"Фантастика 2024-82" Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Переяславцев Алексей - Страница 183

А командир широким жестом пригласил:

- Товарищи, приглашаю желающих посмотреть на машину изнутри.

Нужное впечатление было создано. Ошеломление, восхищение. О таком еще долго будут рассказывать женам, детям и внукам.

К окончанию осмотра фельдъегерь был наготове.

- Иван Тимофеевич, грузиться будешь... да хотя бы на сиденья из четвертого ряда. Вова, покажи товарищу, как там и что. Ну, ты знаешь.

Радист добросовестно показал.

Заправщики добросовестно налили.

- Через сорок минут стартуем.

Радость встречающих как в Гамбурге, так и в Вильгельмсхафене была превеликой. Не так уж часто германская эскадра возвращается, отвесив оплеуху Королевскому флоту. И заметьте: без потерь!

Эйфория официальных лиц не из флотских была бы, возможно, поменьше, узнай они, что большие и красивые корабли вернулись в родной порт не без усилий. 'Адмирал Хиппер' вынужден был отключать по очереди котлы по причине множественных мелких аварий. И уж точно по прибытии тяжелому крейсеру предстояло становиться в сухой док. Об этих проблемах некие доброжелатели доложили заинтересованным лицам в РККФ. В результате нарком Кузнецов попросил встречи с коринженером Александровым.

Как и в прошлый раз, инженер-экономист из НКВД светился доброжелательностью:

- Николай Герасимович, чем можем помочь?

- Тут, Сергей Васильевич, проблемы сначала у немцев, а через них и у нас. У тяжелого крейсера 'Адмирал Хиппер' котлы не особо надежны. Мы получили сведения...

Александров слушал, не перебивая.

- ...и потому наши специалисты начинают думать: нужны ли нам эти проблемные котлы высокого давления, которые даже без попадания снаряда в корабль начинают течь уже прямо в походе?

Вопрос был риторическим.

- Николай Герасимович, наши спецы тоже над этим думали... э-кхм... со своей стороны. Как вариант: немцы имеют дизельные рейдеры. Сами они называют эти корабли 'усеченными линкорами', а британцы - 'карманными линкорами'. По нашим данным, вот какие у них минусы: сильнейший шум и скверная вибрация на полном ходу. Речь идет не только об удобствах экипажа, тут дело похуже: страдают как работа дальномеров, так и точность стрельбы. Да и сам полный ход у них поменьше. Ну, данные вам известны. И прошу учесть: по моим данным, вибрацию эту устранить можно, но на это потребуется время, а его у нас и так не особо много. Так вот: если наш флот согласен мириться со всем перечисленным, то есть шанс заполучить нечто этого класса: 'Дойчланд' или 'Адмирал Шпее'. По нашим данным, немцы закончили устанавливать дополнительную зенитную артиллерию на 'Дойчланд', очередь за 'Адмиралом'. Неофициально могу сообщить: есть возможность достать зенитки как раз против торпедоносцев, и они будут получше немецких или британских. Калибр не из великих, зато прицел от собственного радара и наводка от него же, то есть эффективность огня выше. Итак, вот что предлагаю...

Теперь настала очередь Кузнецова слушать со всем вниманием.

- Выходит, Сергей Васильевич, надо пробивать это дело через, - последовал взгляд в потолок.

- Все зависит от того, во сколько оценят свою работу немцы. Корабли близкого класса, а все не одинаковые... Ладно. Через флотские каналы надобно разузнать.

В Бресте радовались еще более бурно. Французы вышли победителями даже без помощи немцев, коих полагали за союзников третьего сорта. Широкой публике осталось неизвестным, что носовую башню у 'Сюффрена' не просто заклинило от попадания. Элементы набора корабля, на которые она опиралась, оказались деформированными, и для соответствующего ремонта башню надлежало демонтировать полностью. Восстановить полную боеспособность крейсера можно было в два месяца, не меньше. Но та самая широкая публика и прежде всего ее прекрасная половина не только этого не знала, но и не хотела знать. Сошедшие на берег моряки заключались в объятия и обцеловывались. Стоит заметить, что члены экипажей не посрамили чести Франции, а старшина Морис Дюма с 'Альжери' поддержал эту самую честь аж целых семь раз. Правда, так утверждал он сам, а независимые источники хранили на этот счет молчание. Что до линкора 'Дюнкерк', то его также надлежало доковать, понятно, но на две недели и ни днем больше.

