"Фантастика 2025-46". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Шкенев Сергей Николаевич - Страница 297

Но пока вам необходимо наладить работу с Викжелем. Вашим наркомом будет Марк Тимофеевич Елизаров, который был кооптирован туда от РСДРП(б). Но он, скорее, будет лишь политическим руководителем, который будет разруливать ту сложную ситуацию, которая на настоящий момент сложилась в этом самом Викжеле. А вся техническая работа по обеспечению движения ляжет на ваши плечи. Ну как, товарищ Ливеровский, вы согласны взяться за эту работу?

– Да, товарищ Тамбовцев, согласен, – кивнул мне бывший министр. – Сразу как кончится это совещание, я немедленно отправлюсь в свое министерство, где перед прибытием Марка Тимофеевича буду успокаивать нервных дамочек и не менее нервных чиновников мужского пола. А то можете себе представить, сколько охов и ахов насчет ужасных большевиков я наслушался за весь вчерашний день. Либеральная публика перед вами просто вибрирует.

– Я догадываюсь, – вздохнул я и обратился к бывшему министру юстиции Малянтовичу: – Павел Николаевич, теперь поговорим о наших законах, которые естественным образом должны сменить законы царские и те юридические благоглупости, которые издавал в свое время ваш предшественник, министр юстиции Александр Федорович Керенский.

Разгрести эти авгиевы конюшни придется вам, Павел Николаевич. Я знаю, какую огромную помощь вы оказывали большевикам, защищая их на судебных процессах. Но сейчас вам предстоит большее – надо почти с нуля создавать новую, справедливую социалистическую юстицию, с новыми законами и судами.

Правда, вам будет, наверное, полегче, чем вашим коллегам. Работать над новым законодательством вы будете вместе с лидером партии большевиков Владимиром Ильичом Ульяновым-Лениным. Он по образованию юрист и с сегодняшнего дня является председателем ВЦИК, в обязанности которого и входит принятие новых законов. Я думаю, что вы с Владимиром Ильичом легко найдете общий язык. Еще я бы посоветовал вам привлечь к работе над новыми законами вашего бывшего помощника Андрея Януарьевича Вышинского.

Если вы согласны на все эти условия, то после окончания этого совещания мы с вами отправимся в Смольный, где вы встретите немало ваших бывших подзащитных. Там можно будет обсудить с Владимиром Ильичом самые срочные декреты и подзаконные акты, которые необходимо будет принять уже сегодня.

– Хорошо, – кивнул Малянтович, – я согласен. Никогда не думал, что вот так сразу, можно сказать, с чистого листа придется писать законы, не оглядываясь при этом ни на Петра Алексеевича, ни на Анну Иоанновну, ни на Екатерину Великую или Николая Павловича. Даже как-то страшновато.

– Ничего не боятся только дураки, но мы им завидовать не будем, – кивнул я. – Мне ведь тоже страшно, но глаза боятся, а руки делают. – Я повернулся в сторону бывшего министра народного просвещения Салазкина: – Сергей Сергеевич, вам нужно будет встретиться с Анатолием Васильевичем Луначарским, который в новом правительстве назначен на должность наркома просвещения. Я знаю, что вы давно уже готовили проект реформы высшей школы. Это, конечно, замечательно, но сейчас главное – это просто школа. Ваш народный комиссариат сразу же должен будет заняться поголовной ликвидацией безграмотности. В России миллионы людей, которые вообще не умеют читать и писать. В начале ХХ века это настоящий позор.

Нам надо ликвидировать неграмотность и малограмотность, и тем самым провести еще одну революцию, на этот раз культурную. Конечная цель большевиков в сфере образования – это дать возможность приобщиться к культуре не узкой прослойке избранных, а всему народу. Вот сие и будет вашей основной задачей, Сергей Сергеевич. Работа предстоит неимоверная. Но нас, большевиков, это не пугает. Мы надеемся на вашу помощь, товарищ Салазкин.

Дослушав мои речи, Сергей Сергеевич только кивнул и спрятал в карман маленький блокнот, в котором по ходу разговора делал какие-то пометки. Будем надеяться, что этот кивок означает знак согласия.

