

– Для лучшего эффекта изначально сотня. Ведь они не все будут нести службу, а поочередно.

– Вот и я о том же. Десять тысяч номисм на одно поселение. В казне таких денег нет.

– Но совсем необязательно дарить им золото. Они смогут выплатить долг в течение какого-то времени. Только без роста.

– То есть на создание поселка выложить разом, а потом вернуть частями, да еще и без прибыли?

Это да. Подобный подход не мог не возмутить византийского аристократа. В империи все было поставлено на извлечение выгоды. Во всем. А тут вдруг предлагают такое непотребство.

– Да они уже после первого набега станут звенеть золотом в кошелях. И никаких налогов, – возмутился Алексей.

– Платить налоги они будут кровью, – гнул свое Михаил. – А в этих поселениях можно поставить государственные трактиры и лавки. Откуда прибыль будет идти прямиком в казну. На круг выйдет даже больше, чем прямые налоги. А если товары там будут отличного качества, так пограничники еще и будут довольны. К примеру, их можно обязать продавать в казну то, что они производят. Только без обмана со стороны казны и желания непременно выжать прибыль по максимуму.