Адмирал Жансуль пребывал в убеждении, что уж эсминец-то его корабли утопили. Ну хорошо, пусть самолеты с авианосца, но все же! Ему и голову не пришло, что команда поврежденного корабля в конце концов ухитрилась справиться и с пожаром, и с течью. Правда, скоро выяснилось, что эсминец не способен дать ход, и его пришлось буксировать до Глазго. А с пожаром на линкоре удалось совладать и того быстрее. Что до крейсера, то на нем обошлись даже без контрзатоплений. 'Сассекс' потерял в скорости чуть не вдвое, но вполне был в состоянии дойти своим ходом до базы. В докладе лордам Адмиралтейства вице-адмирал Холланд употребил слова 'легкие повреждения' и просто 'повреждения'.

Но вот уроки из боестолкновения были британским флотом сделаны. Ценность авианосцев в имеющиеся виде оставалась не вполне очевидной. Главными проблемами были признаны низкое качество торпед и недостаточная выучка экипажей торпедоносцев. Выявилась также необходимость держать на авианосцах группы истребителей - конечно, в тех случаях, когда вражеское соединение также включает в себя авианосцы или когда ожидается бой с участием береговой авиации.

Что до Кригсмарине, то там, понятно, также праздновали успех: все же крупный британский конвой был успешно перехвачен. Однако, не произнося это вслух, решили, что куда лучше и дешевле учиться на чужом опыте, чем на собственном. Немцы преисполнились твердой решимости строить авианосцы - конечно, учтя все особенности уже почти достроенного 'Цеппелина'. В первую очередь они нацелились избавиться от дефектов проекта - а таковых, если сравнивать даже с 'Беарном', нашлось множество. В дополнение к этому флотская разведка сумела заполучить довольно увесистый отчет, анализирующий конструктивные достоинства и недостатки японских авианосцев - а Империя Восходящего солнца по этой части имела опыт как бы не на порядок превышающий немецкий.

При том, что 'Адмирал Хиппер', формально говоря, задачу выполнил, возникло множество пренеприятных проблем с его силовой установкой. Нет слов, котлы были передовыми. Однако корабельные инженеры на горьком опыте убедились, что хотя энергетические котлы, работающие на высоких параметрах пара в стационарном режиме, отличаются отменной экономичностью, но судовые, мощность которых требуется регулировать в широчайших пределах, сразу же теряют это преимущество. В дополнение к этому оказалось, что потребность в деаэрированной котловой воде огромна, а ухудшение ее качества приводит к неоправданно быстрому накоплению отложений на трубках и коррозии впридачу. По означенным причинам тяжелый крейсер вынужден был немедленно отправиться в сухой док, где ему предстоял ремонт на месяц, если не больше.

Торжества состоялись и в Москве. Но повод не имел отношения к флоту.

Чкаловский экипаж со всей торжественностью приземлился на том аэродроме, который позднее назовут Чкаловским. Туда, понятное дело, пускали далеко не всех. Но когда открытый 'паккард' ехал по улице Горького... Да, такого старая Москва не видывала со времен чествования челюскинцев. Пожалуй, еще перелет АНТ-25 отмечали с подобной пышностью.

В кавалькаду швыряли букеты цветов - большей частью с недолетом. Над кортежем реяли облака листовок. Для Рославлева, который наблюдал это вживую, главным впечатлением были глаза людей. Восторг. Обожание. Гордость.

- Может быть, это и есть та Россия, которую мы потеряли, - подумал инженер.

Даже фельдъегерь, который был причастен лишь тем, что ему разрешили лететь с легендарным экипажем, получил порцию восхищений. По сдаче груза с надлежащим оформлением он подвергся восторженному допросу со стороны и начальства, и сослуживцев. Поскольку никакие подписки его не связывали, рассказывал он много, детально и со вкусом.

- ...и, скажу вам, удобства ну как в международном вагоне. Почти. Туалет, понимаешь, теплый. И вообще в самолете тепло, и дышится легко, да еще кухня.