Теперь мне предстояло переговорить с военной частью Временного правительства. Адмирал Вердеревский и генерал Верховский терпеливо слушали нашу беседу, практически мой монолог, с их бывшими коллегами. Естественно, сделали определенные выводы из всего сказанного, но помалкивали до поры до времени. Теперь, наконец, настала и их очередь.

– Александр Иванович, Дмитрий Николаевич, – обратился я к ним, – вам я скажу вот что. Независимо от общественного строя, Россия была и будет вожделенной добычей для ее алчных соседей. Такой уж Господь ее создал. Поэтому нашей стране всегда будут нужны те, кто сможет и будет ее защищать. Я знаю, что вы всегда были патриотами Отечества, поэтому не стану тратить слов попусту и задам вам один-единственный вопрос: согласны ли вы служить так же честно и добросовестно новой России, как служили Российской империи?

И генерал Верховский, и адмирал Вердеревский не сговариваясь кивнули. Я продолжил:

– Тогда, товарищи, я прошу вас помочь нашему новому народному комиссару по военным и морским делам побыстрее войти в курс дела. Имя Михаила Васильевича Фрунзе вам ничего не говорит. Он большевик, был в свое время приговорен к смертной казни, замененной позднее пожизненной каторгой. Военного образования не имеет. Но поверьте мне, у нас есть достоверные сведения, что Фрунзе как раз из тех самородков, из каких в свое время Наполеон Бонапарт делал маршалов. Вспомните Нея – сына бочара, и Мюрата – сына трактирщика.

Есть еще и другие причины, по которым наркомвоенмором назначен именно Фрунзе. Но пока о них рассказывать не стану. Всему свое время. Скажу только, что Россия вовсе не погибла, как считают некоторые. Наоборот, Россия, как птица феникс, возродится и будет жить вечно.

В Евангелии от Луки говорится: «И никто не вливает молодого вина в мехи ветхие; а иначе молодое вино прорвет мехи, и само вытечет, и мехи пропадут; но молодое вино должно вливать в мехи новые; тогда сбережется и то и другое».

Сейчас происходит нечто подобное. Россия обновляется. И если вы не воспользуетесь возможностью приложить свои силы, ум и опыт на благо новой России, то никогда потом себе этого не простите.

Как и штатским товарищам, я не могу пообещать вам легкой жизни. Но, поверьте мне, еще при жизни вы увидите обновленную Красную Русскую империю, которая займет достойное место в мире. И тогда сможете сказать своим детям и внукам: «Я был одним из тех, кто начинал строить эту махину».

– Да уж, Александр Васильевич, – покачал головой адмирал Вердеревский, – слишком уж заманчивую картинку вы тут нам нарисовали… Но почему-то я вам верю. Скажите, а где мы с Александром Ивановичем сможем встретиться с господином, извините, товарищем Фрунзе для передачи дел по министерствам?

Я посмотрел на часы и ответил:

– Его поезд прибывает на Николаевский вокзал около одиннадцати часов утра. Если хотите, подходите сюда к десяти тридцати. Тогда мы отправимся встречать Михаила Васильевича все вместе: вы, я и товарищ Дзержинский.

Потом наступила томительная тишина, и, наконец, Александр Иванович Верховский спросил, глядя мне прямо в глаза:

– Александр Васильевич, скажите нам, кто вы и откуда? Откуда вы пришли к нам со своими фантастическими кораблями, аэропланами, этими, как у вас их называют, вертолетами и тяжелыми бронемашинами? Если вы за Россию, то и мы с Дмитрием Николаевичем тоже будем с вами, как и другие честные офицеры, пусть даже вас послал сам сатана. Хоть с чертом, господин Тамбовцев, но за Россию.

– Господа, – вздохнул я, – уверяю вас, что к нечистой силе ни я, ни мои товарищи отношения не имеем. Слуги дьявола не цитируют Святое Писание, – пошутил я, а потом сказал уже серьезно: – Хотя в любой момент мы способны устроить для наших недругов самый настоящий ад кромешный.

Но все эти разговоры давайте отложим на потом. А пока смотрите на нас внимательно и думайте. Тогда истина откроется вам сама…

14 (1) октября 1917 года, 09:00. Петроград, Министерство иностранных дел бывшей Российской империи, у Певческого моста